— Есть какие предложения? — спросил я. — Надо как-то перебраться на ту сторону. Если объезжать, то сколько лет уйдет! Задурно, как говорят депутаты.
Ворон сказал поспешно:
— Я не перелечу! Больно высоко. Да и вас не перетащу. Один Рогач чего стоит!.. А волк так и вообще… У меня на шерсть аллергия.
Землю тряхнуло, послышался далекий подземный гул. Рогач испуганно попятился, ворон взлетел, а волк отбежал в сторону. Посыпались камни, а затем сдвинулась целая каменная осыпь.
— Землетрясение два балла, — определил я. — Ничего опасного…
Я осекся, в каменной стене зияет темный проход. Горный обвал открыл либо пещеру, либо некий тайный ход. Я предпочел думать, что тайный ход, прикинул размеры, толкнул Рогача:
— Вперед, вперед! Я сначала пригнусь, а потом ход расширится, а свод уйдет ввысь.
Волк спросил почтительно:
— Откуда знаете, мой лорд?
— А это всегда так, — ответил я уверенно. — Бывали, знаем.
Рогач опасливо вступил в темный проход, оттуда веет сухим воздухом с привкусом каменной пыли. Волк снова побежал впереди, ворон сперва ехал на крупе Рогача за моей спиной, а когда свод в самом деле ушел вверх, взлетел мне на плечо и поехал, как обычно, царапая ухо перьями.
Откуда-то проникал свет, то ли в высоком своде мелкие щели, то ли светится плесень или мох, но глаза постепенно привыкли, даже Рогач приободрился, копыта уже стучат по каменному полу звонко и уверенно. Мои глаза начали замечать на стенах следы зубила, и тут наконец стены разошлись в стороны, воздух стал дивным и свежим, Рогач радостно ржанул.
Впереди открылся дивный сад, озеро, чудесные деревья с огромными плодами, мы вышли из пещеры, под ногами золотой песок, волны набегают чистые, прозрачные, словно вода прошла двойную дистилляцию с дополнительной обработкой серебром, в воде резвятся золотые рыбки, толстые, нежные и наверняка очень вкусные. Некоторые высунули головы и рассматривали нас с удивлением.
Я направил Рогача в воду, чтобы прямо с седла хватать их за толстые головы, это же какая уха будет, как вдруг среди деревьев показалась фигура в белом. Человек шел к нам, я сразу выпрямился, напряг мышцы и сделал лицо свирепым и глупо воинственным.
Хозяин дивного сада остановился, вскинул руку:
— Приветствую тебя, кто бы ты ни был… Хотя не могу понять, как ты сумел через магический купол?
Я взглянул на небо, в самом деле блещет искрами нечто серебристое, похожее на купол жука-серебрянки, ответил в небрежной манере героя:
— Да кому он нужен, если можно через пещеры?
Хозяин приблизился, по длинным седым волосам и узаконенной бороде до пояса я сразу признал мага, старого и опытного, что ушел от превратностей жизни, от баб, ростовщиков, дурных королей, тупых приятелей, которым бы только в карты да по пиву, словом, бросил все и, аки Гаутама, уединился в таком вот волшебном месте.
— Как же вы все-таки прошли?
Я нагло ухмыльнулся:
— Долго ли умеючи?
Он не ответил привычным, что, мол, умеючи долго, что значило — совсем дикий, давно ушел из цивилизации, нет словесных заготовок, что позволяют нам выглядеть крутыми и нахватанными.
* * *
За неспешным ужином и еще более неспешной беседой он долго рассказывал нам о небесных девах, что опускаются в это озеро, для них купол проницаем, а также о том, что никто и никогда из попавших сюда не выбирается обратно. Я насторожился, он все понял и объяснил, что никто просто не желает выбираться, здесь же рай, но мы слушали весьма невнимательно, я всякий раз перебивал и невпопад спрашивал либо дорогу к Черному Властелину, либо как прибить гада раз и навсегда, чтобы Добро победило Зло.
Наконец хозяин дивного сада заметно рассердился:
— Вы все трое не понимаете дивной музыки сфер!.. И красоты уединенности!.. Думаете, я жажду вас здесь оставить? Как бы не так!.. Да на хрен вы здесь вообще-то нужны? Не хотите, свиньи поганые, счастья, так и катитесь к чертовой матери!..
Я с облегчением перевел дыхание. Маг-отшельник, оказывается, умеет говорить и по-человечески.
— Но как?
— Если закроете глаза… нет, я лучше завяжу… то смогу вывести отсюда. Так, чтобы не видели и не нашли дорогу обратно.
Я спросил опасливо:
— Дать завязать глаза? Может быть, лучше я дам честное слово?
— Это я у других брал, — огрызнулся он. — Но с вашими рожами…
Когда-нибудь я расскажу подробно, что он рассказывал и как мы провели остаток дня, но потом завязал всем четверым глаза, даже Рогачу, долго водил по камням, я уже начал подозревать, что таскает по одному и тому же месту, потом некоторое время двигались без его руки, наконец издали долетел его крик:
— Все, можете снять повязки!
Я поспешно сдвинул плотную тряпку на лоб, вокруг мир залит серебристым лунным светом, на небе крупные звезды и узкий серп луны, а земля черна и таинственна, в тиши громко стрекочут кузнечики. В десятке шагов, заслоняя звезды, темнеет громада гор. За моей спиной послышался преисполненный сдержанной гордости голос волка:
— Вообще-то, на всякий случай я пропунктирил дорогу.
— Ого, — сказал ворон, — я тоже хотел было бросать по перышку, но подумал: а как найду к ним вход?
— А я отыщу и с закрытыми глазами, — сообщил волк.
Я отмахнулся:
— Герои не отступают! Взад дороги нету. Мы должны думать, как найти Черного Властелина, до основанья все разрушить, ну а затем… затем подумаем. Сейчас же осторожно двигаемся до ближайшего удобного места, где поспим до утра. Этот трус побоялся оставить нас до рассвета!
— Утром крылатые девы прилетают, — напомнил волк. — Побоялся, что помешаем подсматривать.
— Вуайерист, — каркнул ворон. — Волчара, ты пробегись, осмотрись. У меня, знаешь, куриная слепота. У гениев это иногда бывает. Как компенсация за остальные несомненные достоинства!
Волк зарычал, но чувство долга победило, исчез, порыскал, а когда вернулся, сообщил, что совсем рядом, в низине, есть ручей. Раскидистого дуба нет, вообще кустов даже не обещает, но там хорошая трава для Рогача, а нам до рассвета всего-то поспать пару часов, летом ночи короткие.
Рано утром, озябшие и продрогшие, мы таращили глаза, звезды уже погасли, небо белесо-серое, на востоке алая заря. Рогач смачно хрумает траву, возле родника в самом деле сочная, молодая, мясистая.
* * *
Мы отыскали протоптанную дорогу, волк принюхался, буркнул:
— Заплевано здесь, что ли…
— Тогда это дорога в рай, — сказал я. — Значит, нам в другую сторону.
Волк посмотрел в недоумении, морда стала забавной, а любознательный ворон каркнул:
— Почему дорога в рай? Откуда видно?
— По разбросу плевков, — объяснил я. — Плевали, не глядя, через левое плечо. Да еще и в кармане фигу, чтобы не сглазить. Пошли, пошли, не отставайте!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
