– Остановись и сражайся, – огрызнулся Ундарл. В следующий миг шар все-таки попал в хвост серебряного дракона, описывавшего в воздухе круги. Судорожно дернувшись, он опустился ниже черного дракона, ветер трепал его крылья. Вслед ему раздался торжествующий хохот королевского мага.
Воздух вокруг Ундарла замерцал, но боли не было. Неудавшееся заклинание, подумал Укротитель Дракона и, пожав плечами, оставил мерцание без внимания. Он направил Англатаммарота вниз. Если его лапы разорвут крылья серебряного дракона, то эта битва закончится прямо сейчас.
Плечи черного дракона мощно вздымались. Ундарл ликовал от его могущества, ветер свистел у него в ушах. Да, пусть это будет сейчас. Серебряный дракон неистово бил крыльями, пытаясь увернуться от Англатаммарота. Ундарл зарычал на своего дракона, чтобы тот пошевеливался и не дал уйти их врагу... Но меньший по размерам и более легкий серебряный дракон развернулся почти вплотную к ним, и стало ясно, что черный проскочит мимо...
Англатаммарот яростно изогнулся. Только стремена удержали Ундарла от падения, иначе лететь бы ему с высокого седла. Черный дракон вытягивал лапы, пытаясь зацепить когтями врага, но серебряный дракон ускользнул. Как он мог уйти целым и невредимым! Крыши Хастарла стремительно неслись навстречу, и Ундарл, сердито рыча, снова нацелил магический жезл прямо в морду серебряному дракону. Его взгляд встретился с гордыми, печальными глазами: дракон знал, что чародей не может промахнуться.
Зеленая молния рассыпалась вспышкой, ударившись о невидимый барьер, сферой накрывший Ундарла... о боги!
Королевский маг беспомощно взревел от страха, когда молния отскочила прямо в него. Казалось, весь Фэйрун взорвался. Оборвавшиеся ремни драконовой упряжи ударили его по лицу и плечам, он завертелся от боли... Вдруг еще более сильная боль пронзила Ундарла: это взорвался один из жезлов, спрятанных у него в рукаве, начисто уничтожив руку и выбив его из седла... Ундарл Укротитель Дракона больше не видел ни неба, ни извивающихся драконов, ни крыш внизу-Черный дракон пронзительно закричал – неподдельный ужас и боль эхом отразились от города внизу, разбудив всех горожан Хастарла. Дракон извивался и корчился, а на его сломанной спине, где еще совсем недавно крепилось седло, зияла открытая рана. Неповинующиеся крылья беспомощно дрожали. Не в силах развернуться, Англатаммарот падал на Аталгард.
От удара содрогнулся весь Хастарл. На глазах у Бра-эра, летевшего неровно от усталости и боли, крылья черного дракона сломались, как у насекомого. Башня замка, по которой они ударили, сместилась и, треснув, с громоподобным грохотом обрушилась во двор. Обреченные наемники завопили, увидев, что приближается их смерть. Браэр закрыл глаза, чтобы не видеть эти разрушения.
Теперь он весь оказался во власти боли. Его магия закончилась: израненное, кровоточащее тело менялось, сокращаясь. Крылья превратились в стройные плечи эльфа, и он начал падать.
Крыши домов были уже совсем близко. У него не оставалось времени даже на последнюю молитву. «Матерь Мистра!» – выдохнул он, силясь открыть глаза. На миг он заметил, что от его собственных рук и ног стелется дым. Вдруг кто-то бережно подхватил его. Падение остановилось, и свистящий в ушах ветер утих. Слезы ослепляли эльфа. Неистово заморгав, Баэритрин отогнал их и взглянул на своего спасителя. Темные глаза сияли силой на склонившемся над ним лице подруги Эльминстера Мириалы, но... Узнав, Браэр распахнул глаза шире, и благоговение охватило его. – Госпожа?
* * * * *
В сырых подземельях ниже сточных труб глубоко под Аталгардом было темно и холодно. Сквозь каменные стены просачивалась вода. Здешних обитателей долго никто не тревожил, и они побежали и поползли в разные стороны, когда в подземелье вспыхнул огонь. В самом сердце пламени, извиваясь, плавал окровавленный бесформенный кусок плоти, покрывавшийся пятнами и судорожно сжимавшийся, – все, что осталось от Ундарла Укротителя Дракона. Силясь создать себе новое тело, королевский маг долго бился над своей задачей: в мерцающем тусклом свете нарастил руку к уцелевшему плечу, затем, напрягая волю, начал битву за ноги.
Временами он срывался в свою истинную форму, но каждый раз возвращал ту внешность, какую хотел: высокий, еще более величественный Ундарл. Его уверенность росла, а боль угасала... Он побеждал... Ему удастся переломить ход событий в нужную сторону, только бы хватило времени.
Простерлась другая рука, на ней появились кисть и пальцы. Рука не слушалась своего хозяина, и он ничего не мог поделать. Пока не мог. Дайте мне, о боги, еще совсем чуть-чуть времени...
* * * * *
Верховные Чародеи ожесточенно препирались, когда из кристалла Итболтара как мстительный призрак возник Эльминстер. С потолка посыпались каменные осколки. Надменные маги поспешно отступили назад. Эл сурово посмотрел на Старейшего, шептавшего последние слова заклинания.
Когда оно начало действовать, каменный пол зала с оглушительным треском раскололся от стены до стены. Во все стороны с короны Старейшего, словно крошечные огненные шары, посыпались пылающие огнем драгоценные камни. Закричав от боли, Итболтар пошатнулся и схватился за голову.
Верховные Чародеи не увидели, как Эльминстер исчез обратно в кристалле: их сердитые, недоверчивые взгляды были прикованы к мерцающей силе, вихрем вылетевшей из разорванной шапочки на голове Итболтара. Из глаз их потрясенного наставника валил дым. Мерцающая корона задрожала, вырвавшаяся сила сворачивалась в спираль. По всей разгромленной комнате чародеи поспешно забормотали нараспев заклинания. Мутные волны силы накрыли их, сталкивая друг с другом, а затем разметали, швыряя о стены... Корона взорвалась, разбрасывая во все стороны разрушительные белые молнии. От неожиданности Верховные Чародеи с воплями заметались по залу, то появляясь, то снова становясь невидимыми.
На противоположной стороне двора наблюдавшая за происходящим Мириала пробормотала последние слова своего заклинания. Рядом с ней из воздуха появился, тяжело дыша, забрызганный кровью, растрепанный Эльминстер.
Они оба внимательно следили за тем, что происходит в разгромленной магической комнате. Обезглавленное тело Итболтара, покачнувшись, сделало неуверенный шаг и упало. У стены один из чародеев, согнувшись, на коленях бормотал заклинание, другой его соратник превратился в дымящуюся груду пепла и костей.
Остальные Верховные Чародеи изо всех сил старались выбраться из комнаты. Их руки неистово метались, сплетая заклинания. Вихрь, украшенный молниями, которые выбросила в него корона, словно разгневанный смерч, набирая силу и скорость, несся прямо на чародеев. Нарастающий рев, похожий на бесконечный раскат грома, двигался вместе с ним, отражаясь эхом от стен и башен Аталгарда. Теперь дрожал весь замок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
