Однако пока был жив дядя, Мовсар оставался совершенно безвестным. Заговорили о нем летом 2002 года, когда Арби Бараев был убит в селении Алхан-Кала Грозненского сельского района. Мовсар провозгласил себя вместо дяди эмиром алхан-калинского джамаата — так называемого «Исламского полка». Самопровозглашенного эмира признали не все. Например, этого не сделали бывшие заместители Арби Бараева Ислам Чалаев и Тимур Автаев, которые тоже мечтали заменить своего убитого шефа. Поэтому некоторое время в джамаате было двоевластие. Лишь после того как федералы ликвидировали Автаева и Чалаева, Мовсар стал единоличным лидером джамаата и начал мстить федералам за смерть родственника. Он организовал несколько нападений на федеральные колонны и целую серию взрывов в Грозном, Урус-Мартане и Гудермесе. В своем последнем интервью, которое было опубликовано на сайте боевиков kavkaz.org, Мовсар Бараев сказал: «Гибель Арби федералами преподносится как большая победа… Они думают, что смерть наших командиров может привести к победе. Командиров, ставших шахидами, заменят новые люди. Борьба будет продолжена». Мовсар Бараев заявил, что «продолжит дело своего родственника до победного конца». И действительно: занимался похищениями, грабежами и нападениями на федералов. Кроме того, Мовсар, так же как и его родственник, из-за своей алчности поссорился с другими полевыми командирами. В июне 2002 года он расстрелял другого полевого командира, также известного похитителя людей из клана братьев Ахмадовых Ризвана, похитив у него 45 тысяч долларов. Чтобы обелить себя, Мовсар обвинил убитого в том, что именно он предал Арби Бараева и навел на него спецназ федеральных сил. Мовсар также конфликтовал с чеченским командиром Усманом Ченчиевым. Причиной послужил самый обычный криминальный передел сфер влияния.
Мовсар Бараев неоднократно совершал теракты в городе Аргун, который Усман Ченчиев считает своей зоной. Это приводило к тому, что федеральное силы начинали проводить в городе спецоперации и «зачистки», в результате которых группировка Усмана Ченчиева несла ощутимые потери. Именно по этим причинам Усман Ченчиев и его соратник полевой командир Асламбек Абдулхаджиев, пользующиеся поддержкой главарей среднего звена, открыто заявили, что намерены убить Мовсара Бараева и его «прихлебателей», из-за которых федералы громят аргунский джамаат. Тем не менее Мовсар удержал свои позиции как среди руководства бандформирований, распределяющих деньги, так и среди подчиненных командиров мелких бандгрупп. Ему удалось наладить щедрое финансирование своей банды — деньги он получал от Хаттаба. Причем Хаттаб был на редкость щедр, передавая новоиспеченному командиру на организацию терактов и зарплату подчиненным весьма крупные суммы. По некоторым данным, ему досталось порядка 600 тысяч долларов. Всем же другим главарям деньги стали выделяться в последнюю очередь или вообще не выделяться. Подобное положение крайне возмутило полевых командиров-чеченцев, которые не хотели прислуживать Хаттабу. В результате часть чеченских командиров совершили убийство соратника М. Бараева эмира аргунского джамаата Асламбека Адиева, который ранее был комендантом Шалинского района Чечни. М. Бараев неоднократно обвинялся российскими спецслужбами в причастности к похищениям людей, многочисленным терактам на территории Чеченской республики. (В распоряжении спецслужб имеется видеокассета с кадрами физических истязаний людей, похищенных Бараевым с подручными. Видеозапись зафиксировала, как под пытками пленники «сознаются» в сотрудничестве с федеральными силами, а сам Бараев казнит русскую женщину, отрезав ей голову.)
Согласно сведениям чеченской милиции, Мовсар Бараев был одним из организаторов теракта в Алхан-Юрте 9 декабря 2000 года, когда был подорван заминированный автомобиль Москвич-412. Тогда погибли 20 человек и 17 были ранены. 21 августа 2001 года руководство ФСБ объявило о смерти М. Бараева. Приводились даже такие подробности, что Бараева ликвидировали во время спецоперации, в ходе которой «окружавшие боевика люди были хорошо вооружены и отстреливались до последнего». Примерно через неделю последовало еще одно официальное подтверждение смерти Бараева. 12 октября заместитель командующего группировкой войск в Чечне Борис Подопригора объявил о том, что «Бараев погиб под точечными ударами российской артиллерии и авиации». Из докладов военных стало ясно, что в горах Урус-Мартановского района был обнаружен большой отряд боевиков, который подвергся интенсивным бомбардировкам и артиллерийскому обстрелу. Среди погибших был якобы и Мовсар Бараев. Обычно в таких случаях военные стремятся предъявить труп (так, труп Арби Бараева показали перед телекамерами). Тело Мовсара не показали.
Вице-премьер Чечни Мовсар Хамидов так сказал об этих победных реляциях: «Видимо, не так его убивали, как нужно. Вот он и ожил в Москве!» Говоря о причастности к теракту в Москве родственников Бараева, представитель администрации главы Чечни Ахмада Кадырова Шамсаил Саралиев сказал: «В его банду входили боевики из самых разных районов и сел. Нельзя говорить, что причастен какой-то конкретный тейп. Вообще для Чечни это не очень характерно. Это же не Дагестан, где проживает множество национальностей — у нас только одна. При Дудаеве тейпы действительно играли большую роль, повысить их роль было его инициативой: чей тейп многочисленнее, тот и сильнее. Сейчас роль тейпов снизилась. Проверки в Чечне после теракта в Москве проводятся, однако только адресные, всплеска активности по розыску боевиков нет — и раньше работа велась активно. Что касается Бараевых, то и к Арби, и к Мовсару население относилось отрицательно, это же отморозки и грабители. Кстати, местонахождение Арби Бараева сообщили спецслужбам именно местные жители…» Один из командиров группы антитеррора «Альфа» 25 октября, еще до начала штурма, в интервью «Известиям» сказал о Бараеве следующее: «…Мовсара мы не считали серьезным врагом. В его джамаате было всего около десяти человек. Мовсар Бараев был маленьким винтиком в военной организации чеченских боевиков, да и сегодня он остается мелким бандитом, выполняющим чужую волю. За ним стоят другие, более крупные, серьезные и умные люди. Операцию подобного масштаба могла разработать только профессиональная террористическая организация. Уровень подготовки теракта такой, как будто ею занимался генеральный штаб какой-либо страны. По поступающей информации я сейчас вижу, что сам Мовсар Бараев был ориентирован и нацелен только на захват Дворца культуры, и теперь террористы не вполне понимают, что делать дальше. Каждый час они выдвигают новые требования, не по делу суетятся. В Буденновске и в Первомайском чеченцы действовали более осмысленно, жестче, эти же… Как-то «по-пионерски» они себя ведут. Видимо, бандиты Мовсара Бараева ждут новых инструкций от своих настоящих руководителей…» Басаев Хамид брат Шамиля Басаева. Полевой командир. До начала боевых действий в 1999 году был заместителем главы «главного штаба ичкерийской армии Шуры» и основным организатором тылового обеспечения НВФ. Убит ночью 14 марта 2001 г. в бою в Веденском районе.
Басаев Шамиль Салманович «Дивизионный генерал» (за Буденновск), «бригадный генерал» (за оборону Грозного). Позывные (клички) — «Лысый» и «Байсангур». Приметы: на вид более 30 лет, рост 170–172 см, среднего телосложения, волосы русые, с залысинами, борода черного цвета. Называет себя гражданином Чеченской Республики Ичкерия. Из тейпа Ялхорой (к этому тейпу относится и Зелимхан Яндарбиев, а к одному из ответвлений — Ортсхой — принадлежал и покойный президент Джохар Дудаев). Владеет нефтеперегонным заводом в Беное. Родился 14 января 1965 года в селе Дышне-Ведено. Село основано в 1840 году по приказу аварского имама Шамиля, его основали русские дезертиры и перебежчики. До сих пор жители «породистой Ичкерии» называют уроженцев Дышне-Ведено «чеченцами с русскими хвостами». До 1970 года проживал в Дышне-Ведено, затем в станице Ермоловская (Алхан-Кала). Среднюю школу окончил в 1982 г. С 1983 года работал разнорабочим. Родители живут в селении Ведено. Отец — Салман Басаев в советское время был профессиональным шабашником и считался одним из лучших мастеров-строителей. Слыл человеком строгих правил. Не пропускал ни молитв, ни постов и даже трижды совершил хадж. Иное дело сыновья — Шамиль и Ширвани. По рассказам людей, знавших будущих вождей «чеченского сопротивления», особым рвением в религиозных вопросах они не отличались, молитвы пропускали и, поминая Аллаха, матерно ругались. Кто мог подумать, что все изменится и «бизнес на Коране» станет для Шамиля главным делом жизни. С 1986 года Басаев жил в Москве. Три раза поступал на юридический факультет Московского государственного университета (МГУ), но не проходил по итогам конкурсных экзаменов. В Московский институт инженеров землеустройства поступил в 1987 г. Его занятия по компьютерной технике вел преподаватель Константин Боровой. В 1988 г. был отчислен со второго курса за неуспеваемость.
