и его захочется забрать.
Или кто-то решит обидеть другого и пошло поехало.
— Эхх-х, — я тяжело вздохнул.
— Ты чего? — удивился Жумельяк.
— Да так, ничего, — махнул я рукой. — Размышляю о разном, — уклончиво ответил я, так как не особо хотел развивать эту тему.
Особенно с Жозе, который иногда был слишком многословен, а мне нужно было сохранять ровное дыхание, ведь я бежал, а мой друг летел не прилагая никаких физических усилий для этого.
— И о чем же? — поинтересовался сын кардинала, который по своей природе был очень любопытным человеком.
— О многом, — снова попытался я уклониться от разговора.
— Не хочешь рассказывать, так бы сразу и сказал прямо, — недовольно буркнул Жумельяк, явно на меня обидевшись.
Он даже взлетел повыше, причем сделал это максимально демонстративно.
Ничего, он отходчивый. С ним это ненадолго.
Вскоре, Жозе и правда опустился вниз и практически поравнялся со мной.
— А мы сможем остановиться возле того источника? Там, где ты наполнил флягу? — поинтересовался он. При этом в его голосе все еще чувствовались нотки обиды.
— Хм-м, а это неплохая идея, — кивнул я. — Можно будет, заодно, посмотреть, что является источником маны в этой воде, — добавил я и увидел как лицо Жумельяка сразу же преобразилось.
— Источник? — удивленно спросил я.
— Ну да, мане же нужно было где-то взяться, — ответил я и мой друг задумался.
— И ты знаешь, что им может быть? — полюбопытствовал сын кардинала.
— Да, цветок, — не стал я скрывать от друга правды.
— Цветок! Ого! Поскорее бы его увидеть! — улыбнулся маг воздуха, который судя по всему, уже и забыл про все обиды на меня.
Говорил же, отходчивый…
* * *
Земли Пика судеб.
Северный ветер тяжело дышал, а его тело, которые было покрыто красной, от пропитавшей ее крови, обильно покрывал пот.
— Все еще хочешь помериться силами? — спокойным и ровным тоном поинтересовался Бог, к которому он пришел за предсказанием.
В отличии от оборотня, он выглядел также, как тогда, когда он впервые принял свой истинный облик.
Во всяком случае, так думал вождь Снежных ходоков, ведь он отказывался верить, что Ра’Аша, хоть на малую часть может оказаться человеком.
— А по мне…рррр…не видно, — Иной оскалил пасть, что в его зверином обличье, было что-то вроде улыбки, ведь он действительно был рад от всего происходящего.
Больше всего на свете, кроме охоты и убийств, Северный ветер любил сражения против сильных противников и тот, кто сейчас стоял перед ним, как раз таким и был.
— По тебе видно, что ты безнадежно туп, — спокойно ответил его собеседник, еще больше и больше задоря оборотня.
— Ахх-ха! — усмехнулся вождь Снежных ходоков, который принял свою изначальную форму.
Северный ветер достал знакомый всем друидам предмет.
— Кровавая ветвь? — удивился Ра’Аша.
— Именно, — кивнул Иной, а затем, разломал ее руками.
Мгновение и перед ним появилось несколько довольно крупных муравьев огненно-красного цвета.
— Странные у тебя фамильяры, — произнес трехглазый Иной с трона. — Думаешь, они смогут мне навредить? — с вызовом, спросил он у Северного ветра.
Друид покачал головой.
— Они не для тебя. Они для меня! — ответил он, а буквально в следующее мгновение его тело изогнулось дугой и он начал превращаться обратно в зверя.
Стоило трансформации завершиться, как друди сразу же схватил одного из своих призванных фамильяров, а затем сразу же закинул его в пасть.
Вслед за ним последовал и второй огненный муравей, а вслед за ним и третий.
Стоило последнему фамильяру исчехнуть в пасти зверя, как его тело сразу же бросило в дрожь, а температура стала настолько высокой, что от шерсти Северного ветра пошел пар.
Это были Игниситусы — насекомые, один лишь укус которых, заставлял кровь в венах нагреваться и даже закипать.
А все из-за кислоты, которая содержалась в ядовитых железах, рядом со жвалами.
Вернее, даже не так.
Сама кислота содержалась в брюшке этих насекомых, в одном большом специальном органе, вроде пузыря, от которого к железам вели специальные естественные трубки-проводники.
Попадая в железы, жидкость из брюшка получала дополнительные ферменты, делая ее смертоносной для большинства живых существ в Землях Великой Матери, но помимо этого, был у этой кислоты и другой эффект.
Она сильно увеличивала ритм работы сердца, а вернее сердец — самого органа и магического ядра, за счет чего тело приобретало невероятную скорость, силу и выносливость, а магическое тело повышало силу своей магии.
— Хм-м, интересно, — задумчиво произнес Ра’Аша. — Впервые вижу, чтобы фамильяры использовались именно таким способом! — добавил он и даже встал с трона, чтобы получше рассмотреть, что твориться с Северным ветром.
А с друидом, сейчас, творилось невероятное. Приняв убийственную долю кислоты Игниситусов, он должен был сгореть изнутри за секунду, и в принципе, это с ним и происходило, вот только его тело в форме зверя обладало невероятной регенерацией, что позволяло Иному пережить это.
— АРР-РРР, — прорычал оборотень из пасти которого повалил дым
Всего его тело, тоже продолжало дымиться, а его белоснежная шерсть, сейчас была ярко-красного цвета, но уже не от крови, а от обильного количества кислоты Игниситусом в теле зверя.
— Пррррродолжим, — прорычал Иной и бросился на своего врага, причем, атака была настолько быстрой, что ее сложно было разглядеть даже самому Ра’Аша, который видел все наперед.
Он успел возвести барьер, который должен был остановить оборотня, и он практически справился со своей задачей.
Как и в прошлый раз, зверь врезался в невидимую преграду, вот только в этот раз, сильнее пострадал сам барьер, нежели его тело.
По магической защите пошли многочисленные трещины, а сам друид, когда пришел в себя, начал наносить по барьеру Ра’Аша многочисленные удары, каждый из которых оставлял огненные всполохи в воздухе, которых было настолько много, что казалось, все вокруг пылает неистовым пламенем.
А затем случилось то, чего не ожидал сам Хозяин Пика Судеб, который видел все далеко вперед.
Его магический купол не выдержал и треснул и яркая вспышка озарила каменное помещение строном озарилось ослепительно ярким светом.
Ра’Аша выругался, ибо осознал одну простую вещь.
В этом бою, он мог и проиграть.
Глава 16
* * *
Земли Пика судеб.
Ра’Аша не мог поверить в то, что сейчас происходило. Тот, кто видел будущее,
