Дискуссия о том, каковы самые действенные мероприятия на войне, оборонительные или наступательные, длится больше пяти тысяч лет. Разумеется, многое можно сказать в пользу и тех и других. Вот самые важные соображения: обороняющиеся могут выбирать себе позицию, защитить себя бастионами, подводными минами и (находясь в состоянии относительного покоя и защищенности) использовать свое оружие с большей точностью, чем наступающие силы, которые большую часть времени должны двигаться вперед и быть уязвимыми; тогда как у наступающих есть то преимущество, что они могут сами выбирать время, способ и место нападения и поэтому составить план заранее и подготовиться к его осуществлению. В добавление к этому сам факт движения с целью нападения дает бойцам огромный моральный стимул и укрепляет силу духа. Один из любопытных фактов последней войны: хотя обе противоборствовавших стороны, особенно немцы, постоянно пытались наступать, война в каком-то смысле носила более оборонительный характер с обеих сторон, чем любая война в недалеком прошлом, потому что большая часть вооруженных сил обеих сторон в течение большей части войны оказалась в окопах. В связи с этим интересно вот что: в своей книге «О современной войне» Бернхарди заявил, что в войне в Центральной Европе такие условия «едва ли вероятны».
Другим необычным этапом в развитии войны является то, что, пока производятся новые виды оружия, почти ни от какого оружия, которое когда-либо применялось до этого, не отказываются совершенно. Например, в мировой войне солдаты воевали друг с другом, используя не только специальные технические средства, которые смогли разработать умы всего мира, но и кулаки, ноги, приклады и штыки; в то время как многие из специализированных средств были просто возрождением в усовершенствованной форме старых изобретений. Например, высокоспециализированная субмарина стала развитием подводных судов, приводимых в движение силой рук, в ходе нашей Гражданской войны; мортиры, которые обстреливали бельгийские укрепления, были усовершенствованием древней баллисты; отравляющий газ – усовершенствованным вариантом древнекитайского «вонючего горшка».
В то время как флоты и армии действуют с одной и той же целью уничтожения вражеской военной машины, а стратегические принципы их действий одинаковы, их методы тактических действий и материально-технической подготовки и снабжения, разумеется, совершенно различны. Главное различие тактического управления состоит в том, что армии ведут огонь своих пушек в том направлении, в котором они наступают, тогда как флоты стреляют из своих орудий в направлении, приблизительно перпендикулярном своему движению. Первым важным следствием этого различия является то, что противоборствующие армии не могут обе наступать далеко после того, как начали обстреливать друг друга, тогда как флоты продолжают наступление. Фактически, флоты продолжают наступать с максимально удобной и безопасной скоростью. Если один флот занимает позицию впереди другого, он обеспечивает себя преимуществом в использовании торпед, потому что флот, находящийся сзади, столкнется с торпедами, в то время как впереди идущий флот убежит от них.
Другая важная разница между командованием армии и флотом в реальных боевых действиях состоит в том, что армия, будучи растянутой на длинном фронте и уязвимой к атакам в любом месте, которое может выбрать противник, обычно должна иметь позади линии фронта большие резервы сил, которые можно послать в любую угрожаемую точку. В некоторых боевых действиях резерв является главной ударной силой и в этом смысле самой важной частью всех вооруженных сил, как это бывает при ведении наступления, когда слабые места вооруженных сил противника выискиваются заранее, а резервы держатся наготове, чтобы обрушиться на выбранную точку, когда она будет найдена. Однако на море тот факт, что флот должен постоянно двигаться, и весьма быстро, вместе с тем фактом, что никакие условия местности, вроде гор или рек, не мешают колонне кораблей разомкнуть строй, создает трудности и делает нежелательным размещение какого бы то ни было резерва на стороне, находящейся напротив врага. По этой причине и по причине того, что флот – гораздо более высокоорганизованная машина, чем армия, морское сражение обычно имеет гораздо более решающее значение, чем сражение на суше, и поэтому является более важным фактором при определении окончательного поражения или победы государства. Так было всегда, а в настоящее время это еще более актуально, так как корабли становятся все мощнее, сложнее, и их становится все труднее восстанавливать после нанесенного им ущерба. Это аналогично ситуации в зверином царстве, в котором чем выше организация животного, тем легче его убить или серьезно ранить.
Когда Цезарь воевал в Галлии, Наполеон – в Египте и даже когда Дьюи воевал на Филиппинах, реальные боевые действия были почти полностью под контролем командующего, находящегося непосредственно на месте. Но появление беспроволочного телеграфа придало такую скорость и достоверность связи даже между движущимися средствами передвижения на море, суше и в воздухе, что Генеральный штаб на родине может поддерживать практически постоянный контакт с флотами и армиями. А так как благодаря этому средству они могут быть проинформированы о многих важных передвижениях почти одновременно с самим главнокомандующим и могут иметь больше источников информации, чем он, по некоторым вопросам, Генеральный штаб на родине может осуществлять более плотный контроль, чем раньше.
Разумеется, это имеет свои преимущества, но и чрезвычайно опасное неудобство: высшая власть на родине постоянно испытывает искушение чрезмерно вмешиваться в действия командующего на месте, что влечет за собой опасность отдать ему приказ, основанный на информации, которая, по его сведениям, может быть ошибочной или устаревшей, и поставить его перед дилеммой не подчиниться приказу или сыграть на руку противнику. Такая опасность существует не только между руководством вдали и вооруженными силами, находящимися на поле боя, в море или воздухе, но и между отдельными частями одной и той же военной группировки.
Так как сложность и размеры сражающихся военных группировок увеличились, вместе с чем повысилась и трудность в достижении единства действий и целей, а повысившаяся простота связи не может полностью преодолеть эти трудности, стали применять метод, называемый идеологической обработкой, посредством которого осуществляется попытка внушить всем бойцам сражающейся группировки такое понимание цели и верности делу, что они будут делать то, что должны, в чрезвычайной ситуации и без специального приказа. Хорошие примеры идеологической обработки можно найти в воспоминаниях адмирала Джеллико о Ютландском сражении. В этом сражении он не имел возможности руководить всеми частями своего флота или даже точно знать, что происходит. Тем не менее крейсерские эскадры и флотилии эсминцев и подводных лодок и даже отдельные суда проявили инициативу во многих чрезвычайных ситуациях и сделали то, что, как они поняли благодаря идеологической обработке, адмирал Джеллико хотел бы, чтобы они сделали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
