Маг вздохнул и запустил пальцы в волосы.
— Кажется, ты прав. Я осел. Надо послать ей поздравления и подарок. Брысь! — шуганул он служанку с косичками, зачарованно слушавшую их разговор. — Ну вот, теперь вся прислуга будет в курсе этой истории.
— Не думаю, чтобы она поняла хоть слово. А впрочем, можно подумать, до этого тебе удавалось что-либо скрыть!..
Глава 11
— Видят боги, как же я устала! Гостиницы, лошади, дороги, дороги! И это только начало… — Лорисса бросила на пол ту небольшую часть вещей, которая не поместилась в руках у Линн, и обозрела предложенную им небогатую комнату.
Колдунья прошла мимо двух кроватей и убогого столика к окну, выходившему на оживленную улицу. Такие условия проживания совершенно ее не устраивали, особенно после долгого пути, но в письме Тайриэл просил их поселиться неподалеку от порта, и Лорисса, скрежетнув зубами, решила не возражать. Выбранная женщинами простенькая гостиница казалась лучше всех остальных, расположенных на этой улице, но это значило в основном «более чистой». Обеспеченные люди предпочитали селиться в центре города, поэтому никто из местных хозяев не утруждал себя созданием комфорта в сдаваемом жилье.
Они прибыли в город, когда часы на одной из замковых башен — невиданная роскошь, подаренная нынешнему правителю официальным магом графства и работающая отчасти за счет его силы, — отзвонили полдень. Потолкались у западных ворот Эрве, досадуя, что не смогли приехать раньше — тогда бы тут не было такой толпы. Рейнард распрощался со своими спутницами, сразу как только они оказались за городскими стенами, сославшись на имеющееся у него дело, но рассказывать о нем не захотел. Было очевидно, что виконт поселится отдельно от всех, в месте, более приличествующем его положению. Некоторое время Лорисса и Линн блуждали по улицам, не зная, где лучше остановиться, но жаркий южный день утомил путниц, и они наконец выбрали себе пристанище на несколько дней.
Колдунья открыла окна, но тут же пожалела об этом: пыль и уличный шум раздражали еще больше, чем духота. Нагретые солнцем и отполированные до блеска бесчисленным количеством ног булыжники мостовой ничуть не скрадывали шаги и звон подков, а на улице было довольно оживленно — во многом благодаря находившемуся поблизости небольшому рынку. Обилие жителей в городе ставило под сомнение то, что Тайриэл сумеет их быстро найти. Летняя торговля в середине июля была в разгаре, и в город каждый день прибывали купцы и прочий деловой люд.
Лорисса подошла к начавшей распаковывать вещи и уже доставшей два легких платья Линн, беря пример с девушки, быстро переоделась и почувствовала себя немного лучше.
— Как думаешь, долго нам придется здесь пробыть? — подала голос Линн.
— Не знаю. — Колдунья вяло пожала плечами. — Меня лично больше интересует, куда мы направимся дальше. Сдается мне, этот неугомонный лешак собрал нас в Эрве только для того, чтобы разъяснить ситуацию.
— Я бы не отказалась послушать, что он скажет…
— Я, наверное, тоже… — задумчиво протянула Лорисса. — Хотя не уверена, что нам придется по вкусу его информация. Как только мы что-то узнаем, придется действовать, и — прощай, спокойная жизнь.
— Спокойная? Кажется, мы попрощались с ней полтора месяца назад, уехав из Селамни. — Линн презрительно фыркнула.
— Дальше будет только хуже. — Лорисса меланхолично зевнула и растянулась на кровати. — До сих пор мы были избавлены от сомнительного удовольствия лицезреть Тайриэла и Кеннета с его братцем. Теперь же, если, конечно, этот извращенец снова все не переиначил, нам придется постоянно находиться рядом с этой троицей. Никуда нам от них не скрыться, ведь подлец Кеннет даже не снял награду за мою голову!
— Вы же с ним сами договорились…
— Что совершенно ничего не меняет! Одна отрада — видеть этого симпатичного виконта, но на одного приятного собеседника придется трое…
Кого именно, колдунья не уточнить не успела, поскольку удивленный голос Линн оторвал ее от ленивых размышлений. Пока Лорисса рассуждала, девушка подошла к окну и принялась от скуки наблюдать за улицей.
— О лешаке речь… Там Тайриэл. Идет сюда, похоже. Как он так быстро нас нашел?
— Не знаю, но это мы сейчас выясним.
Лорисса поднялась, одернула платье и, нацепив на лицо жестокую улыбку, приготовилась к бою.
Стук в дверь не заставил себя ждать, и колдунья с готовностью ее распахнула. До этого момента Лорисса считала, что готова, не теряя хладнокровия, встретиться с эльфом, виртуозно испортившим ей жизнь, но ошибалась. Вид цветущего Тайриэла привел ее в бешенство, и, процедив с сквозь зубы приглашение войти, она так хлопнула дверью, что зазвенел стоявший на столе кувшин для умывания. Тайриэл же уселся на единственный в комнате стул, не удостоив Линн ни взглядом, ни приветствием, что разозлило колдунью еще больше.
— Добрый день. Я рад, что вы добрались. — Лицо Тайриэла было спокойным, но темно-зеленые глаза так и сверлили Лориссу.
— Не думаешь же ты, что я пожелаю тебе здравствовать, убийца, — отрезала та. — Ты пришел сюда упражняться в хороших манерах или хочешь что-то нам сказать?
— Откуда столько злости, дорогая?
— Откуда? Это ты меня спрашиваешь, Тайриэл? Твои мозги, вероятно, сильно пострадали от качки, пока ты добирался из Ксеен-а-Таэр.
— К чему эти оскорбления, Лорисса? — нахмурился эльф. — Теперь уже ничего не изменить. Тебе придется смириться с ситуацией.
— Благодаря тебе.
— Отчасти благодаря мне, — согласился Тайриэл. — Но в большей мере благодаря стечению обстоятельств.
— Оставь свои туманные формулировки! Ты подставил меня, подставил сознательно! Мы с Линн чуть не погибли, и все из-за тебя!
— Ах да. Гвендолин. — Эльф встрепенулся и повернулся к девушке, которую до того демонстративно не замечал. — Как поживаешь, прекрасная дева? Как тебе понравилось заклинание перехода?
— Очаровательно. Я постараюсь еще раз воспользоваться им вместе с тобой, Тайриэл. Возможно, в другой раз тебе повезет меньше и ты не сможешь выбраться оттуда, куда тебя занесет, лет двадцать! — выдохнула Линн, сама не ожидавшая от себя такой прыти. Наградой ей стало то, что эльф не сумел сдержаться и зло проговорил:
— Лорисса, твоя служанка стала уж очень разговорчивой.
— Если ты еще раз назовешь Линн служанкой, я запущу в тебя кувшином. Или заклинанием. Эта благородная девушка, — на слове «благородная» Линн чуть не свалилась с кровати, — моя наперсница. Не смей оскорблять ее, лешак!
Тайриэл вздрогнул. Ну почему, почему разговор с этой женщиной всегда заходит куда-то вбок, почему она умело и ловко выводит его из себя, даже не задумываясь. Эльф шел в гостиницу только затем, чтобы сообщить колдунье несколько насущных вещей, но опять ввязался в перепалку, опять поддался ее насмешкам и опять в итоге оказался в дураках. Он на мгновение прикрыл глаза. Тишина, повисшая в комнате, снова грозила взорваться неуемной перебранкой, которая вряд ли могла принести пользу делу. Эльф набрал воздуха…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
