Ханшоу:
— Бедная Мерса…
Джиль:
— Пусть она узнает об этом от поста Зера.
Ханшоу:
— Да-да.
Джиль:
— Все это поистине ужасно. Но мы дали клятву, что найдем способ помочь ему. А теперь… Теперь он погиб…
Ханшоу:
— Так что можно сделать?
Спарлинг:
— Мы много думали, но сначала опиши вашу ситуацию.
Ханшоу:
— Боюсь, нет ничего утешительного. Армия железно сидит на своем холме. А несколько гражданских флайеров вряд ли смогут напугать варваров. Они ведь уже знакомы с ними. И ружейный огонь их не разгонит.
Спарлинг:
— Вы не сможете убедить Джерина выдать вам настоящее оружие? Ведь, в конце концов, все это связано с нашим освобождением. Мы уже определили координаты нашего местоположения, и хороший пилот всегда сможет сесть в назначенном месте. Вы можете сказать Джерину, что именно наш план, а особенно план Джиль и является причиной забастовки. Разве он не может не подумать, что наше освобождение прекратит забастовку?
Ханшоу:
— Вряд ли. Эмоции его не трогают. Мы, разумеется, пошлем за вами флайер. Но Джерин не даст нам оружия и даже не позволит людям Примаверы рисковать собой ради спасения цивилизации, раз это не входит в его миссию. Дети, я думаю, что он боится, как бы здесь не произошло то же самое, что произошло с Элеутерией и Новой Европой. И я боюсь того же самого. Я боюсь, что Земля либо потеряет нас, либо пошлет оккупационные силы, что тоже не приведет ни к чему хорошему. Рассуждая с точки зрения политика, могу сказать, что пока все искусственно спокойно только потому, что мы не вмешивались в войну, не стали оказывать помощь Зера Витрикс. Разумеется, мы испытываем горькое сознание по поводу того, что там происходит. Но это не наше дело, а дело Газеринга. Это Газеринг предоставил легион своей судьбе. Я знаю, Джиль, что тебе сейчас очень трудно. Все знают, как ты любила Ларекку, но я умоляю тебя, победи искушение. Меньше всего нам хотелось бы сейчас вмешиваться в войну.
Джиль:
— Подожди…
Ханшоу:
— Но…
Джиль:
— Подожди, черт побери. Ты сказал, что забастовка возникла из-за того, что я попала в плен. Но ведь я у варваров уже давно. Значит, у вас есть что-то еще. Год, что у вас происходит?
Спарлинг:
— Не торопись, Джиль. Мы все узнаем, когда вернемся.
Джиль:
— Что ты скрываешь, Год?
Ханшоу:
— Ян прав, девочка. Сейчас не время.
Тишина.
Джиль:
— Это касается Дона, моего брата. Что с ним?
Тишина.
Ханшоу:
— Да. Он убит в бою.
Тишина.
Спарлинг:
— Джиль, дорогая…
Джиль:
— Странно. Я ощущаю только тупую боль.
Спарлинг:
— Ты уже ранена в самое сердце.
Джиль:
— Как мои родители перенесли это?
Ханшоу:
— Вы, Конвеи, мужественные люди, Джиль. Мне очень жаль…
Джиль:
— Нет-нет, ты не прав. Я хочу знать все. Ян, я немного посижу на бревне, а ты поговоришь обо всем остальном.
Спарлинг:
— Конечно.
Тишина.
Спарлинг:
— Хэлло, Год. Извини. Я тоже в шоке.
Ханшоу:
— Все любили Дона и ненавидели войну. Его смерть и вызвала сопротивление.
Спарлинг:
— Тем более мы должны помочь Порт Руа. В память… но если говорить серьезно, есть и еще одна причина. Она одна может изменить все. Мы считаем, что мы просто обязаны оказать помощь. Дело в том, что здесь к северу существует разумная Т-жизнь.
Ханшоу:
— Что?
Спарлинг:
— Да. Странные маленькие существа. Я думаю, что только изучение их психологии произведет величайшую революцию в этой области познания.
Ханшоу:
— Ты умерен, что это Т-существа?
Спарлинг:
— Мы встречались с несколькими из них. Видели их орудия труда. Обменивались жестами. Арнанак, вождь варваров, поддерживает с ними контакт, он путешествовал в их страну и… он пользуется ими, чтобы укрепить свою власть. Валлененцы считают, что это сверхъестественные существа. Арнанак заключил с ними сделку. Они поселятся в более благоприятных для их жизни землях, когда он закончит свой поход. Но это еще не все. Даури, как их здесь называют, достаточно мало и они достаточно примитивны, но они до сих пор помнят, где находятся руины Таммузских поселений. Как все это выглядело миллионы лет назад и как это выглядит сейчас. Арнанак показывал нам один предмет, по нашему мнению — портативный дисплей, которого совершенно не коснулось время.
Ханшоу:
— Непостижимо!
Спарлинг:
— Очевидно, что мы, люди, сможем предложить Даури гораздо больше, чем Арнанак. Многое узнать о них и о погибшей цивилизации… но только если сможем работать тут, на Иштаре, свободно. А Газерингу просто необходимо спасти Порт Руа — ведь это исходная точка в Валленене, чтобы начать исследования.
Тишина.
Ханшоу:
— М-м-м. Да, я согласен. Значит, мы должны как минимум разрушить организацию варваров, сохранить аванпосты на севере, и это существование уменьшит давление на юге. Газеринг сможет продержаться и без нашей интенсивной помощи. Но как это сделать?
Спарлинг:
— Можно ли сделать так, чтобы флайер, который прилетит спасать нас, привез с собой запас бомб? Очевидно, варвары наступают на Порт Руа большими силами, стараются овладеть укреплениями. Если бросить бомбы в самое их скопище… мне противна такая мысль, но другого выхода я не вижу.
Ханшоу:
— А ты уверен, что это сработает?
Спарлинг:
— Не уверен. Но у нас нет лучшего предложения.
Ханшоу:
— Да… Надо подумать. Ты знаешь, что наша взрывчатка находится под охраной? Правда, я… Ты сможешь подождать несколько дней?
Спарлинг:
— Думаю, да.
Ханшоу:
— Я свяжусь с вами. Я буду делать это ежедневно, скажем, в полдень.
Спарлинг:
— Хорошо.
Ханшоу:
— Значит, до завтра.
Спарлинг:
— Мы отключаемся.
Ханшоу:
— До завтра. Джиль, мне очень жаль, что все так случилось.
Джиль:
— Все олл райт, Год. Постарайся сделать так, чтобы выполнить все, ради чего мы жили.
Прошло полминуты, потом Ханшоу заговорил:
— Вот чем живет сейчас моя Примавера. А вы все стараетесь подавить восстание.
Джерин кивнул. Он чувствовал себя опустошенным.
— Единственное, что вы должны делать, так это не так бурно отреагировать на инцидент с взрывчаткой. Объясните в рапорте, что пока продолжается расследование, вы не будете вмешиваться в события. Я уверен, что ваше начальство найдет это объяснение разумным. Мы сможем послать наших людей примерно через пять дней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
