Читаем без скачивания Высадка в Нормандии - Энтони Бивор

Хотя батальон Фрэнкленда не смог удержать позиции, его упорная оборона Сен-Бартелеми смогла на необходимое время задержать наступление 2-й танковой дивизии на Жувиньи-ле-Тертр. «Пантеры» не возобновили наступления до позднего утра. Это дало американцам время подтянуть подкрепления, особенно необходимые, чтобы блокировать продвижение северной колонны в Мениль-Аделе, в 3 км к западу от Мениль-Това.

Вскоре после полуночи все три боевые группы дивизий «Дас Рейх» и «Гетц фон Берлихинген» двинулись на Мортен и высоту 314. Им помогал густой туман, глушивший даже звук моторов.

7 августа в 01:25 солдаты американского батальона, занимавшего высоту 314, вздрогнули от выстрелов. Немцы нашли дорогу в обход заграждения на южном въезде в город. Они атаковали высоту и сам город. Полковник Хэммонд Беркс, командир 120-го пехотного полка, направил роту очистить Мортен от противника, но немцы уже успели обосноваться там прочно. В 02:00 они атаковали высоту 314 и с севера.

У Беркса больше не было резервов, а подполковник Хардуэй, оказавшийся в ловушке в «Гранд-отеле» в центре города, не мог добраться до главных сил своего батальона на высоте. Он с группой из трех офицеров пытался пробраться через город незаметно, но дозоры мотопехоты СС заставили их укрыться в одном из покинутых хозяевами домов.

Хотя большинство заграждений на дорогах немцы быстро смели, при штурме оборонительных позиций у аббатства Бланш на северной окраине города эсэсовская «Дас Рейх» потеряла много людей. Противотанковый взвод лейтенанта Спрингфилда с близкой дистанции вел огонь из трехдюймовых пушек по каждому появившемуся из тумана немецкому бронетранспортеру. «Лязг с последующей красноватой вспышкой означал прямое попадание. Каждый раз, когда солдаты выпрыгивали из подбитых бронемашин, по ним открывали огонь из пулеметов. Трассирующие пули то и дело рикошетили от дорожного покрытия и от брони замерших машин». Полковник Беркс, понимая важность позиции у аббатства Бланш, послал туда в качестве подкрепления еще два взвода. Командир одного из них, лейтенант Том Эндрю, вскоре возглавил оборону в целом.

Одна из рот батальона подполковника Локетта из 117-го пехотного полка с четырьмя истребителями танков была послана в городок Романьи юго-восточнее Мортена с задачей блокировать расположенный там перекресток дорог. Их ждала крайне неприятная неожиданность: немцы успели занять его раньше. Батальон Локетта не просто оказался разрезанным на части; им приходилось держать оборону на трех направлениях, а немцы просачивались через их позиции, применяя захваченное американское оружие. Американцы, слыша привычный звук, полагали, что их по ошибке обстреливают свои. Под непосредственным командованием Локетта было не более тридцати человек. Санчасть батальона едва справлялась с потоком раненых.

Положение 2-го батальона 120-го пехотного полка на седловине высоты 314 уже стало безнадежным. Его окружила боевая группа 17-й моторизованной дивизии СС. Раненые лежали где упали. Ничто не защищало их от минометного огня. Роты были отрезаны друг от друга на своих позициях, у них заканчивались боеприпасы, а добраться до складов они не могли из-за снайперского огня. В отсутствие Хардуэя капитану Рейнольду К. Эриксону было приказано взять командование на себя главными силами 2-го батальона, находившимися на гребне высоты. Укрываясь за валунами, в окопах и подлеске, батальон, прозванный «потерянным», удерживал высоту 314. Его главным козырем был артиллерист-корректировщик, который должен был, как только начнет рассеиваться туман, вызвать огонь и корректировать его со своей позиции.

Нуждаясь в срочной поддержке, чтобы остановить немецкие танки, генералы Брэдли и Ходжес связались со штабом генерала Кесады. Как только туман рассеялся около 11:00, в дело вступили П-47 «Тандерболт». Но американцы, считавшие, что лучшее оружие против танков – это ракеты «Тайфунов» Королевских ВВС, связались со 2-м авиасоединением маршала авиации Конингема. Конингем и Кесада согласились, что «Тайфунам» следует заняться «исключительно колоннами вражеской бронетехники», а американские истребители тем временем будут вести заградительный огонь, истребители-бомбардировщики же – атаковать транспортные средства в немецком тылу.

Хотя утро в районе аэродрома Френ-Камийи к северу от Кана было сырым и туманным, два «Тайфуна» отправили на разведку. Они заметили немецкую бронетехнику, двигавшуюся к Мортену. Приземлившись, пилоты бросились к палатке разведслужбы. К палатке летного состава, расположенной за полосой высоких деревьев, устремился, тревожно сигналя, джип. Подразделения аэродромного обслуживания стали спешно готовить «Тайфуны» к взлету, а пилоты собрались в палатке для совещаний.

«Это тот момент, которого мы все ждали, джентльмены, – сказал им подполковник Чарлз Грин, получивший за несколько минут до этого подтверждение приказа из штаба Конингема. – Шанс застигнуть танки на открытом пространстве. А этих ублюдков там тьма-тьмущая». Самолеты должны были атаковать не эскадрильями, а парами. Подлетное время составляло не более пятнадцати минут, а значит, крыло сможет «завести над целью непрерывную карусель из “Тайфунов”».

Пилоты бросились по машинам. Один, самый суеверный, настоял на том, чтобы ему дали помочиться на хвост самолета, как он это обычно делал перед вылетом. 123-е крыло по составу было многонациональным: там можно было встретить англичан, бельгийцев, французов, канадцев, австралийцев, новозеландцев, южноафриканцев, норвежцев, поляков, аргентинца и даже немецкого еврея по имени Клаус Гуго Адам (впоследствии он стал кинематографистом под именем сэра Кена Адама).

Солнце разорвало туман как раз в ту минуту, когда в воздух поднялись восемнадцать эскадрилий 83-й авиагруппы. Кроме штатной 20-мм пушки, каждый «Тайфун» нес под крыльями по восемь ракет с 60-фунтовыми боеголовками. Некоторые летчики утверждали, что их суммарный эффект сравним с бортовым залпом легкого крейсера. Испытания, однако, показали, что все восемь ракет, одновременно выпущенные среднестатистическим пилотом, имели «примерно 4 %-ный шанс поразить одну цель размером с немецкий танк». «Тайфуны» зато отличались «зверской прочностью», дававшей более надежную защиту от зенитного огня, чем у большинства других самолетов.

Первая волна нанесла удар по 1-й танковой дивизии СС «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер», двигавшейся по дороге западнее Сен-Бартелеми. Дивизию выдала серовато-коричневая пыль, поднимавшаяся из-под гусениц танков. Пилоты-новички старались не забыть затверженное в училище заклинание «Снижение – удар – подъем!», а также необходимость избежать скольжения на крыло. Первой целью была головная машина в колонне, второй – замыкающая. Летчики либо выпускали все восемь ракет залпом, либо стреляли очередями, выпуская их попарно. Как только ракеты заканчивались, летчики открывали огонь из 20-мм пушек, стараясь попадать по дороге перед самыми машинами. Это давало шанс поразить уязвимое «подбрюшье» танков и бронетранспортеров с более легкой броней. Вскоре все вокруг затянул черный дым горящих танков, что создало угрозу столкновения самолетов в воздухе.

Через двадцать минут после взлета «Тайфуны» уже возвращались на аэродром для пополнения боезапаса и дозаправки. Это было похоже на конвейер. Приземлившись, нетерпеливые пилоты потели в нестерпимой духоте кабин, закрытых фонарями из оргстекла. Пропеллеры «Тайфунов», приводимые в движение моторами «Сейбр», поднимали тучи пыли, поэтому аэродромным командам и техникам-оружейникам, которые из-за августовской жары и так ходили обнаженными по пояс, приходилось завязывать лица платками. Из-за этого они становились похожими на разбойников с большой дороги. Как только пилот получал разрешение на взлет, он выруливал на взлетную полосу. Так и продолжалась «карусель». Удалось остановить и 2-ю танковую дивизию, наступавшую на Жувиньи-ле-Тертр.

Американские истребители превосходно справились со своей задачей. Лишь очень немногие из обещанных 300 самолетов люфтваффе смогли приблизиться к Мортену на расстояние 40 км. Позднее командование люфтваффе оправдывалось перед штабом 7-й армии: «Нашим истребителям приходилось вступать в бой сразу после взлета, поэтому они не смогли достичь заданного района. Но они надеются, что воздушные бои тоже принесли пользу». Ответ штабного офицера 7-й армии был сухим: «Серьезной помощи мы не ощутили». Главную опасность для «Тайфунов» представляли вражеские пулеметы. Три самолета было сбито, многие получили повреждения. Но вскоре «Лейбштандарт» сообщил, что у танков кончается боезапас.

В районе Мортена сражающиеся войска перемешались, в результате чего «Тайфуны» ошибочно атаковали своих и нанесли им потери, как в технике, так и в живой силе. Например, у заграждения на дороге близ аббатства Бланш были ранены два человека из противотанкового расчета взвода лейтенанта Эндрю. Но, по словам самого лейтенанта, «англичан быстро простили», поскольку они «отлично расправились с немцами».