— Вы же радовались, что его не будет.
— Радовался. А потом вспомнил, как мне навязали факультатив в прошлом семестре…
Я негромко рассмеялась, хотя и понимала истинный смысл этого “признания”. Бывший куратор хотел приободрить меня перед боем, к которому, по его мнению, я была не готова, и выбрал для этого хороший способ. Что толку сейчас давать мне наставления или напоминать о “слабых местах”? А поднять настроение парой нехитрых шуток — самое то.
Пока шел первый бой, Саймон стоял рядом со мной и негромко комментировал происходящее на ринге. С иронией отмечал просчеты обоих соперников или сдержанно одобрял удачные действия. Победителя Вульф назвал еще в начале поединка, и, когда выяснилось, что он не ошибся, я всерьез задумалась о том, что поторопилась, замахнувшись сегодня взять реванш. В оценке бойцовских качеств Стальной Волк был более чем компетентен, а мой уровень он оценил как недостаточный… Но все же это — не повод отказываться от своих обещаний.
Когда на ринг вышла вторая пара, Сполох подозвал меня к себе.
— Готовься.
— Всегда готова.
Даже если проиграю, впустую вечер для меня не пройдет. Опыт тоже чего-то стоит.
Но все же я настраивалась на победу. Следила за поединком, подобно Саймону пыталась отмечать плюсы и минусы каждого бойца и предсказывать, как они поведут себя дальше. Иногда мне это удавалось. Победителя я тоже угадала, правда, уже ближе к концу боя.
А затем настал и мой черед выйти на ринг.
— Черная Мамба вызывает Дикую Кошку!
Она отозвалась почти мгновенно. Легко, словно весила не больше перышка, перепрыгнула через канаты и кивнула Сполоху.
— Дикая Кошка принимает вызов!
Прозвучал гонг, но я уже знала, что Кошка не кинется тут же в атаку, и тоже не спешила, позволив ей плавным, поистине кошачьим шагом подобраться поближе.
Губы, как и в прошлый раз подведенные яркой помадой, растянулись в улыбке:
— Знаешь, ты мне нравишься, — растягивая шипящие, прошептала соперница. — Смелая.
— Какая есть, — я поклонилась, не отводя от нее глаз.
Лишь на миг упустила бы ее из поля зрения и пропустила бы первый удар.
Сегодня все было иначе.
Никаких пробных заходов и разведки боем, когда стремительные атаки чередуются с внезапными отступлениями и сменой позиции. С первой секунды поединка соперница задала бешеный темп, но я, честь мне и хвала, не отставала. Она била, я уклонялась или выставляла блоки, чтобы в следующую секунду ударить самой. Как ни быстра она была, мне удавалось предупреждать каждое ее действие. Однако перехватить инициативу не получалось. Будь это не бой, а танец, я сказала бы, что Кошка вела.
Все, что я могла сделать — это приноровиться к ее ритму. Двигаться в одном временном потоке с нею. И когда мне это удалось, движения соперницы уже не напоминали работу ветряной мельницы, а стали различимы, и значит, предсказуемы.
Когда Кошка отшагнула назад, перенося корпус вправо, я поняла, что она сделает в следующий момент. Перехватила замахнувшуюся для удара длинную стройную ножку, ухватившись за пятку и голень, и резко крутанув, опрокинула противницу на пол. Но, потеряв равновесия, та не потеряла самообладания: не мешкая, ушла перекатом в сторону и тут же вскочила. Я запоздало подумала, что не нужно было швырять ее на ринг. Перехватить ногу, выкрутить, сделать залом… Но умные мысли часто приходят тогда, когда в их уже нет нужды.
Чтобы удержать сомнительное преимущества, я пошла в решительное наступление. Провела серию ударов руками и ногами, а затем — обманный прием, которому научил меня Саймон. Кошка перестроилась на нижнюю защиту и пропустила прямой в голову. Правда, в последний миг она попыталась уклониться, но смогла лишь немного смягчить удар. На ногах устояла, но держалась не слишком твердо. Еще парочка точных ударов…
И тут она сделала подсечку!
Я думала, ее шатает и она вот-вот упадет, а она присела, перенося вес тела на одну ногу, а второй быстрым круговым движением ударила меня по стопе.
Тело лишилось опоры и я начала падать…
— Сохраняйте спокойствие, дамы и господа! — искусственно усиленный голос раздался за мгновение до того, как мне удалось выровняться и стать в оборонительную стойку. — Полиция академии. Прошу всех оставаться на своих местах и не предпринимать попыток скрыться…
— Размечтался, — усмехнулась Дикая Кошка, сквозь поднявшийся в зале возмущенный гул обращаясь к невидимому полицейскому. — Лично я ухожу… Ты со мной, Мамба?
— Что? — растерялась я. На подобное предложение я не рассчитывала. — Как?
— Так, — она закатала рукав и показала мне обхвативший ее запястье медный ободок. Наверное, будь у меня магические способности Элси, я бы поняла, что это такое и как оно поможет нам отсюда выбраться.
Хотя нет, не нам. Мне бежать ни к чему. Полиции и так известно, что я тут…
— Я не пойду, — зашептала я Кошке, схватив ее за грудки и притянув к себе. — Сможешь увести моего друга?
— Я не…
— Стальной Волк, — выпалила я.
Имя произвело эффект.
— Договорились, — ухмыльнулась она.
Саймон Вульф по-прежнему стоял у канатов. Наверное, единственный, кто внял предупреждению и сохранял спокойствие. Маска все еще скрывала его лицо.
— Привет, чемпион, — соскочив с ринга, Кошка повисла у него на шее. — Прогуляемся?
— Элизабет? — он с недоумением обернулся ко мне, но ничего объяснить я не успела.
В зале вспыхнул яркий свет, я зажмурилась, а открыв глаза увидела, что ни Саймона ни Дикой Кошки рядом со мной уже нет.
Зато появился кое-кто другой. Кто-то, по ком еще недавно я безумно скучала, и кого сейчас от души хотелось приласкать… хуком или апперкотом…
— Здравствуйте, милорд, — процедила я зло. — Значит…
Темный зев портала проглотил нас, и заканчивала фразу я уже стоя посреди ректорского кабинета:
— … вот так Последний Дракон отыгрывается за свое поражение?
Глава 42
Еще одна кровавая надпись
— Вы действительно так думаете? — спросил Оливер с обычной своей невозмутимостью, но горящий негодованием взгляд заставил отступить и отвести глаза. — Думаете, я способен на мелочную месть?
— Я уже не знаю, что думать, — пробурчала я. Сняла ставшую ненужной маску. — Вы же мне обещали!
Он покачал головой:
— Я ничего вам не обещал, Элизабет. Простите, но при всей симпатии к вам, я не стану потакать вашим капризам. Ситуация такова, что нельзя упускать ни одной зацепки. Если в Огненном Черепе кто-нибудь знает что-либо о Германе Складовике, мы должны это использовать. Немедленно.
