–Меня одно интересует, – сквозь зубы процедил Лан-Гор. – Если такие ощущения у тех, кого вы лечите, то как же выглядит ваша пытка?
–Могу показать, – тут же с радостью предложил исказитель.
–Не сомневаюсь, что можешь, – прорычал монарх. – Убирайся отсюда, пока у меня не восстановилась магическая сила. А то не удержусь и поджарю.
–Ты бы не успел, – так же ласково пояснил криэйтор. – Я стою от тебя в четырех метрах. На концентрацию силы тебе понадобится около секунды… с учетом моих исправлений – вдвое меньше. А я с такого расстояния могу оторвать тебе голову за одну десятую секунду. При том, что по меркам своего народа я довольно слаб и медлителен. Учти это, если соберешься когда-нибудь убить Повелителя Плоти.
–Обязательно учту, – пообещал Лан-Гор, постепенно успокаиваясь. – Но все же сейчас, будь так любезен, уберись отсюда. Если ты мне снова понадобишься, я свяжусь с твоим хозяином.
Вот теперь уже перекосило от бешенства гостя. Бывший Лорд Подземелий готов был смириться с рабством у владыки, что превосходил его силой. Но когда об этом напоминал человек, хрупкое, беспомощное создание, которое только что корчилось в агонии от простейшей операции… Яростно шипя, криэйтор жег короля взглядом, но ничего не мог ему сделать – мешал приказ. Лан-Гор дружески подмигнул своему бывшему мучителю и указал на пульсирующую воронку портала. Исказитель последний раз яростно сверкнул глазами и сиганул в переход, до ужаса напоминая в этот момент кота, которому с особой жестокостью наступили на хвост. К магу вернулось хорошее настроение.
Он шел по городу, прислушиваясь к своему телу. Вопреки ожиданиям, боли не было, даже самой слабой, даже в виде отголосков. Здравый смысл протестовал – Лан-Гор не раз видел, как чувствуют себя люди после пыток, даже самых аккуратных и безвредных. По всем законам медицины человек, переживший такое издевательство, должен был ползти, еле волоча ноги, должен был мечтать о глотке воды или покое – а вместе этого он чувствовал, что сейчас взлетит. Все тело было налито звонкой, упругой силой, от которой хотелось петь и танцевать.
"Или я с непривычки значительно переоценил интенсивность боли, или криэйтор каким-то образом убрал все последствия своей работы… Если смогу выяснить, как они это делают – выгоню к Воителю придворного палача. Хотя нет, к Воителю лучше не надо, еще разболтает лишнего…"
Такого хорошего и несерьезного настроения у него не было уже много лет. Даже не с юности – с детства, когда он еще не понимал, что вся его власть и богатство не отменяют уродства… Когда не видел косых взглядов и не слышал шепота за спиной. Тут опять же два варианта: или этот гад его НАСТОЛЬКО омолодил, или что-то сделал с психикой, убрав из головы все проблемы и беспокойство. Оба не сулили ничего хорошего. На всякий случай Лан-Гор внимательно осмотрел свои руки – те вроде бы детскими не стали. Более тщательной проверки придется подождать до возвращения во дворец.
Хорошо хоть, портал находился недалеко от королевской резиденции. Со своими новыми силами маг преодолел этот путь за десять минут, хотя к порталу пробирался вдвое дольше. Ноги сами несли тело, без малейшего напряжения. Казалось, он может вот так прошагать весь континент. Ради одного этого стоило потерпеть немножко боли, тем более, что даже воспоминания о ней быстро развеивались, как неприятный сон.
Подойдя к стене, он призвал силу… и едва не сел на ровном месте. Язычок пламени скользнул в ладонь настолько легко и плавно, что в первый миг ему показалось, будто призыв вообще не сработал. Куда делись привычные рывки непокорной стихии, судороги мышц, ломота в висках? С непривычки он даже перекачал немного больше энергии, чем требовалось, и вскрикнул, только когда разросшийся костерок опалил ему ладонь. Как, как проклятому кукловоду удалось воздействовать на его магический дар?! Криэйторы ведь ни воителя не понимают в магии стихий, они волшебники в работе с телом и разумом – но другие направления колдовства им недоступны. Они могут переделать ауру человека или животного, но это будет лишь маскировкой, с функциональной точки зрения энергетика ничуть не изменится.
Лан-Гор торопливо огляделся по сторонам – не заметил ли кто из прохожих странных манипуляций не менее странного наемника, и начал внимательно изучать каждую нить магического плетения. Спустя пару минут он с облегчением выдохнул. Его власть над стихиями не стала больше или меньше. А вот усовершенствованное тело переносило откат от заклинаний гораздо легче, да и нервная система работала гораздо "мягче", без рывков, свойственных его неуравновешенной личности. Когда король представил, что сможет вытворять с новой "настройкой", у него голова пошла кругом. Сколько заклинаний раньше срывались у него в середине плетения из-за чрезмерной импульсивности! Наставники-эльфы вообще шарахались от любой его попытки воззвать к силе, словно от чумы. Маги из числа людей сочувственно качали головами – сила, которой короля наделил случай, была явно больше, чем могло перенести хрупкое и болезненное тело. Ему советовали остановиться на малых энергиях, на простых и стабильных заклинаниях – но юный принц упрямо лез дальше, сжигая себя изнутри. Магия была для него не просто досугом или хобби, даже не способом узнать новое, увеличить свою силу или безопасность. Она стала единственным путем, которым урод на троне мог доказать миру, что все еще жив, что его рано списывать со счетов. Дурная наследственность закрыла для него большинство радостей плоти, но не могла лишить силы яростный дух. Однако очень старалась. Сила шла сквозь него неровными толчками, горела и взрывалась, не желая сплетаться в требуемые узоры, прорастая колючими иглами, юный неудачник корчился в эпилептических припадках или часами лежал без сил… Конечно, потом вставал и продолжал экспериментировать – упрямства у наследника престола хватало на десятерых. Но многие области так и остались недоступными. Например, стихия Воды, абсолютно не признающая резкости в обращении.
А теперь криэйтор мимоходом так, даже не по заказу, просто попутно – дал его силе совершенно иную материальную основу. Здоровое, энергичное, выносливое, и самое главное – УРАВНОВЕШЕННОЕ тело. Через которое сила могла течь ровно, без сбоев и завихрений. И этого оказалось вполне достаточно, чтобы Лан-Гор почувствовал себя молодым богом.
Зачем Повелитель Плоти сделал это, зачем перевыполнил обещание своего хозяина? Договор ведь был только о бессмертии, а каждая лишняя минута на Воине подвергала пришельца дополнительной опасности. Альтруизм тут явно ни при чем – в языке криэйторов такого слова вообще нет. Может, хотел помучить подольше? На Анчаре ему не дают работать с живым материалом? Возможно… Хотя, насколько он знал, обычно Лорды используют возможности своих вассалов по полной программе, так что на нехватку практики тем жаловаться не приходилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
