была в принципе: Артур остался на Элве, кэп перебрался на экипажную палубу, поближе к системам управления и материнскому ядру, а Мак торчал в специально для него выращенной капсуле у стартового отсека, контролируя и страхуя Элисон. Та, как не трудно догадаться, уже заняла место в кабине катера Таюки, но доступа к управлению и тем более корабельной сети не имела – Зевс, что называется, бдел. Отсюда и вынужденное решение лишить Гленна зрелища – тот должен был по команде вручную запустить процедуру отстыковки, каковую теперь, после значительной модернизации комплекса (снова спасибо полифункциональности рейдера!), правильнее было бы назвать катапультированием. Проще говоря, катер пинком вышибет в пространство, и только затем Элисон получит возможность взять управление на себя. Да, у нас повышенная мнительность. Зато до сих пор живы и относительно здоровы. Относительно, потому что за психику не поручусь, ага.
Собственно, только мы с Астрид и остались не у дел, а потому ничто не помешало нам занять самое козырное место. И, надо сказать, я угадал: вид с сексодрома открывался просто шикарнейший! Помнится, подобным образом мы уже наблюдали за «переживавшей» этап перерождения Элвой, но та картина по масштабности не шла ни в какое сравнение с нынешним представлением. И это несмотря на то, что от собственно звезды мы находились очень далеко. За прошедшие с «военного совета» пять суток у меня выдалось на редкость много свободного времени, и я от нечего делать хорошенько перелопатил архив по Бетельгейзе, заодно убедившись, что почти все сведения, содержавшиеся в нем, были в той или иной степени ошибочными. А еще обзавелся забавным побочным эффектом – поскольку сравнивать было не с чем, в подкорке прописались категории, которыми оперировали авторы источников, в большинстве своем земляне из времен, предшествовавших Исходу. Собственно, теперь, глядя на огромный плазменный шар, я с замиранием сердца думал, что крона звезды, впечатлявшая даже с такого расстояния, распространялась на добрых три астрономических единицы. В диаметре, естественно. То бишь, если использовать аналогию с Солнечной системой, все, что внутри орбиты Марса – звезда. Грубо приблизительно. Пусть вещество и не такое плотное, как в центре, но все равно для материальных тел непроходимое – пожалуй, я бы даже на рейдере Архонтов побоялся туда сунуться. Сгоришь к чертовой матери, и все. Да и в непосредственной близости далеко не сахар – протуберанцы, пятна, энерговыбросы, пылевые столбы… пульсации, опять же. То есть все равно стремно. Поэтому сейчас мы дрейфовали над (или под?) плоскостью эклиптики в двух десятках а.е. от светила – чисто на всякий случай. Впрочем, как и предыдущие тридцать с небольшим часов. С тех самых пор, как совершили гиперпереход малой дальности из перевалочной системы, подобранной капитаном из каких-то своих соображений. Я примерно представлял, какими критериями тот руководствовался, но дело в том, что им соответствовало еще с десяток вариантов. Такое ощущение, что доблестный кэп воспользовался знаменитым методом трех «П»: пол – палец – потолок. В принципе, без разницы. Про ту систему и рассказывать нечего – в гелиосферу мы не совались, продрейфовали в пространстве около двух суток, восстанавливая энергозапас, и рванули дальше.
В Альфе Ориона оказалось значительно интересней – дальнее сканирование выявило целый комплекс объектов, составлявших местный аналог пояса Койпера. Он даже располагался примерно так же, в тридцати астрономических единицах от светила. Ну, плюс-минус. А вот в «поясе жизни» космических тел не оказалось – виной тому, скорее всего, периодические пульсации звезды, которые если что-то не сжигали дотла, то неизменно затягивали внутрь короны и далее к ядру. Кроме того, предсказанной еще земными астрономами газовой туманности обнаружить не удалось – ее попросту не было. В текущий момент. Что не отменяло ее наличия в прошлом, с лагом в шесть сотен лет. Зато сразу возникал закономерный вопрос: куда она делась? Поглощена звездой? Какое-то подозрительно избирательное действие, если учесть область ее распространения, в которую попадали и объекты условного «пояса Койпера», все сплошь летучие, то бишь состоявшие из льда – не важно, метанового ли, аммиачного, или обычного водяного. Рассеяло солнечным, вернее, бетельгейзным ветром? Опять же, почему тогда малые тела не растаяли и не испарились? Вопросы, вопросы… и это я молчу о том, что местный «Койпер» отличался от земного плотностью распределения материи. О чем это я? Да так… подумаешь, колоссальные ледяные поля в пространстве! Да-да, почти как в приполярных областях Нового Оймякона, только на несколько десятков порядков масштабнее. И вся эта невообразимая масса сосредоточилась в плоскости эклиптики. Не сфера Дайсона, и не кольцо Гало, но что-то типа, да к тому же еще и естественного происхождения. Как объяснил Зевс, сработало редкое сочетание внешних факторов – направление гравитационных векторов, пульсация главной звезды, поглощение ею звезды-спутника, ну и периодические ее расширения, «испарявшие» часть льда и таким образом перемешивавшие адский котел. Казалось бы, причем тут Зверь?.. Помимо всего прочего, вращение «пояса Койпера» вокруг звезды служило одной из причин изменения ее яркости для стороннего наблюдателя. Одной из, но не единственной – то таинственное не поддающееся невооруженному взгляду явление тоже играло далеко не последнюю роль. Да, кстати, забыл упомянуть – лед здесь больше походил на смерзшуюся грязь. Вот только размеры частиц «грязи» сильно разнились: попадалась и реальная пыль, и «камешки» с Луну размером. В общем, с достаточно массивными телами для установки генератора портала проблем не было. Возникла другая – проблема выбора. И вот ее пришлось решать довольно долго. Естественно, мы не расстроились, поскольку рассчитывали на куда более куцый ассортимент, а именно – пустоту, или в лучшем случае какой-то приблудный планетоподобный объект. Вероятность наличия последнего стремилась к нулю. А тут нате – такое богатство! Снова совпадение? Не думаю…
И пошла рутина. Несколько часов на более тщательное сканирование, причем с разных точек, для чего пришлось помотаться по системе. Затем еще около десяти на анализ полученной информации (как ни странно, Элисон на этом этапе предпочла составить компанию Зевсу и материнскому ядру «Молнии», подстраховав их на вспомогательных расчетах). А оставшееся время ушло на перемещение к вычисленной точке установки генератора портала – одному из «ледяных полей», крайне удачно ориентированному относительно звезды. Мало того, в облюбованной области торчал колоссальный нарост, смахивавший на вмерзший в поле астероид окололунного размера. Ледяной, естественно. Или это было ядро ледяной кометы? Можно еще провести аналогию с юпитерианской Европой. Не суть. Главное, проблем с установкой не возникло – «Молния» с низкой орбиты отстрелила аморфеумный «зародыш», который сначала расплескался по торосам, затем собрался в компактный ком и
