— Все?
— Абсолютно, я бы сказала так. Все уже представляется ясным, а через десять дней появится еще больше деталей, и тогда будет нужен последний рывок, который и расставит все окончательно по своим местам.
Триггер кивнула.
— Это хорошие новости. Мне уже надоело быть ходячей загадкой.
— Не вините себя, — сказала ей Пилч с отеческими интонациями Холати Тэйта. — И, кстати, вы сейчас очень заняты, но если у вас иногда появляется возможность выкроить полчасика, вы можете сесть где–нибудь в тишине и послушать свои мысли. Если учесть то, как все сейчас складывается, это может принести большую пользу.
Триггер с сомнением посмотрела на нее.
— Послушать свои мысли?
— Вы научитесь этому довольно быстро, — сказала Пилч и улыбнулась. — Просто не препятствуйте их свободному течению, и не слишком усердствуйте. Хотите задать еще какие–нибудь вопросы перед тем, как мы вернемся на Мэнон?
Триггер смотрела на нее несколько мгновений.
— Есть одна вещь, в которой я хотела бы убедиться, — сказала, наконец, она. — Но, думаю, и у ваших людей имеются проблемы с безопасностью.
— А у кого их нет? — ответила Пилч. — Но с вами я могу говорить откровенно. Продолжайте.
— Хорошо, — сказала Триггер. — Я хотела бы знать… Происходящее со мной связано с тем, что творится вокруг плазмоидов?
— Вы прямо в эпицентре заварухи, Триггер. Это совершенно точно. Только каким образом вы туда попали, мы выясним в следующий раз. Я всегда испытываю крайне неприятное чувство, когда убегаю и оставляю что–то незаконченным, как сейчас, — призналась она, — но мне все равно надо бежать. В настоящее время не плазмоиды возглавляют список проблем Федерации. Но очень быстро к этому приближаются.
20
На следующее утро Триггер пришла в офис и узнала, что корабль Психологического Сервиса покинул территорию Мэнона примерно через час после того, как ее вернули в Штаб.
Никого из исследователей плазмоидов не было рядом. Спецуполномоченный, не особо любящий тратить время на сон, встал три часа назад и оставил ей послание, что при необходимости Триггер может найти его в большом корабле, расположенном в порту Прекола рядом с куполом. Очевидно, он закрылся в корабле и сидел в кабине трансмиттера, перекидываясь сообщениями с Флотом на территории Вишну. И он, скорее всего, будет занят этим еще несколько часов кряду. Профессор Мантелиш не вернулся из своей поездки. Майора Хеслета Квиллана тоже не было.
Не без радости Триггер подумала, что ей представился шанс вернуться к обычной работе Прекола. Так что она попросила служебный персонал передавать ей все более–менее важные сообщения и принялась за дело.
Несколько существенных докладов от исследовательских групп с планет–гигантов Прекола были затеряны во время вчерашних совещаний где–то в Штабе. Она успокоила исследователей и ввела запрос на поиск. Кто–то из команды экологов Ядра Звездного Скопления, самостоятельно принявшей решение, будто на Мэноне не нужно делать прививку вакцины биозащиты, позвонил с полярной станции и с придыханием в голосе сообщил, что у него и его товарищей начали выпадать волосы. И не только на голове. Триггер нажала на столе кнопку «Лихорадка Мэнона» и предложила экстренно воспользоваться париками. Нельзя сказать, что экологи оценили шутку. Шлюпка медпомощи с легким жужжанием вылетела из купола и направилась к полюсу на помощь. Триггер дала врачам все указания, одновременно попросив не делать экологам никаких уколов. Она оставила медиков удивленными ее просьбой и обратилась к повторному запросу исследовательской группы, которая опять запрашивала, найдены ли их доклады, наконец.
Да, Триггер была очень рада снова вернуться к своим непосредственным рутинным обязанностям.
Затем на ее рабочем столе появилось сообщение из медицинского департамента, адресованное спецуполномоченному Тэйту. В извещении было сказано, что Брюл Ингер снова обрел возможность разговаривать.
Триггер, нахмурившись, вздохнула, прикусила губу и задумалась на мгновенье. Затем набрала номер доктора Лихарвис.
— Я получила ваше сообщение, — сказала она. — Как себя чувствует пациент?
— У него все в порядке, — ответила пожилая врачиха.
— Он что–нибудь сказал?
— Нет, он боится. Если сможет собрать всю свою волю в кулак, то попросит консультации штатного юриста.
— Могу представить. Скажите ему от лица спецуполномоченного — не от моего лица, — что ему не будет предъявлено никаких обвинений, но Прекол надеется на его отставку к концу месяца.
— В самом деле? — недоверчиво переспросила Лихарвис.
— Конечно.
Доктор фыркнула.
— Да вы, ребята, совсем с ума посходили, битого и в отставку! Ну что ж, я передам Ингеру.
Утро продолжалось. Триггер предвзято изучала записи управления транспортом, в которых говорилось, что миссионерский корабль Девагас зарегистрировался и пришвартовался в космопорте; и тут позвонили из руководства Центра Утилизации и срывающимся голосом сообщили, что разрекламированная крыша из суперпрочного материала ангара только что не выдержала бомбардировки метеоритов, упавших на территорию космопорта. Большая часть камней рухнула на миссионерский корабль.
— Повреждения есть? — спросила она.
Центр ответил, что есть, и добавил, что капитан миссионеров желает переговорить с ответственным лицом. К кому его направить?
— Ко мне, — сказала Триггер и включила экран визора.
Капитан оказался высоким седовласым человеком с серыми глазами и квадратным подбородком. Триггер долго убеждала его, что все–таки является официальным лицом, и тогда он ледяным тоном заявил, что отныне Союз Девагас будет считать ее лично ответственной за это беспричинное оскорбление до тех пор, пока не будут принесены извинения.
Триггер быстро извинилась, и он коротко кивнул, соглашаясь.
— Кораблю нужна экстренная покраска, — не успокаивался он.
Триггер кивнула.
— Бригада маляров будет выслана немедленно.
— Мы, — сказал капитан, — присмотрим за процессом работы и примем только самый лучший сорт краски!
— Самый–самый лучший, — согласилась Триггер.
Капитан откозырял и отключился.
— Вот же козел, — сказала она без энтузиазма.
Триггер включила режим «не беспокоить» и набрала номер корабля Холати.
Соединения пришлось немного подождать. Тэйт, наверное, был занят где–то на корабле. Если б не его хобби, спецуполномоченный, и без того очень состоятельный человек, был бы еще богаче — как и Белчиг Плули. Только предметом увлечения Холати являлись не гаремы, а космические корабли, и на правах собственности ему уже принадлежали целых два. Их стоимость была высока в основном потому, что они были модернизированы по желанию спецуполномоченного, а желание это заключалось в копировании боевых кораблей Скаутов. На аналогичных кораблях командир эскадрильи Тэйт избавлял космос от негодяев во времена своей бурной молодости. И пока никто не осмелился напомнить коллекционеру, что в Системе Мэнон не разрешается размещать личные военные корабли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
