Сунув руки в карманы лёгкой джинсовой куртки, неторопливо двинулся в сторону пешеходного перехода. Кусков мяса здесь сновало просто уйма. Они потоком огибали меня на одних инстинктах, сторонясь вампирской ауры.
Машины гудели на дороге, стоял рёв, водители сигналили, пытаясь перестроиться. Центр Нью-Тейко в прошлый мой приезд был не таким оживлённым, как сегодня. И это раздражало. Суета, возня, беготня. Смертные вечно торопятся. Несутся, как угорелые, не замечая вокруг себя никого и ничего. И стоило прогрессировать настолько? Сидели бы в пещерах, философствовали у костров. Приятней бы было.
Встав у края тротуара, прямо на краю белой линии зебры, обратил внимание на красный сигнал светофора, что вот-вот должен был смениться на зелёный. Обоняние отчётливо улавливало множество запахов, часть из которых были столь едки, что хотелось морщиться. Кому-то явно нужно сменить дерьмовый парфюм.
Подняв голову, посмотрел на высокое здание, стоящее на противоположной стороне улицы. Застеклённое, уходящее высоко в небо, оно являло собой одно из самых больших строений в городе. А уж овальный знак героев и три больших буквы «ЦАГ», сразу же давали понять: кому оно принадлежит.
Два дня. Ровно столько ушло на то, чтобы Брэдли порешал все вопросы с руководством Ассоциации и пришёл с ними в согласие. Я не знал: сколько они обещали заплатить, но по телефонному разговору с этим отбросом понял, что очень и очень хорошие деньги. Брэдли чуть ли не на седьмом небе от счастья был, отдавая мне распоряжение помочь героям в Нью-Тейко. Темой о моём потенциальном выходе из рода Куперов и становления героем он так и не обмолвился. То ли не придумал, как меня удержать, то ли решил, что плевать если я уйду. Либо боялся спугнуть или как-то на меня надавить. Наверняка, всё что ему было нужно, чтобы я исполнил часть уговора Куперов перед Черновыми и женился на Анастасии. В любом случае, если Брэдли не исполнит уговор и не отправит ко мне Юнону, его ждут очень интересные события. На моём лице сияла улыбка. О, да, я устрою ему такую игру, что изначальный провал в крабном бизнесе покажется детской забавой. Что насчёт оплаты мне за участие, то этот говнюк также ничего не сказал, а значит, из всех уплаченных денег роду Куперов за участие в поимке Призрака мне нихрена не достанется. Но мне они и не нужны. Самое главное — проникнуть в структуру ЦАГ и узнать: что они там запланировали. А далее думать: как действовать дальше. Так что сейчас я решил сыграть в игру: «свой среди чужих». Надевать маску мне не привыкать.
Зелёный сигнал светофора, пешеходы начали движение, и в этот же миг раздался женский панический крик. Множество голов стада сразу же повернулись, и я в том числе, увидев, как у той самой девушки, угостившей меня шоколадкой, какой-то кусок мяса выхватил сумку и ринулся на другую сторону улицы. Бежал он быстро, к тому же и петлял среди машин.
— Помогите кто-нибудь! Вор! Остановите его!
Девушка кричала навзрыд. А я поскрёб щеку. Удивительно, что этот смертный совершил подобный поступок прямо у штаба героев Нью-Тейко. Ну не придурок? Хотя, будь он умным мясом, имел бы нормальную работу и не воровал. А значит, данный индивид бесполезен для общества. Кто-то скажет, мол парень оступился, бывает. Но не я. Мясо накосячило — мясо должно умереть.
Я вынул из кармана небольшой металлический кругляш. Монета номиналом в десять кредитов. На одной стороне изображено лицо императора в профиль, а на другой — столица Аркадии.
Зажал между пальцев и одним неуловимым для смертных движением, отправил её в полёт. Воздух вокруг моей руки схлопнулся, но никто не заметил, и монета со скоростью снаряда полетела точно в голову незадачливого грабителя. Естественно, его башку пробило насквозь. Да так, что частично размозжила её, подобно разрывной пуле. Часть мозгов, черепа и кровь брызнули во все стороны, орошая лобовое стекло ближайшей легковушки и асфальт. Сам же похититель упал словно подкошенный, сделав напоследок несколько шагов. Сумочка выпала из его руки, а вся улица сразу же потонула в истеричных криках. Люди разбегались в ужасе, а плачущая девушка в безмолвии раскрывала рот.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Игнорируя бегущих во все стороны прохожих, я перешёл дорогу и двинулся в сторону здания ЦАГ. Из него, кстати, уже выбегали ряженые парни в тёмных костюмах, что сразу же рванули в сторону трупа.
Я же, пропустив их, поднялся по широким каменным ступеням и бросил последний взгляд на девчонку, поделившейся со мной шоколадкой.
— Теперь мы в расчёте.
Толчком открыл стеклянную дверь и попал на первый этаж здания, являющийся огромным вестибюлем. Большие стеклянные окна, белоснежный плиточный пол, высокие колонны и потолок, множество диванчиков и столиков с журналами. Мест отдыха здесь было множество, как и людей, сновавших туда-сюда. В левой стороне находилось сразу пять кабинок лифта, прямо по центру располагалась круглая стойка, за которой работники в форме ЦАГ помогали людям с их вопросами. Была здесь и охрана, посущаяся у всех входов, включая два пожарных и лестницу.
— Здравствуйте, чем могу помочь? — с улыбкой обратилась ко мне взрослая админша, оглядывая с ног до головы, как только я подошёл к стойке.
— Райан Купер. Меня должны ждать.
Она вмиг опустила глаза на монитор компьютера, что-то там вбила и вновь посмотрела на меня. Вот только теперь её взгляд изменился на более радушный.
— Господин Райан, вас уже ждут, — ещё шире стала её улыбка и она указала рукой на лифты. — Девятнадцатый этаж. Зал номер два.
Не говоря слов благодарности, просто пошёл к лифтам и остановился, ткнув кнопку вызова. Охранник неподалёку мазнул по мне безразличным взглядом, потеряв интерес.
— Слышал, сама Артурия будет возглавлять поиски Призрака в Нью-Тейко? — раздался за спиной возбуждённый юношеский голос.
— Ага, отец все уши прожужжал, — ответили ему густым басом. — Надеюсь, попаду в её отряд и познакомлюсь поближе!
— Ха-ха! Мечтай, Рудольф! — подначил его первый. — Она на тебя даже не посмотрит!
— Я хотя бы, в отличие от тебя, женщин не боюсь! — с долей злобы бросил Рудольф.
— И ничего я их не боюсь…
Лифт приехал, раздался звонкий звук, и двери открылись. Я зашёл первым и, прислонившись спиной к перилам, ленивым взглядом посмотрел на двух парней. Один щуплый с детским лицом и длинными чёрными волосами был похож на девушку, а другой — качок в жёлтом спортивном костюме и квадратной челюстью.
— Давай на спор, что я подкачу к ней сегодня, — высокомерно и с вызовом бросил здоровяк, которого судя по всему и звали Рудольф.
— А давай! — с ухмылкой ответил пацан-баба. — Если проиграешь, отдаёшь мне свой мустанг.
— А если выиграю, то ты пойдёшь на свидание с моей сестрой и отдаёшь мне свою трёшку в южном районе, — расплылся в оскале Рудольф.
Не знаю, что у него за сестра, но женоподобный весь скукожился, ничего не пикнув о хате, как ставке в споре.
Болтовня этих двух молокососов начинала раздражать, ещё и лифт, будто специально, ехал слишком медленно. Мелкие гавнюки болтали без умолку и хвастались всякой хренью, начиная от дорогих машин и заканчивая папиными деньгами.
Когда моё терпение начало подходить к концу, а мысли о том, что замочить двух идиотов и спрятать их тела в шахте лифта стало не такой уж и плохой идеей, кабина остановилась. Звонкий звук, щелчок механизма, и двери открылись.
Я оказался в просторном белоснежном коридоре, всю длину которого устилал красный ковёр. По бокам множество дверей с разнообразными табличками наподобии: «Подсобное помещение» или «Туалет». В самом конце коридора стоял гам множества голосов, прямо за пластиковыми дверьми, что были распахнуты. Двое идиотов, кстати, туда и пошли.
— … Да я тебе говорю!
— ... Что ты сказал про мою мать?!
— … Братан, говори громче! Я тебя не слышу!
Стоило подойти к дверям, как всеобщий ор усилился в разы. Я поморщился, подавив рвущееся наружу желание разорвать находившихся здесь людишек на части. Где их манеры? Стоит мясу собраться в стадо, так оно словно с катушек слетает. Не аристократы, а бабы с базара. Я устало закатил глаза и, толкнув плечом ближнего, прошёл в зал. Что-что, а тут просторно, что радует. Не то, чтобы у меня клаустрофобия, но не люблю находиться в замкнутом пространстве, ещё и с дурно пахнущим мясом. Я прошёлся между множества рядов со стульями и уселся с самого края. Между лысой башкой и седым дедом отлично просматривалась сцена с трибуной. За той находился тёмно-синий занавес с гербом ЦАГ. От нечего делать, я вынул мобилку и залип, переписываясь с Кэтти. В последние дни она конкретно так наседает. Ну а я подумываю: не завести ли мне с ней романчик, попутно питаясь её кровью. Тем более она в моём вкусе. Жаль только одной её мало для моего удовлетворения, а значит нужно завести ещё пару девиц, кто будет подкармливать бедного одинокого любителя красивых девушек. То бишь меня.
