объединялись мануфактуристы и торговцы. Например, в 1788 г. в Филадельфии было создано «Общество поощрения мануфактур и полезных искусств». Основной своей целью оно объявляло предотвращение утечки из США звонкой монеты и эмиграции тех, кто не может найти применение своим навыкам, и, наконец, «спасение этой страны от пагубной и унизительной зависимости от мануфактур других наций»[1480].
После революции довольно широко распространились общества, борющиеся за отмену рабства. Традиционно аболиционистские идеи разделяли квакеры, а также некоторые другие религиозные деноминации, например, методисты, баптисты, конгрегационалисты. Теперь же появились и светские аболиционистские организации. Нью-йоркское общество по освобождению рабов (Manumission Society) было основано в 1785 г. Общество составляло петиции в легислатуру Нью-Йорка, требуя отмены рабства в пределах штата. Оно основало бесплатную негритянскую школу, в которой обучалось около 100 чел. Оно, наконец, спасало свободных негров, похищенных южными работорговцами для продажи на плантации. К 1792 г. подобные организации существовали уже от Массачусетса до Виргинии[1481].
Влиятельными и активными были масонские ложи. Английское масонство ведет свою историю с начала XVIII в. К 1740 г. в Лондоне было уже около сотни лож, а в английских колониях – девять[1482]. Первая великая ложа в Северной Америке возникла в Пенсильвании в 1731 г. После революции собственная великая ложа уже действовала в каждом штате. К 1826 г. численность масонов в США, по некоторым оценкам, превысила 200 тыс. чел.[1483] Полковые ложи существовали в Континентальной армии. Масоны были как на стороне американцев, так и англичан. В орден входили Дж. Вашингтон, Б. Франклин, Дж. Монро, возможно, Дж. Мэдисон. Масонами были девять из тех, кто подписал Декларацию независимости, одиннадцать из тех, кто подписал Конституцию 1787 г., 33 генерала Континентальной армии[1484]. Американские масоны, несмотря на эффектные ритуалы и клятвы не выдавать тайн ордена, вели относительно открытый образ жизни. Любой желающий мог присутствовать на процессии масонов. Так, 18 ноября 1768 г. бостонские масоны в торжественных одеяниях прошли парадом от Концерт-холла до Тринити-черч, где прослушали проповедь. Их сопровождал большой оркестр. После церковной службы масоны вернулись в Концерт-холл, где их ждал торжественный обед, музыка и «множество превосходных песен»[1485]. Чтобы попасть на масонский праздник в честь св. Иоанна Евангелиста в Бостоне, нужно было приобрести билеты у брата Поля Ривира. Масонские организация существуют и в современной Америке. В городе Александрия, в которой любил бывать Вашингтон, в масонском храме хранятся его личные вещи, а также ключи от Бастилии, которые ему подарил Лафайет[1486].
Ряд обществ носил этнический характер. Организации такого типа появились еще в XVII в. Первым из них было Шотландское благотворительное общество, возникшее в 1657 г. в Бостоне. Как и следует из названия, его основателями были иммигранты из Шотландии. Целью общества была помощь как его членам, так и всем, кому благотворители считали нужным оказать поддержку[1487]. В 1730 г. в Чарльстоне было создано Общество св. Андрея, также объединявшее шотландцев, однако провозгласившее своей целью помощь всем нуждающимся, без различия национальной принадлежности[1488]. Организация существует и по сей день. Также иммигрантским было Общество св. Георга в Нью-Йорке (создано в 1770 г.). Оно помогало новым колонистам, которые нуждались в материальной поддержке на первых порах или же в деньгах на возвращение домой[1489]. В Филадельфии в Карпентерс-холл регулярно собиралось «Общество англичан и сынов англичан», созданное для помощи английским иммигрантам, оказавшимся в стесненных обстоятельствах[1490]. Заседало оно в таверне «Тан». Там же собиралась пенсильванская великая ложа масонского храма, конгрессмены решали политические вопросы за кружкой эля, а Сэмюэль Николас вербовал морских пехотинцев[1491]. В 1780-х гг. организации «Сынов св. Андрея», «Сынов св. Патрика» и «Сынов св. Георгия» ежегодно отмечали свои праздники пышными процессиями и торжественными обедами.
Общеамериканскими были общества св. Таммани. Своим названием они были обязаны делаварскому вождю Таманенду, которого ко времени революции полушутя возвели в святые покровители Америки. Первое такое общество возникло в 1772 г. в Филадельфии, хотя более известен нью-йоркский Таммани-холл. Отличительным их знаком было использование индейского колорита. Лидеры общества именовались сахемами, сами общества разных штатов – племенами. Например, в нью-йоркском Таммани-холл обосновалось Племя Орла, в Массачусетсе – Племя Пантеры, в Пенсильвании – Племя Гремучей Змеи и т.д. Сам Таммани-холл получил название «вигвама». Общества св. Таммани привлекали американцев независимо от происхождения. Герой комедии Уильяма Данлэпа «Отец» (1789) рассуждал: «Мой дед был ирландцем, отец – шотландцем, а сам я англичанин, так что меня приняли во все три общества. Я бы присоединился к св. Таммани, если он меня примет»[1492]. В 1790-х гг., во многом благодаря инициативе Аарона Бэрра, активисты общества видели в нем «политический институт, основанный на прочной республиканской основе, демократические принципы которого послужат в какой-то мере исправлению аристократии нашего города»[1493]. Так общество превратилось в политическую машину джефферсоновских республиканцев. В XIX в. оно приобрело печальную известность из процветающей под его патронажем коррупции и фальсификации выборов.
Революция породила множество новых обществ, также ставших частью общественно-политической сферы Америки. Накануне Войны за независимость это были разнообразные объединения вигов, такие как бостонская «Верная девятка»; корреспондентские общества; комитеты бдительности и, конечно, знаменитые «Сыны Свободы»[1494]. Старые общества тоже могли политизироваться. Виги не желали видеть лоялистов в своих клубах. Так, в 1769 г. некий торговец, импортировавший английские товары, был изгнан из бостонского «Fire Club», как недостойный общаться с патриотами[1495].
В отличие от клубов и политических обществ, салоны пришли в США из Франции, где в XVII в. появилась целая салонная культура. Хозяйки салонов собирали вокруг себя остроумных и талантливых гостей. Там процветали особые формы галантной поэзии, изящные игры в «Страну Нежности», особая, иногда аффектированная утонченность[1496]. Южнокаролинская газета ставила этот особый стиль общения в пример американкам. Автор статьи восхищался салонами мадам де Севинье и мадам де Лафайет, «более приятными, чем нынешние ассамблеи», и вздыхал: «У них ученость не была педантичной, мудрость – суровой. Предметы величайшей важности они трактовали живо и остроумно»[1497].
Американцы готовы были подражать знаменитым француженкам. Такой салон сформировался в Трентоне вокруг Арчибальда Хоума, секретаря колониального совета Нью-Джерси. В его доме собирались представители и представительницы колониальной элиты, увлеченные пасторальной поэзией, научными штудиями, музицированием на арфе и клавесине. Подражая французским прециозницам[1498], скрывались за изящными псевдонимами. Сам Хоум был Флорио, жена богатого землевладельца Абигайль Кокс становилась Эмилией, дочь купца Рича (Рахиль) Фрэнкс – Флавией. Не обходилось и без галантности, которая была частью салонной культуры. В случае с Хоумом это позволяло ему выразить свою любовь к Риче
