Некоторые хронисты утверждают, что всего за несколько дней Маргарита увеличила численность своего войска до 60 тысяч, но на самом деле речь, вероятно, шла скорее о тридцати. Ее полководцы: Сомерсет, Нортумберленд и Клиффорд – теперь начали планировать решающую кампанию и убеждали Генриха и Маргариту остаться в Йорке, когда они храбро поскачут навстречу врагу.
Король Эдуард знал, что если он срочно не предпримет никаких шагов против Ланкастеров, то его власть никогда не упрочится; он должен был победить Генриха VI не только на словах, но и на деле. 5 марта он отправил Норфолка в Восточную Англию вербовать солдат, а на следующий день послал Уорика на север, «придав ему множество людей» и поручив набирать ратников в йоркистское войско в его владениях, расположенных в Мидлендсе, центральных графствах. Два дня спустя Уорик получил полномочия призвать на войну королевских вассалов Нортгемптоншира, Уорикшира, Лестершира, Стаффордшира, Глостершира, Шропшира, Дербишира, Ноттингемшира и Йоркшира; им полагалось явиться со своими отрядами. 11-го числа пехотинцы Эдуарда, набранные по большей части в Уэльсе и Кенте, вышли из Лондона и двинулись на север. В их обозе следовало немало телег с оружием, пушками и провизией.
Сам Эдуард выехал из Лондона 13-го, через Бишопсгейт, и выступил на север, на Сент-Олбанс, с большим войском, ряды которого по пути пополнялись новыми рекрутами. Слухи о бесчинствах ланкастерской армии по-прежнему заставляли многих поддерживать йоркистов. Впрочем, войско Эдуарда вело себя немногим лучше, по крайней мере поначалу, так как в Сент-Олбансе, хотя аббат Уитхэмстед просил нового короля запретить грабежи, многие солдаты проигнорировали запрет и так разорили монашеские кельи, что аббату и братии пришлось переселиться в стоящие на отшибе поместья, пока аббатство не будет приведено в порядок.
Тем временем мать короля, герцогиня Сесили, оставалась в Лондоне и неутомимо трудилась, стараясь обеспечить поддержку своему сыну среди горожан, которых охватил страх, когда на юг стали просачиваться ужасающие слухи о зверствах, чинимых северянами королевы. Это существенно облегчило ее задачу, ведь почти все лондонцы теперь объявили себя сторонниками йоркистов.
16 марта Эдуард прибыл в Баркуэй, а день спустя – в Кембридж и встретился там с сэром Джоном Говардом, недавно явившимся из аббатства Бери-Сент-Эдмундс, где аббат и монастырь, «движимые любовью», собрали королю сто фунтов. Ковентри прислал ему сто ратников, в то время как другие отряды поставили города Кентербери, Бристоль, Солсбери, Вустер, Глостер, Лестер, Ноттингем и Нортгемптон. К 22-му Эдуард прибыл в Ноттингем, где, после нескольких ложных сообщений, получил точные известия, что Сомерсет и Риверс во главе большого войска заняли позицию, приготовившись защищать речную переправу в Феррибридже в Йоркшире. К 27-му Эдуард дошел до Понтефракта, по словам миланского посланника, «по пути пополняя свое войско тысячами вновь прибывших». «Говорят, королева чрезвычайно осторожна и, предпочитая обороняться, чем она, по слухам, готова пока ограничиваться, усмирит, и подчинит себе страну, и наголову разгромит всех, кто поднимется против нее». Теперь Эдуард с тыла приблизился к ланкастерской армии, перегородившей дорогу на Йорк, где помещались Генрих VI, Маргарита Анжуйская и их сын. По словам Холла, поблизости стояло лагерем почти тридцатитысячное войско Ланкастеров, а в армии Йорка насчитывалось 25 тысяч, и вскоре ее должны были пополнить подкрепления – отряды, возглавляемые Уориком и Норфолком.
В обоих войсках, вместе взятых, числилось от шестидесяти до ста с лишним тысяч солдат, возможно, два процента всего населения тогдашней Англии, но источники расходятся, определяя их размеры: согласно одним, ланкастерская армия превосходила йоркистскую, а по другим, силы были равны. Уитхэмстед рассматривал надвигающееся сражение как проявление борьбы севера и юга, а Ваврен говорит, что командиры северян уступали офицерам южного войска.
Ланкастерская армия действительно состояла главным образом из северян и находилась под командованием Сомерсета, Эксетера, Нортумберленда, Девона, Троллопа, а также лордов Фицхью, Хангерфорда, Бомонта, Дейкера из Гилсленда, Роса и Грея из Коднора. Она включала как минимум девятнадцать пэров, – и это служило доказательством, что многие вельможи по-прежнему хранили верность Генриху VI, – тогда как йоркисты могли похвастаться только восемью: в их войске числились Уорик, Норфолк, Буршье, Грей де Уилтон, Клинтон, Фоконберг и лорды Скруп и Дейкер (Ричард Файнс). Сомерсету, главнокомандующему ланкастерской армией, было всего двадцать четыре года, а королю Эдуарду, главнокомандующему йоркистов, не исполнилось и девятнадцати. Сомерсет и Эксетер командовали передовыми силами Ланкастеров, занявшими позицию в деревушке Таутон, неподалеку от Йорка, в то время как во главе йоркистского авангарда стоял Фоконберг.
28 марта король Эдуард выслал лорда Фицуолтера вперед во главе отряда, чтобы захватить мост через реку Эйр, расположенный к югу от Феррибриджа, но Фицуолтер и его люди попали в засаду, устроенную лордом Клиффордом, который командовал крупным кавалерийским соединением. Столь многие были перебиты или утонули в реке, что из людей Фицуолтера почти никого не осталось в живых, сам он погиб, а бывший рядом с ним Уорик был ранен в ногу. Когда весть об этом поражении распространилась в рядах йоркистов, боевой дух их резко упал. Король Эдуард и его командиры встревожились оттого, что уныние скажется на их способности сражаться, но Уорик спас ситуацию, совершив драматический жест: на глазах у всего войска он зарубил своего коня и поклялся, что станет скорее биться в пешем строю и умрет вместе со своими людьми, чем отступит хотя бы на дюйм.
Тем временем король Генрих отправил королю Эдуарду послание, предлагая провести переговоры и установить перемирие, поскольку завтра наступало Вербное воскресенье, но король Эдуард отклонил эту просьбу. Он знал, что большой отряд основных сил ланкастерской армии под командованием Сомерсета и Риверса в двух милях отсюда ожидает только знака, чтобы обрушиться на йоркистов, если они сломят сопротивление Клиффорда и попробуют переправиться через реку, а чтобы одержать победу, он должен упорно, во что бы то ни стало сражаться и идти вперед. Соответственно, он послал в бой йоркистский авангард под началом Джона де ля Поля, герцога Саффолкского, и тот сумел оттеснить ланкастерских воинов назад, до конца моста. Гонцы тотчас же полетели к королю Эдуарду сообщить о случившемся, и тот, видя, что потребуются подкрепления, бросил на Феррибридж основные части своего войска и повелел своим людям прийти на помощь Саффолку, а сам спешился и стал сражаться вместе со своими солдатами.
В этот момент, в разгар жестокой битвы, люди Ланкастеров разрушили мост. Йоркисты неустрашимо построили узкий плот, намереваясь переправить своих солдат через реку, но этот плот захватили враги. Когда йоркисты предприняли успешную, но кровавую попытку отбить его, последовала еще одна отчаянная схватка. В конце концов они сумели переправиться через реку в нескольких милях выше по
