не имеет такого престижа».
"Я слышал, что старший сын короля также известен своей мудростью?"
"Дело не в мудрости, мисс Клаудия, а в уверенности в победе, знаете ли вы, почему лорда Джаггернаута Дариус а помнят простые люди десятилетия спустя, ведь он убедил Крузов. Людям нужны такие герои, как будто они могут взять смелость и уверенность от них, и доказать, что мы можем сделать что-то вроде Короля Предков." "Вы так много знаете, сэр."
Этот комплимент заставил Хайнфа вздрогнуть, как будто его кости стали на несколько или два легче.
Жители Тонигеля пристально смотрели на своего повелителя, юноша на коне наслаждался этим взглядом.
Хайнф увидел возраст этого человека и не мог не быть шокирован, думая, что граф Тонгель так молод. Тем не менее, он видел окружающих его людей как нечто само собой разумеющееся, и на мгновение ему было неловко высказывать свои сомнения, чтобы не обращаться с ним как с красавчиком.
Жаль, что у Хайнфу не было кристалла-посланника, а то бы он сейчас стихи написал:
«Как ты можешь притворяться, что часто видишься с лордом графом Тонигелем, Подожди онлайн, Очень беспокоюсь». Граф Тонигель носил на лице серебряную маску, как маскарад, но очертания нижней части его лица были точно знакомы.
Он некоторое время молчал.
Казалось, что в воздухе накапливается безмолвная сила.
Затем он сказал: «Прошло много времени с тех пор, как я оставил холодный воротник рубашки, и за это время произошло много всего, вы должны знать, почему».
Толпа была немного взбудоражена, и это открытие было несколько неожиданным.
Хайнф тоже ошеломлен, это не та воодушевляющая речь, которую он себе представлял.
На площади Роллинте и Монтоло вытягивали шеи, чтобы посмотреть в ту сторону, пытаясь увидеть лицо графа.
«Мастер действительно молод».
"Странно, насколько знакомо?"
Шепот «бу» вызывал у них гнев.
И если ее глаза могли убить, то два холодных глаза Скарлетт проткнули поддельные товары и перекатили лошадь. Она отвела глаза и убила двух студентов во имя слепого Лорда Лорда.
Брендель взял ее за руку, повернулся и посмотрел на другую сторону площади.
Слова «графа Тонигеля» все еще эхом отдавались на площади, жужжа.
«Причина проста», — сказал молодой человек с насмешкой во рту, используя магию, чтобы расширить каждый байт до всего Замка в холодной рубашке, его голос ревел в небе:
«Потому что кто-то предал меня, это была неблагодарная царская семья Колкова» Словно порыв ветра пронесся по площади, площадь вдруг затихла.
Тихо, абсолютно тихо, на площади, где собрались тысячи людей, так тихо, что в этот момент слышна игла.
哐 Черт! Хайнф ненормально встал со своего места, стул опрокинулся позади него, и он споткнулся. Хайнф тяжело упал на пол, и женщина-мечник с криком бросилась вперед, чтобы попытаться поднять его с земли.
Движение здесь подобно падению первой костяшки домино, запускающей цепную реакцию, словно в толпу бросили бомбу. После минуты молчания толпа взорвалась тысячу раз.
Это было невероятно, а затем шепот, который был почти паническим, все больше людей впадали в тревогу и растерянность. Они попросили друг друга подтвердить, есть ли у них бред.
Хайнф лежал на земле, и в его голове гудел голос.
"Это невозможно!"
«Эруин закончил». Еще одна мрачная мысль витала в его голове, так что тревожное лицо женщины-фехтовальщика было проигнорировано.
В этот момент Хайнф подумал о черной смерти.
Толпа наконец встрепенулась.
Но в середине движения должна быть тишина, а в потоке Роллинте и Монтоло стояли, как каменные статуи, на месте.
"Как может ...?" Клин почувствовал, как будто его мировоззрение рухнуло, и Роллинт был рядом с ним, его глаза необъяснимо изменились.
Почему-то этот подросток из семьи Баухиний повернул голову и посмотрел на волшебника.
Рядом с Бренделем Скарлетт окончательно не выдержала. Сколько сил Господь Господь потратил в Тонигер, чтобы иметь то, что она имеет сегодня.
Она только что сделала шаг вперед, но Брендель крепко держал ее за плечо.
Брендель закрыл лицо под отвисшей опушкой капюшона с необыкновенным спокойствием, как будто все, что здесь происходило, не имело к нему никакого отношения.
Но в глубине темных глаз яркий электрический свет отражается на море, словно буря приближается к хмурому небу раньше, люди уже могут предсказывать ярость природы.
Этот набор трюков уже понятен в его уме и понимает количество приходящих людей.
Потом решается остальное.
"Don't worry, Скарлетт ."
"Может Лорд Лорд?"
"Не волнуйся."
Брендель replied softly.
Звук шагов движется от близкого к далекому.
Глядя на бунтующую толпу, на каждом лице гнев, тревога и страх, молодой человек улыбнулся Росберну. План сыграл свою роль. Чтобы сделать Тонигель беспорядок, мы должны сначала разрушить убеждения в сердцах людей. Когда они обнаружат, что все, на чем они настаивали, стало ложью, их собственные герои сами сломаются.
«Герой является синонимом хрупкости. Когда он родился, это было похоже на падающую звезду по небу. Когда он умирал, его часто сопровождала ужасающая трагедия».
Росберн вздохнул.
— И все это — шедевр твоего возвращения ко всему, — рассмеялся юноша. «По сравнению с тем, что писали в Восточном Меце тридцать лет назад, вы играли пастухов и крузианцев. Обернитесь». «Нет ничего, чем можно было бы гордиться, танцуя с дураком». Сэр Росберн едва мог скрыть свою гордость.
«Добавьте еще один огонь в этот беспорядок, и пусть он сожжет Эруина».
"Именно так."
"Удачного сотрудничества."
"Удачного сотрудничества."
Молодой человек сузил глаза и поспешно подошел к мужчине. Он вел себя прилично, каждое движение приносило благородную элегантность. Это было приятное облегчение, но он хотел было заговорить, как резкий, спокойный голос прервал его:
"Он врет!"
Когда звук раздался из толпы во второй раз, на площади вдруг стало тихо.
Люди оглядывались друг на друга, наблюдая за направлением звука, и толпа там была настолько напугана, чтобы избежать чумы, насколько это возможно. На многолюдной площади стихийно образовалась ложбина.
Молодая девушка, одетая как кожевник, упрямо стояла в лощине, сжав кулаки руками, и смотрела на молодого человека на коне, глаза ее чуть не вспыхнули огнем.
"Он не Лорд Лорд!"
Как камень, упавший в пруд, как зеркало, на площади было легкое беспокойство.
"Разве это не Сью, лучник в городе!"
«Я знаю ее. Она дочь Красного Медного Дракона Рето».
"Почему она здесь?"
«Она близкая подруга лорда Фрейи. Кажется, она гостья в Форте Холодной Рубашки».
Молодой человек был похож на Шэнь Бина и в глубине души бранил Баньси, из-за чего потерял взрослого. Но из-за этого он стал еще больше обижен на рыбу перед собой.
«Сью,
