class="p1">Получается, четвертого им еще не удалось найти.
– Медик, – позвала она. – Направьте верховного генерала Эрасциуса в высшее медицинское учреждение. Если он умрет, ты и твой отряд отправитесь вслед за ним, все ясно?
Медик поспешил отдать честь.
– Как только он проснется, пошли за мной, – продолжила Лизабет, поворачиваясь, чтобы снова осмотреть пустую комнату. Отпечаток магии в форме синего тигра слабо мерцал на стенах. – Мы начнем поиски Лазурного Тигра.
37
Величайшая сила заключается в том, Чтобы подняться после того, как упадешь.
«Контенсианские аналекты»
Классика общества, 7.1
Блеклый рассвет белым светом расползался по небу.
Дождь прекратился, а земля оставалась безмолвной.
Подобные жемчужинам капли дождя цеплялись за сосны и соскальзывали с тонких листьев папоротника. Узкая пелена тумана змеилась вокруг деревьев.
Дилая, нахмурив брови, опустилась на влажную землю и прижала к ней пальцы.
– Они пришли отсюда, – только и сказала она, прежде чем выпрямиться и продолжить путь. Все это время она держала руку на Соколином Когте, будто боялась, что меч исчезнет.
Сначала за ней последовала Лань, а потом и Тай.
Они шли всю ночь, почти не разговаривая, продвигались вперед длинными скачками Искусства Света. Вскоре после ухода Цзэня, Дилая и Тай нашли Лань у подножия высеченной в скалах лестницы. Вместе они пытались выследить других учеников. Было две группы: самые молодые и уязвимые, которых увели мастер Нур и Безымянный мастер, и группа учеников, которым было приказано бежать, когда элантийцы разрушили Пограничную печать. У Лань создалось впечатление, что Дилая неустанно гнала их вперед, только чтобы чем-то себя занять. Чтобы помешать себе, да и им, пережить шок от того, что случилось.
Внезапно позади нее Тай издал какой-то звук. Она повернулась и увидела, что Заклинатель Духов стоит, опустив голову, и слегка покачивается.
– Я не чувствую душу Шаньцзюня, – пробормотал он, помотав головой. – Я Заклинатель Духов, и все же я не могу…
И тут он опустился на колени и заплакал.
От такой картины сердце Лань сжалось. Она не знала, что делать, как утешить его. В общении с ней Тай никогда не показывал таких эмоций, только следовал как тень за светом Шаньцзюня. Он выглядел слишком одиноким без легкой улыбки и скользящего смеха ученика Целителя.
Лань взглянула вперед. Дилая не остановилась. Вместо этого девушка стукнула кулаком по стволу дерева и выругалась.
– Умно, – сказала она. – Чтобы сбежать, они использовали технику уклонения. Только вот это значит, что мы тоже не можем их выследить. Сначала они направлялись на запад, но теперь – никаких следов.
– Дилая, – начала Лань. Поначалу она оцепенело следовала за девушкой, поскольку им нужно было оказаться как можно дальше от Края Небес. Теперь же ночь прошла, и при свете дня им предстояло встретиться лицом к лицу с ужасами, от которых они убегали. – Можем мы просто притормозить и… и поговорить?
– Поговорить, – прорычала девушка. – О чем, Лань? О том, что только мы и остались, чтобы противостоять целой империи?
Лань едва сдержала желание огрызнуться в ответ. Тяжесть последних событий, как и слова их мастеров, тяжело давили ей на грудь.
Последняя миссия Ордена Десяти Тысяч Цветов была завещана им. Ей.
Найти баланс. Уничтожить Богов-Демонов.
Всю ночь Лань провела в размышлениях о событиях, которые привели к этому моменту: о кусочках головоломки, которые оставила ей мать, и о Пути, на который эти кусочки ее вывели. Путь, по которому ей все еще нужно было идти.
Мама была частью восстания, которое отстаивало интересы не кланов или Императорского двора, а народа. Они хотели уничтожить Богов-Демонов и таким образом устранить источник власти, за который боролись правящие стороны. Вместе с Дэцзы она нашла и связала двух: одного в себе, другого на Крае Небес.
Таким образом, оставались только Черная Черепаха и Алый Феникс. И все же ситуация изменилась – Черная Черепаха была привязана к Цзэню, а Лазурного Тигра выпустили на свободу. Единственной неизвестной переменной в уравнении осталось месторасположение Алого Феникса. Ходили слухи, что им управляла императорская семья… но императорская семья была мертва.
Лань дотронулась до гладкой поверхности окарины, что висела у нее на бедре. Где бы ни были оставшиеся Боги-Демоны, она их найдет. А потом отыщет Убийцу Богов.
И уничтожит их всех.
– Да, – ответила она Дилае. – Именно об этом я и хочу поговорить. Мы выжили. Мы все еще живы, хотели мы того или нет. В нас наследие тех, кто погиб в той битве. Так что мы обязаны оправдать их надежды. – Лань прищурилась. – Или ты забыла знаменитые слова твоих же предков?
– Ты… – лицо Дилаи было бледным, она крепко сжимала рукоять меча. – Не смей упоминать моих предков.
В груди Лань бушевала буря, от которой ей хотелось кричать, уничтожить этот мир и себя вместе с ним.
Она встретилась взглядом с Дилаей.
– Не убегай от слов, которые завещали нам наши мастера. В этой битве мы все кого-то потеряли. – Она почувствовала, как Тай выпрямился, чтобы посмотреть на нее. – Мы выжили для того, чтобы продолжать бороться за них. А для этого нам нужен план.
Дилая первой прервала зрительный контакт и отвернулась.
– И что ты предлагаешь? – спросила она, но уже более сдержанно.
Лань села. От напряжения у нее дрожали ноги. Каждой частичкой своего тела она хотела лечь в серебристую траву и никогда больше не вставать.
Лань глубоко вздохнула.
– Чтобы выиграть эту войну, нам следует уничтожить двух врагов, – начала она. – Элантийцев… и нас самих. Наших Богов-Демонов. – Она знала, что Тай слушал, прислонившись к узловатым корням старого дерева. Волосы Заклинателя Духов мокрыми спутанными прядями падали ему на лицо, оставляя лишь проблески глаз с золотистой оправой. – Старший мастер рассказал мне историю Богов-Демонов. Он упомянул о равновесии и о том, что сила Богов-Демонов никогда не должна оставаться бесконтрольной. – Она потянулась к поясу, на котором висел Тот, Что Рассекает Звезды. – Эти инструменты временно ограничивают их силы, но не могут разорвать порочный круг власти и хаоса, вызванных присутствием Богов-Демонов. Для этого нужно полностью перерезать их путы.
Дилая прищурилась:
– Так нам нужен тот инструмент, о котором упоминала моя мать.
Лань кивнула:
– Твоя мать говорила об оружии, способном расщепить ядро ци Бога-Демона, чтобы после он вернулся в поток энергий этого мира и следующего. Первые шаманы изобрели это оружие как способ проверить силу практика, ставшего слишком жадным под влиянием Бога-Демона.
– Убийца Богов, – тихо сказал Тай. Обе девушки удивленно повернулись к нему. Заклинатель Духов смотрел прямо перед собой. – Императорская семья хранила много секретов. Это один из них.
