стеклом Священному залу, потом по долгой лестнице, а потом по темным коридорам и новым лестничным пролетам, что уходили все глубже и глубже в землю. Все глубже и глубже во тьму.
Он выживет. Обязательно выживет, как бы зверски его не пытали…
А потом, когда пытки закончатся, он найдет способ выбраться отсюда. И способ разыскать этих тварей, что бросили его здесь подыхать — Боги и демоны свидетели, он заставит их испытать такую боль, какую не испытывал ни один человек на этом свете.
Обязательно найдет.
Клэйв мысленно поклялся себе в этом — и эта клятва придала ему сил идти, не падая, не дрожа и не выпрашивая прощения у своих новых тюремщиков.
Идти прямиком в преисподнюю тьмы, огня и боли.
Глава 50
Теолрин бежал настолько быстро, насколько позволяли силы.
Он бы бежал еще быстрее, но не мог — Джейл чересчур вымоталась. Она уже несколько раз предлагала оставить ее и продолжить путь в одиночку, но он не решился пойти на такое — слишком уж рискованно сейчас было разделяться. Поэтому он бежал и тянул ее за собой, через улицы, через ведущий в северную часть города мост — тянул, надеясь, что у девушки где-то внутри еще припасено хоть немного сил…
Город шатался вокруг него, словно приходя в себя после лютой попойки. Все чаще и чаще на глаза попадались следы безумной ночной вакханалии — следы столкновений, резни и поджогов. Иной раз за сточными канавами можно было увидеть и услышать тяжелораненых, тех, за кем еще не пришли суровые патрули городской стражи. Их стонам и мольбам вторили хриплые крики воронов, что летели в сторону кварталов знати — туда, где было, чем поживиться. Улицы становились все более и более наводненными людьми, испуганными, перешептывающимися, людьми, что стекались, влекомые призывами герольдов, в одну-единственную точку.
На Замковую площадь.
Происходящее превратилось для Теолрина в какой-то кошмарный, безумный сон, от которого его подташнивало, несмотря на новые силы организма. Он помнил, как, расталкивая нерасторопных прохожих, прорывался вперед. Помнил, как его взору открылась наводненная людскими толпами гигантская площадь, за которой поднимались к купольному своду местами дымящиеся синие стены и башни королевского замка…
Однако больше всего его внимание привлекли не стены и башни, а то, что располагалось по центру площади: громадный помост.
И десятки виселиц на нем.
Пока что виселицы пустовали, и петли лишь изредка чуть покачивались от порывов ветра — но Теолрин понимал: это продлится недолго. Своим новым улучшившимся зрением он уже разглядел сквозь малейшие прорехи в толпе, как с дальней стороны площади, под охраной тяжеловооруженного конвоя, к помосту подъезжают повозки. А потом он увидел, как с парапета одной из замковых башен отделяется прежде не замеченная им фигура и, пикируя, точно птица, приближается к помосту.
Еще один Летающий…
Что-то заставило Теолрина пробираться вперед, прокладывая себе и Джейл дорогу локтями. Некоторые горожане недовольно возмущались, но, при виде его изодранных, окровавленных одежд и убийственно-решительного взгляда лишь опасливо отодвигались в стороны; другие же и вовсе не обращали на него внимания, занятые тем, чтобы вовремя упасть на колени при приближении Летающего.
Время для Теолрина как будто растянулось. Не прекращая двигаться вперед, он видел, как инквизиторы со своими помощниками выводят из повозок людей, почти обнаженных, с поникшими головами и руками, связанными за спиной. Видел, как их, подталкивая в спину, заставляют подняться на помост и занять свои места… рядом с каждой из виселиц.
— ВСЕ ВЫ ЗНАЕТЕ, — голос Летающего, воспарившего над помостом, пророкотал подобно внезапному грому, — ЧТО ПРОИЗОШЛО СЕГОДНЯШНЕЙ НОЧЬЮ…
— Тео. — Теолрин остановился, когда Джейл цепко ухватила его за запястье. — Тео, остановись. Куда ты собрался? Нас же заметят.
— Плевать, — бросил он и двинулся вперед.
Голос человека, наделенного силой алого стекла, продолжал бить по ушам:
— …МНОГИЕ ИЗ ВАС ПОШЛИ НА ПОВОДУ У ПРИСЛУЖНИКОВ ПРОКЛЯТЫХ. ПОЛЬСТИВШИСЬ НА СЛАДКИЕ РЕЧИ И ЗВОН ОБЕЩАННЫХ ВАМ СТЕКЛОМОНЕТ, ВЫ ПРЕДАЛИ КОРОЛЕВСКУЮ СЕМЬЮ. ВЫ ПРЕДАЛИ КОВЕН! ВЫ ПРЕДАЛИ СОБСТВЕННУЮ ВЕРУ!..
— Тео! Стой же! Прошу, послушай меня!
— …ЭТИМИ ПОПЫТКАМИ ЗАХВАТИТЬ ВЛАСТЬ, ЭТИМИ ПОСТЫДНЫМИ ПОСТУПКАМИ ПРОТИВ ВЛАСТИ ВЫ РАНИЛИ В САМОЕ СЕРДЦЕ САМОГО МИЛОСТИВОГО КЕЛЬМА!..
— Они же схватят тебя, дурак, и тоже отправят на виселицу!
— ЗАЧЕМ?! СКАЖИТЕ МНЕ, ЗАЧЕМ ВЫ ПОСЛУШАЛИСЬ ЭТИХ ГЛУПЦОВ, ЧТО ЗАСТАВИЛИ ВАС РИСКОВАТЬ СВОИМИ ЖИЗНЯМИ? РАЗВЕ ВЫ НЕ СЛЫШАЛИ В НИХ ГОЛОС ОБМАНЩИКОВ? РАЗВЕ НЕ ПОНИМАЛИ, ЧТО ОНИ ИГРАЮТ ВАШИМИ ЖИЗНЯМИ, КАК РАЗМЕННЫМИ МОНЕТАМИ?
— Тео!..
— ДРУГИЕ НА НАШЕМ МЕСТЕ, НЕ ЗАДУМЫВАЯСЬ, НАКАЗАЛИ БЫ ВСЕХ И КАЖДОГО, КТО ХОТЬ КАК-ТО ПРИЧАСТЕН К СТРАШНЫМ КРОВАВЫМ СОБЫТИЯМ СЕГОДНЯШНЕЙ НОЧИ! НО! — Летающий вскинул руки, и между ними засверкали, словно кусочки радуги, семицветные искры. — ВЫ ЗНАЕТЕ, ЧТО КЕЛЬМА НЕ ПРОСТО ТАК ЗОВУТ САМЫМ МИЛОСТИВЫМ ИЗ ДЕТЕЙ БОГОВ! ОН ПОНИМАЕТ, ЧТО ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ПРИРОДА СЛАБА И ПОДВЕРЖЕНА ИЗЪЯНАМ… ПОЭТОМУ ОН ПРОЩАЕТ ВАС. — Вздох облегчения, похожий на какой-то странный и долгий гул, прокатился по толпе. — ВЫ БЫЛИ СЛЕПЫ, НО ОН ПОЗВОЛИЛ ВАМ ОТКРЫТЬ ГЛАЗА И САМИМ, САМИМ УВИДЕТЬ ПРАВИЛЬНЫЙ ПУТЬ!
Кто-то начал аплодировать. Другие бурно загомонили. Кто-то засвистел. Еще кто-то расплакался — но были то слезы горя или же радости, Теолрин так и не понял. Он по-прежнему проталкивался вперед, приближаясь все ближе к центру площади. К темному помосту, возвышающемуся над площадью, словно алтарь из Священного зала Ковенской Твердыни.
— ДА, ДЕТИ МОИ! В СВОЕМ БЕЗГРАНИЧНОМ МИЛОСЕРДИИ ОН ПРОЩАЕТ ВАС! ВСЕХ ВАС… — Последовала недолгая пауза, в ходе которой Летающий опустился на скрипнувший под его весом помост и обвел руками людей, что стояли, под надзором инквизиторов, каждый у своей виселицы. — ВСЕХ, КРОМЕ ТЕХ, ЧТО ПОЛНОСТЬЮ ПЕРЕШЛИ НА СТОРОНУ ВРАГА И ЧЕЙ РАЗУМ НАСТОЛЬКО ОТРАВЛЕН ЖЕЛЧЬЮ И ЗЛОСТЬЮ, ЧТО ДАЖЕ МИЛОСТИВЫЙ КЕЛЬМ НЕ МОЖЕТ ВЕРНУТЬ ИХ НА ПУТЬ ИСТИННЫЙ.
Новый гул прокатился по толпе. Теолрин видел, как группы стражников рядом с помостом внимательно оглядывают толпу в поисках тех, кто рискнет высказать недовольство.
— ЭТИ НЕЧЕСТИВЦЫ, ЭТИ ЕРЕТИКИ, ЭТИ БОГОХУЛЬНИКИ ОТЛИЧИЛИСЬ ТЕМ, ЧТО ОТКРЫТО БОРОЛИСЬ ПРОТИВ ВЛАСТИ НЕБОДЕРЖЦЕВ!
Толпа взволнованно загудела. Многие из тех, что прежде глядели на происходящее со страхом или недоверием, теперь преисполнились яростного азарта.
— Изменники! — все чаще и чаще раздавалось в толпе. — Бандиты! Казнить их!
— ОНИ ВОЗГЛАВЛЯЛИ НАПАДЕНИЯ НА ДОМА И ХРАМЫ, — продолжал вещать Летающий, — ПРОПОВЕДОВАЛИ ПРОТИВ НАС, СОВРАЩАЯ НЕОКРЕПШИЕ УМЫ, ОНИ УКРЫВАЛИ В СВОИХ ДОМАХ ОПАСНЕЙШИХ ПРЕСТУПНИКОВ И ПОМОГАЛИ ТЕМ СОВЕРШАТЬ СВОИ КОВАРНЫЕ, ГНУСНЫЕ ЗАМЫСЛЫ…
В этом момент Теолрин, наконец, увидел ее.
— Нет… — с мольбой прошептал он.
Она стояла в правой части помоста, уставившись
