— Я спрашиваю: что это значит?
— Я готовил Хилтор к общению с тобой… Но немного не успел закончить, ты застала нас на первом этапе подготовки. Пользуясь моим расположением, она несколько забылась… Ее необходимо напомнить о существующих рамках дозволенного поведения. Надеюсь, ты поможешь мне в этом, раз пришла раньше, — абсолютно бесстрастным тоном ответил Норлан.
— Пользуясь твоим расположением… — повторила за ним Къяра и усмехнулась, — Норлан, ты — безжалостная скотина. Она, несомненно, пресмыкалась пред тобой, раз ты знал ее тайну… она лишь очень не хотела говорить о ней мне.
— Да нет… она была готова принять свой истинный облик перед тобой, эта дочь фавна…
— Тогда за что ты ее так?
— Она любит меня, мое сокровище. Мое длительное хорошее отношение к ней она посчитала достаточным поводом для выказывания своих чувств, и мне пришлось четко ей дать понять, что свои чувства ей лучше держать при себе…
— Так это ты для меня ее наказал? Чтоб я увидела и не сомневалась, что ты ее не любишь?
— Почему для тебя? Я не знал, что ты можешь придти раньше завтрашнего утра. Это, чтоб она поняла свое место здесь и полностью приняла твою власть… К тому же разве это наказание, это только начало наказания…
— Изверг… Думаешь, я тебе позволю его продолжить?
— Не только позволишь, но и накажешь сама… И еще жестче, чем я. Хилтор должна тебя бояться до обморока и дрожать при одном твоем появлении. Если ты сейчас не сделаешь это, то после твоего ухода я убью ее.
— Я не могу сейчас использовать магию… сам сказал.
— И не надо… Накажешь физически. Хилтор терпелива, но есть несколько приемов, которые она переносит с трудом… особенно с ее драгоценным хвостом.
— Норлан, хватит! Я не позволю тебе над ней издеваться!
— Да неужели? Сокровище мое, если только ты посмеешь командовать, что и как мне делать в обители, обители не будет совсем!
— Тогда я уйду навсегда!
— Ты думаешь, я буду держать тебя? Особенно тогда, когда ты открыла для меня возможность пользоваться четырнадцатым уровнем, а контролировать меня можешь лишь непосредственно присутствуя рядом? Нет, мое сокровище, твой уход я использую в своих целях… И ты знаешь, что я это сделаю. А вот мне ты не посмеешь сделать ничего!
— Норлан, ты же обещал мне, что не будешь вынуждать меня быть с тобой жестокой. Обещал! — в глазах Къяры полыхнул мрачный огонь.
— А ты обещала мне, что будешь достойной Владетельницей. И обители, между прочим, тоже, а не распустившей сопли девчонкой. Смотреть противно. "Я не позволю тебе над ней издеваться!", — передразнил он ее, — Скажите, пожалуйста, какие высокие чувства к дочери фавна. Да если б она только могла, она перегрызла здесь глотку всем и не подавилась… Ну может быть меня бы убивать не стала, используя для удовлетворения своих прихотей, а вот тебя бы точно прикончила, причем медленно и с наслаждением. Это маги… Я уже который раз говорю тебе: они понимают лишь силу. Вот обдерешь ей хвост, заставишь униженно у тебя в ногах валять и, скуля от боли, обдирать его дальше, вот тогда она будет покорна… очень покорна. И даже помыслить не посмеет ненавидеть тебя, а будет тебя любить, за то, что ты ее ежевечерне хвост не заставляешь себе обдирать, и тебе придется лишь изредка напоминать ей об этом, чтоб не забыла…
— Норлан… — Къяра судорожно сглотнула, — я всегда знала, что ты еще жестче чем отец… но я все равно не понимаю… Зачем тебе необоснованная жестокость? Ты ведь сам сказал, что она тебя любит, почему ты не можешь сыграть на этом и, используя это чувство, добиться повиновения?
— Ты уже добилась, с Каем… Правда, замечательно вышло? Он безумно тебя любит… и безумно покорен… от слов "без ума", и ты также "без ума" этим пользуешься.
— До чего ты ядовитый…
— До чего?
— До мозга костей! У тебя есть хоть одна слабость?
— Да, есть одна — ты. Не будь этой слабости, ты б уже лежала в могиле, а я не перед тобой тут униженно оправдывался и к твоему разуму взывал, а смотрел бы в горах на звезды.
— Я, его слабость… как же… ты, как и отец, видишь во мне лишь идеальную Владетельницу… и не более того. Ладно, хочешь, чтоб я ей хвост ободрала, и ее заставила это делать — сделаю… Снимай с нее сферу и приведи ее в чувство, — скривилась Къяра.
— Как прикажете, Владетельница, — склонился обилайт, убирая рукой сферу нераспространения над Хилтор.
Хилтор поспешно одевалась. Одевшись, она подошла к Владетельнице и опустилась на колени:
— Благодарю Вас, — склонилась она к полу и поцеловала мысок ее туфельки.
— Можешь встать, завтра придешь. Сегодня ты вела себя отвратительно, — раздраженно проговорила Владетельница.
Хилтор поднялась и, пятясь задом к выходу, испуганно спросила — Мне во сколько можно придти завтра и куда?
— В десять, сюда, — Владетельница отвернулась.
— Да, Владетельница, — Хилтор с поклоном вышла.
— Умница… — прокомментировал, стоявший у окна обилайт, — я даже не ожидал.
— Я рада, что тебе понравилось, — все еще раздраженно произнесла Къяра, — Что еще и кому я должна сегодня ободрать? Или же мне можно, наконец, отдохнуть?
— Можно отдохнуть, мое сокровище… Там где ты хочешь и так как пожелаешь.
— И какой же у меня есть выбор? — явно более миролюбивым тоном проговорила Къяра.
— Выбор у тебя большой. Можешь, вернуться к Каю, можешь, идти в апартаменты отца, а можешь, остаться здесь и поужинать со мной. Правда уже поздно для ужина, но мы с тобой еще не ели. Хотя может, ты и поела с Каем, не знаю…
— Нет, не ела.
— А зря. Могла бы его заставить накормить тебя, хоть какая-то польза была бы… Чего сбежала-то от него?
— Не сбежала. Дождалась, чтобы он насладился в полной мере моим присутствием, и ушла.
— И как же это он тебя отпустил?
— Я сказала ему, что теперь буду часто бывать в обители и соответственно бывать чаще у него. Если только ты не заподозришь ничего, и не нажалуешься отцу, что я неподобающе веду себя в обители… А так как ты отдал мне апартаменты отца и настаиваешь, чтобы я ночевала там, то мне придется это делать. Принял он это не сразу, но его истерика по поводу: ты теперь Владетельница, тебе должно быть позволено все, была краткой и непродолжительной. Уже через час, сломленный тем, что я не амортизирую его попытки удушиться на моем кабалите, он успокоился и стал целовать мне ручки, клятвенно обещая, что он будет покорен, довольствуется моими краткими посещениями, и будет вести себя так, чтобы ты не заподозрил ничего.
— Так ты удовлетворена?
— Я устала… Как же я устала от него, Норлан. Эти несколько часов с ним вымотали меня как сутки тренировок не выматывали… Только не говори ничего… я все твои комментарии по этому поводу и без тебя знаю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
