Рис. 22. Боевые действия у мыса Рион в 429 г.
Моряки пытались оттолкнуться от соседних кораблей шестами, со всех сторон слышалась ругань, и приказы боцманов оставались без внимания; даже если моряки оставались на веслах, из-за поднимающегося волнения они едва могли грести, и их почти неподвижные корабли не желали держать курс. В этот момент Формион дал сигнал, и афиняне устремились на таран, целясь в борта вражеских трирем. Они громили противника всюду, где нападали, а когда уцелевшие пустились в бегство к Патрам и Диме, погнались за ними. Не имея потерь, афиняне во время преследования захватили 20 трирем, а затем вернулись в Навпакт; остатки же пелопоннесского флота направились на запад, к элидской Киллене.
Там они встретились с Кнемом и его армией, которые переправились через залив на кораблях, собравшихся у Левкаса. Спартанские власти, узнав о позорном морском поражении, отправили троих уполномоченных, в том числе и Брасида, с приказом набрать новые корабли и атаковать Формиона. Тот тем временем запросил в Афинах подкреплений, но они еще не прибыли, когда 77 пелопоннесских трирем, готовых к бою, приблизились к Рионскому проливу и встали на якорь неподалеку от оказывающих им поддержку войск на пелопоннесском берегу. Формион расположил свои 20 кораблей у противоположного берега, где стояли мессенийские гоплиты из Навпакта, но западнее пролива, чтобы иметь свободу маневра в открытом море.
После нескольких дней промедления пелопоннесские командиры приняли план. Поскольку они находились ближе афинян к морской базе в Навпакте, оставшейся без защиты, они решили плыть на север в надежде, что Формион устремится через пролив на защиту Навпакта. На рассвете пелопоннесский флот двинулся к Навпакту колонной в четыре корабля шириной; вели колонну 20 самых быстроходных судов. Формион поспешно взял на борт своих людей и повел свои корабли, выстроившиеся цепочкой, через пролив в сторону Навпакта. Тогда пелопоннесские корабли сделали поворот налево и на полной скорости направились через пролив, надеясь прижать растянутую афинскую колонну к берегу и лишить ее возможности маневра. Они догнали и повредили 9 кораблей, но остальные 11 ускользнули из ловушки. За ними погнались 20 самых быстроходных пелопоннесских кораблей. Из 11 афинских кораблей 10 дошли до Навпакта, развернулись и направились навстречу врагу. Однако за одиннадцатым мчался по пятам лидер пелопоннесского флота, левкадийское судно, далеко обогнавшее своих спутников. Когда афиняне приблизились к Навпакту, они неожиданно обошли вокруг удачно подвернувшегося торгового судна и протаранили левкадийцев. Этот блестящий маневр вынудил пелопоннесские корабли прекратить погоню, тем более что некоторые уже сели на мель, другие заблудились и бездействовали – глупейшее поведение, учитывая соседство врага. Афинские корабли немедленно перешли в атаку и отогнали пелопоннесцев к Риону, захватив 6 кораблей и выручив 9 своих, поврежденных в начале сражения. После этого пелопоннесский флот был распущен. Вскоре Формион получил подкрепления – эскадру из 20 кораблей[48].
Благодаря блестящим победам Формиона были спасены и укреплены афинские позиции на северо-западе. Зимой Формион вторгся в Акарнанию, изгнав оттуда всех подозреваемых в сочувствии пелопоннесцам, и весной 428 г. с триумфом вернулся в Афины. Его победы ободрили измученных мором афинян и разрушили надежды Спарты на морскую победу: ведь если пелопоннесцы не могли создать эффективный флот в родных водах, то как они сформируют такой флот в Эгейском море? После второго поражения от Формиона, чтобы восстановить уверенность своей армии, Кнем, Брасид и другие командиры замыслили напасть на Пирей. Экипажи кораблей пересекли Истм – каждый моряк нес свое весло, уключину и банку – и за ночь спустили на воду 40 трирем, которые мегаряне два года держали в сухих доках. Но когда корабли оказались на воде, храбрость пелопоннесцев поиссякла, и вместо Пирея они разграбили Саламин. Когда на острове вспыхнули первые сигнальные огни, Пирей и Афины охватила паника, но атаки не последовало. На рассвете пелопоннесцы вернулись в Мегару с добычей и пленными, а афиняне оградили гавани Пирея бонами и выставили часовых, чтобы не быть захваченными врасплох. До этого момента пелопоннесцы ничего не предпринимали в эгейских водах, если не считать отдельных набегов на афинские суда у карийского побережья и уничтожения любых вражеских или нейтральных моряков, пойманных у пелопоннесских берегов. Когда им предоставилась возможность действовать в Эгейском море, они оказались плохо подготовленными, а применявшиеся ими методы начали вызывать недовольство островитян.
Летом 429 г. Спарта воспользовалась своим превосходством на суше, чтобы воздействовать на Платею – крохотный полис, так героически сражавшийся во время Персидской войны, что члены Общегреческого союза на веки вечные взяли обязательство защищать его от агрессии. Архидам пообещал уважать нейтралитет Платеи, если она расторгнет союз с Афинами и не будет участвовать в войне. Платейцам разрешили снестись с афинянами, которые заклинали их не расторгать союз и обещали помочь им всем, чем только возможно. Тогда Платея отвергла предложение Архидама, и он решил, что имеет достаточное оправдание для штурма города. Но все атаки были отбиты гарнизоном из 400 платейцев и 80 афинян, пищу для которых готовили 110 платейских женщин. Штурм был прекращен, и к осени 429 г. Платею обложили двойной стеной из необожженного кирпича, внутри которой разместился сильный гарнизон пелопоннесцев и беотийцев. Афины не пытались снять осаду с города. Если они не могли защитить собственную страну, то у них не было надежды и удержать Платею. С другой стороны, осада Платеи, продолжавшаяся более двух лет, стоила пелопоннесцам таких финансовых и людских потерь, которые совершенно не оправдывались стратегическим значением города.
В 428 г. пелопоннесцы не стали продолжать операции на западе. Афинский флот из 30 кораблей разорил побережье Лаконии и отрядил 12 кораблей в Навпакт; там они присоединились к акарнянам в безуспешном нападении на Эниады, а потом понесли тяжелые потери в набеге на Нерик поблизости от Левкаса. Обе стороны оказались в тупике: пелопоннесцы не сумели вытеснить афинян, а афиняне, имея лишь 12 кораблей и не получая ощутимой помощи от Закинфа, Кефаллении и Керкиры, не могли эффективно блокировать морскую торговлю Пелопоннеса. В том же году пелопоннесцы снова разорили Аттику и продолжили осаду Платеи – обе акции нанесли больше вреда моральному состоянию афинян, чем афинской военной мощи. Сами Афины по-прежнему были слишком слабы, чтобы перехватить инициативу. В южной части Эгейского моря они заставили Феру платить дань, но не сумели покорить Кидонию на северо-западе Крита. Таким образом, южный путь оставался открыт для пелопоннесских грабителей и купцов. В Халкидике афиняне почти ничего не добились после капитуляции Потидеи. Ни одна сторона не смогла заручиться поддержкой Персии. Пелопоннесские послы, отправившиеся в 430 г. ко двору царя царей, были арестованы во Фракии Ситалком и переданы афинянам, которые казнили их без суда.
2. Афины подходят вплотную к победе, 428–424 гг
Всеобщий застой на театрах военных действий закончился в июне 428 г. восстанием на Лесбосе, крупнейшем и богатейшем острове в восточной части Эгейского моря. Организатором восстания выступила Митилена. Она намеревалась объединить лесбосские города под своим политическим контролем, создать крупный флот, построить более сильные укрепления и доставить на остров запасы зерна и наемных лучников. Но об этих планах сообщили в Афины. Встревоженные афиняне, еще помнившие Самосское восстание, втайне приняли спешные меры к укреплению Метимны, единственного полиса на острове, который сохранил им верность, и блокировали обе гавани Митилены, построив укрепленные морские базы по обе стороны от города. Тем временем митиленцы дважды посылали в Спарту эмиссаров, которые срочно требовали помощи и говорили о мощи митиленского флота. На Олимпийских играх в августе 428 г. они обратились к представителям Спартанского союза. Пелопоннесцам, заявили они, предоставляется прекрасная возможность. Лесбос и Хиос остались единственными государствами в Афинской империи, имеющими флот. Если бы пелопоннесцы послали подмогу Митилене, одновременно напав на Афины с суши и с моря, то это вызвало бы всеобщее восстание во всем Эгейском бассейне и возникла бы возможность воспользоваться тем, что Афины сильно ослабли в результате нескольких лет мора и непомерных денежных расходов. Спартанский союз принял Лесбос в свои ряды и решил действовать в соответствии с предложением митиленских послов. Спарта отрядила две трети союзной армии для нового вторжения в Аттику и начала подготовку к переброске боевых кораблей из Коринфского в Саронический залив. Но союзники действовали менее энергично. В горах пелопоннесцы все еще убирали урожай, поскольку это за них не сделали бы никакие илоты; к тому же они устали от ежегодных кампаний. Поэтому они собирались медленно и неохотно. Тем временем афиняне продемонстрировали решительность и энергию. Они уже имели на море 70 кораблей – 30 у берегов Пелопоннеса и 40, блокировавших митиленские гавани, – но снарядили еще 100 кораблей, набрав в моряки всех, каких только можно граждан ниже класса всадников, и продолжили опустошать восточное побережье Пелопоннеса. Поэтому спартанцы отказались от плана вторжения в Аттику. Они приказали своим союзникам снарядить к лету 427 г. 40 кораблей.
