долго, чтобы с первого взгляда увидеть определённое сходство и предположить, что монах и есть старший брат ученика, о котором тот упоминал несколько часов назад.
— Я Зенза, — сказал монах, — вы, наверное, меня не помните, Наруто-сан…
— Зенза — мой старший брат, — подтвердил догадку Дейдары Мичи.
— Рад вас увидеть, — искренне улыбнулся этот Зенза, который смотрел только на Наруто, — я… всё хотел вас поблагодарить, ведь вы…
— Не стоит, — сухо перебил Наруто. — Мы просто выполняли свою миссию. Как и положено шиноби.
— Ты их знаешь? — спросил Дейдара, когда его ученик и его брат отошли от них. Наруто выглядел подавленным и мрачным.
— Только монаха. Он был тогда в том монастыре, Храме Огня… Когда погиб Сэн.
— Сэн? — снова услышал это имя Дейдара.
— Да, это случилось до тебя. В год Обезьяны, три года назад… Почти три года. У него в конце этого месяца день рождения, исполнилось бы девятнадцать. Он умер за девять дней до своего шестнадцатилетия. Я считал его братом.
— Братом? — глупо переспросил Дейдара. Потому что Наруто со всеми очень близко общался и сам Дейдара искренне считал Наруто хорошим другом, родным человеком.
— Сэн был наполовину Узумаки. Ты же знаешь, что я не Учиха, верно? — хмыкнул Наруто. — Названный брат. Моей мечтой было… восстановить клан Узумаки. Сэн разделял со мной мою мечту. А потом он умер.
— На миссии?
— Да… — Наруто выдохнул и посмотрел на краснеющее небо. — Не поверишь, но я даже не мог говорить об этом… А сейчас Юмико, этот монах, твои вопросы… Наверное, я хочу рассказать, но позже, когда… зажгут фонари. Мы с Аджисай, Таюей, Мамору и Юмико хотели пойти в барьер клана Узумаки, чтобы поговорить о Сэне. Я смогу провести и тебя. Пойдёшь с нами?
— Да, — твёрдо ответил Дейдара, — Пойду.
Часть 3. Глава 3. Вечер воспоминаний
Скрытый барьером квартал клана Узумаки был почти таким же, как в самый первый раз, когда Наруто побывал здесь в восемь лет.
— Странное ощущение от этого места, — озвучил мысль Дейдара, оглядываясь по сторонам.
— Двадцать лет тут никто не живёт, — ответил Наруто. — Все погибли. Я иногда расчищаю здесь, но деревья и кусты без присмотра очень быстро растут. Тем более, что без помощи Сэна…
— Ты же не отказался от своей мечты, братик? — спросила Таюя.
— Я не знаю, — ответил Наруто, повесив свой фонарик на дерево. Остальные тоже развесили фонарики на заранее оборудованной полянке.
— Так значит, ты когда-то жил здесь? — спросил Дейдара.
— Вон там дом моих родителей, — показал Наруто. — Минато и Кушины. Я не знал их, они погибли в день моего рождения. Как и все остальные.
— И что же произошло?..
— Мама Наруто, — Юмико погладила Наруто по голове и улыбнулась, — она была предыдущим джинчуурики Конохи. Когда она родила, её печати ослабли и этим воспользовался предатель клана Учиха. Он взял биджуу под контроль и натравил на деревню. Родители Наруто и остатки клана Узумаки, как и многих других кланов, погибли в неравном бою с девятихвостым. Узумаки Кушина была очень сильна, да и отцом Наруто был сам Четвёртый Хокаге — Жёлтая Молния Конохи — ценой своих жизней они запечатали биджуу в Наруто.
— Итачи в детстве видел их, а мой отец был наставником Какаши-сенсея, — сказал Наруто, доставая фотографию, которую поместил в рамку, чтобы она не портилась. — Это мои родители.
— Твоя мама на Карин похожа, — посмотрел Дейдара. — А ты… Ты сейчас как твой отец.
— Через несколько лет тот предатель снова попытался напасть на деревню, — продолжила Юмико, — но его встретил наш клан. Нас, как детей, решили спрятать в убежище, узнав о нападении. Все взрослые погибли, а предатель смог уйти. Позже, когда мы немного выросли, нашим старшим братьям и Наруто с помощью Орочимару-сана удалось выследить и уничтожить его. А потом мы вернулись в Коноху, чтобы начать восстанавливать клан Учиха.
— Я смотрел, как медленно, но шаг за шагом возрождался клан Учиха, — продолжил Наруто, сжимая руку Аджисай, которая присела рядом с ним. — И подумал, что клан Узумаки тоже достоин возрождения. Это сложно, требуется много сил, много денег, много людей, но я видел, что это выполнимо. Главное верить в свои силы и… Сэн считал, что у меня всё получится.
— Сэн был хорошим парнем, — кивнула Таюя.
— Отличным другом, — подтвердил Мамору и посмотрел на сестру: — Сыграем?
— Да, — Таюя достала флейту, а Мамору свою окарину, и тихая мелодия полилась по ночному кварталу.
— Это колыбельная, — пояснил Наруто для Аджисай и Дейдары. — Сэн её играл, он тоже умел на дудочке. Говорил, что мама ему в детстве пела.
Наруто нравилось, что клан Учиха был очень музыкальным: многие умели играть на разных окаринах, флейтах, свистелках, кто-то использовал это и для техник, кто-то просто как способ концентрации. Орочимару-сан говорил, что музыка и звуки имеют своё влияние как на кейракукей, так и просто на душу. Он когда-то даже хотел организовать собственную скрытую деревню и назвать её «Деревней скрытого Звука». По крайней мере, барьеры гендзюцу, которые когда-то окружали их убежище в Стране Рисовых Полей, были звуковыми. А ещё учитель Фукасаку и его жена Шима умели петь «жабье гендзюцу», тоже основанное на звуках.
Последние ноты «песни Сэна» стихли, возвращая из воспоминаний.
— Три года назад в Коноху пришло сообщение, что в Стране Чая было разрушено несколько храмов, — начал рассказ Наруто, — сначала в предместьях Хокутана, потом возле их столицы, затем рядом с городом Васаби. Храм Икодэра располагался на границе Страны Огня. Там в кровавой резне убили всех монахов. Стало ясно, что неизвестные шиноби движутся с юга на север и разоряют храмы. Монахи Храма Огня были обеспокоены странной тенденцией и запросили подкрепление и разведку из Конохи.
— Мы с Кибой и Даичи были отправлены в Икодэру, чтобы расследовать, что же случилось, — вставила Таюя. — С нами были Шикамару и Шисуи-сан в качестве подкрепления и капитана, а ещё пара монахов отправилась с нами, чтобы начать восстановление тех храмов. Это тоже были храмы Ниншуу. Свидетелей мы не обнаружили, но следы крови там были просто повсюду. Настоящая
