он спрашивал что-то про ваше оружие?
— Верно, — подтвердил Чу Ваньнин. — Любой сильный совершенствующийся сможет легко ощутить ауру божественного оружия, тем более что я не скрывал ее. Но почему Бог Тысячи Оружий не смог сразу сказать, что у меня не одно божественное оружие из озера Цзиньчэн, а два? Тогда у меня возникли подозрения, но на кону был твой божественный меч, поэтому я предпочел не обострять ситуацию недоверием, но с тех пор внимательно следил за всем, что он делал во время нашего путешествия.
— Но… если это не Гоучень Шангун, как он мог создать божественное оружие?
— Во-первых, тот факт, что именно Гоучень Шангун создал все оружие в этом озере — всего лишь слух. Никто на самом деле не знает, почему в этом месте так много оружия, поэтому божественное оружие не обязательно было сделано Богом. Во-вторых, этот человек взял оружие из Божественного Арсенала, но никто не может подтвердить, принадлежало ли оно ему или нет. Более того, мы внимательно осмотрели оружие Сюэ Мэна и Ши Мэя — оно поддельное.
Мо Жань был потрясен:
— Поддельное?
— Да.
Мо Жань на мгновение застыл, с трудом выстраивая логическую цепочку, когда до него дошло:
— Тогда Цзяньгуй...
— Цзяньгуй — настоящее божественное оружие. Но этот поддельный Бог дал его тебе, преследуя какие-то собственные цели.
— Тогда что именно он хотел сделать? — спросил Мо Жань, с отвращением глядя на труп лисы на каменной кровати. — Сначала потратил так много усилий, чтобы заманить нас, а затем пытался сотворить эту мерзость. Что он хочет получить?
— Тебя.
— А?
— Все, что ты сказал, верно лишь наполовину. Только целью этой ловушки являемся вовсе не мы. В конечном итоге, ему нужен только ты.
— Чего он хочет от меня? — Мо Жань сухо рассмеялся. — Я же просто дурак.
Чу Ваньнин ответил:
— Я никогда еще не встречал дурака, который мог бы сформировать духовное ядро в течение года.
Мо Жань собирался возразить, но ошеломленно замер, когда понял кое-что…
Чу Ваньнин только что… похвалил его?
Осознание этого заставило его сердце биться быстрее, и он уставился на Чу Ваньнина с открытым ртом. Прошло несколько мгновений, прежде чем Мо Жань медленно моргнул. Лицо, непроницаемым выражением которого он так гордился, слегка покраснело.
К счастью, Чу Ваньнин даже не смотрел на него, все еще бормоча себе под нос:
— Кроме того, Тяньвэнь и Цзяньгуй, кажется, имеют некую связь с той ивой во дворе. Ранее, в древних текстах, я читал, что когда Гоучень Шангун спустился в Царство Смертных, он принес с собой три ветки ивы из Небесного Дворца. Но эти тексты были неполными, и я так и не смог узнать, что именно Гоучень сделал с этими тремя ветвями Небесной ивы.
Он помолчал, прежде чем продолжить.
— Но если слухи верны, то Тяньвэнь, Цзяньгуй и это старое дерево во дворе, на самом деле, могут быть теми тремя ивовыми ветвями. Две — стали священным оружием, одна была посажена на дне озера Цзиньчэн, чтобы стать могучим защитником Божественного Арсенала.
— Но какое это имеет отношение ко мне?— спросил Мо Жань.
Чу Ваньнин разочарованно покачал головой.
— Как это может не иметь к тебе никакого отношения? Ты тот, кто разбудил Цзяньгуй.
Мо Жань вздохнул:
— Я просто повторю это. Серьезно, какого черта!
— Я думаю, что все, чего он хочет, в конце концов, как-то связано с этой ивой во дворе. Но это все выводы, которые я могу сделать, исходя из имеющейся у нас информации. Пока это все, что я могу предположить.
Хотя все это было только догадками Учителя, Мо Жань чувствовал, что такой умный человек, как Чу Ваньнин, скорее всего, был очень близок к истине.
Обдумывая все это, он мчался следом за Чу Ваньнином по мрачной подводной тропе подземелья. После семи развязок и восьми поворотов, они достигли выхода. Кажется, стража не ожидала, что пленникам удастся сбросить дурман, и так расслабилась, что им удалось сбежать без особых проблем.
Выход из подземной тюрьмы находился прямо во дворе с Гигантской Ивой. Когда они вынырнули из тьмы подземелья на свет, перед глазами Мо Жаня предстала пугающая сцена.
Под Божественной Ивой стояли четыре гроба, и только один из них был пуст. В трех других лежали Чу Ваньнин, Ши Мэй и Сюэ Мэн.
Мо Жань побледнел и выпалил:
— Что здесь случилось?
— Это гробы для трупных жертвоприношений, — пояснил Чу Ваньнин. — Видишь, виноградная лоза цепляется за край гроба, а другой ее конец связан с Гигантской Ивой. Фальшивому Гоучень Шангуну был нужен только ты, поэтому, после того как всех нас накачали наркотиками, он приказал слугам отнести тебя в камеру, а нас троих положили в эти гробы. Используя эти гробы для трупных жертвоприношений, он может питать Гигантскую Иву духовной энергией совершенствующих. Это почти как сосать кровь.
Увидев брезгливо скривившееся лицо Мо Жаня, Чу Ваньнин продолжил:
— Не волнуйся, Ши Мэй и Сюэ Мэн невредимы. Я притворился, что потерял сознание и стал ждать удобного случая, чтобы расправиться с тремя змеелюдьми, охранявшими гробы. То, что сейчас лежит в трех гробах — это тела этих демонических существ.
Чу Ваньнин сказал все это так буднично, что Мо Жань не смог удержаться и украдкой бросил на него взгляд из-под ресниц.
Насколько сильны демонические охранники озера Цзиньчэн? Разве это «стал ждать удобного случая, чтобы расправиться» не значило, что он должен был тихо убить их в считанные секунды.
Насколько невероятны способности этого человека?
Прошло слишком много лет с тех пор, как он в последний раз сражался на равных с Чу Ваньнином, поэтому Мо Жань был несколько растерян, когда услышал эту фразу. Как будто мокрый снег из его прошлой жизни затуманил взор, и он вновь увидел захватывающую дух фигуру в белом, бледное лицо и глаза, сияющие подобно звездам.
Чу Ваньнин увидел, что юноша впал в прострацию, и позвал:
— Мо Жань!
Тот быстро очнулся и ровно ответил:
— Ничего.
— …
— Мне просто интересно, как Учитель изменил их внешний вид?
Чу Ваньнин холодно улыбнулся:
— Довольно простая иллюзия. Если этот фальшивый Гоучень Шангун может это сделать, почему не могу я? Пока эти фальшивки лежат здесь, наш побег не будет обнаружен. Пусть этот мошенник испробует на себе свою же отраву.
— ...
Находиться здесь дальше было опасно, поэтому, сделав короткую
