Читаем без скачивания Прибытие на Марс - Иван Беров

– Поздравляю тебя, мой друг, ты по уши вляпался в любовь, – Триз теперь подошел почти вплотную к Алику. Их отделяло всего полметра.

«Но откуда же ты это знаешь?» – спрашивал себя Змей.

– Это же было так просто, – ответил Триз. – Неужели ты думал, что только ты был героем театра? Н-е-е-т, братец, – Сари всплеснул руками, – для Дэггса нет разницы между актерами. Каждый играет свою сцену, и каждый имеет одинаковые права и условия. Как ты изучал меня в надежде отыскать мою слабость в защите и атаке, так же и я смог покопаться в твоих тайных чувствах. И знаешь, это было довольно забавно – видеть, благодаря чему или, вернее сказать, благодаря кому ты смог выжить в невыживаемых ситуациях.

Вот и сказалось влияние Дэггса. Даже выйдя из его сна, жертва всё равно оставалась под его прессингом. Хотя, вышел ли он из сна? Вдруг это всего лишь сон, и Триза сейчас здесь нет, равно, как и его самого?

Но если это все сон, то когда же он проснется и почему в этом сне боль не такая реальная, как была до этого? На эти вопросы ответ нашелся довольно быстро. И этим ответом была сама реальность. В своих снах Дэггс вымещал на нем свою злобу, причиняя страдания, а реальном мире тысячи микроорганизмов путешествовали по телу Космического Змея, залечивая кости и восстанавливая поврежденные ткани. Грудь и почки все еще болели, во рту держался вкус крови, а глотать по-прежнему было больно, но в этот раз Алик не почувствовал усталости. Здесь все шло немного по другому сценарию. Вот в этом и была в данный момент ошибка Триза, для которого сон наяву все еще не закончился.

Космический Змей улыбнулся.

Скартари почувствовал, что нечто пошло не так, и события теперь будут развиваться не в его пользу.

Его последний удар ногой с последующей подсечкой едва не достиг цели, но Алик чудом успел увернуться.

Оттолкнувшись от пола синтетической рукой, Змей ушел от ноги Триза, в то же время разворачивая тело в воздухе вокруг своей оси и чуть согнувшись в поясе. Космическому Змею удалось впечатать крепкие каблуки своих сапог в левый висок метаморфа.

Триз все еще помнил удар ноги Змея в мире Дэггса. Тогда ему пришлось несладко. Новые ощущения от реальности были такие же: голова шла кругом, перед глазами все плыло, и даже маска чудовища не могла ничем помочь. На всякую крепкую голову находилась не менее крепкая и сильная нога – глупая правда жизни на этот раз оказалась совсем рядом. И в этот раз не на стороне Триза.

«Это нечестно», – пронеслось в голове метаморфа. Ведь он явно был быстрее, сильнее и ловчее оппонента – настоящий воин современности, современности три тысячи сто десятого года. Даже Дэггс отдавал ему свои симпатии. Ему! Скартари Тризу – последнему шедевру доктора Ксайрса и самому удачному. Потому что он – единственный из трех людей, кто смог пережить имплантацию генокода метаморфа. Младший из трех братьев и самый сильный. Он был сильнее своего старшего аналога Дэггса, потому что мог жить в его мире и в мире реальном. Он не мог творить свои миры подобно Дэггсу, но зато мог жить в любом из созданных. И теперь его бьет какой-то дурацкий получеловек-полуробот. Сталь против панциря, плоть против сталеуглерода, геном против наноконструкторов – вечный спор нанотехнологии и кибербиологии с генной инженерией. Кто победит в этом поединке на этот раз? Ответ оставался туманным.

Кулак в висок и в челюсть. Прямо между жвал.

«Да еще и этой дурацкой улучшенной рукой!» – скривился Триз.

Теперь у обоих лица были в крови. Скартари, конечно, ставил блоки ударов, но Космический Змей в этот раз просто переиграл его в скорости.

«Но почему в реальности я тоже должен уступать?!» – гневные мысли переполняли разум метаморфа. Триз рылся в своих страхах и опасениях, как муха в мусоре. Теперь настал его черед думать, в то время как тело стало получать нещадные удары от оппонента. «Но ведь автомат всегда хуже человека!» – убеждал себя Триз. «Стоп! – неожиданно поймал свою мысль Скартари. – Вот оно! Вот в чем проигрыш! То, о чем догадался Змей и почему он улыбнулся!» Этот бой был реальнее некуда. А в реальном бою он – Сари Триз – не такой уж непобедимый, да и сам Змей вовсе не счастливый юнец, а бывалый ветеран звездных баталий. И его тело, и его душа и его мысли прошли все этапы войн Корпораций, и он до сих пор остался жив, несмотря на то, что в решающем бою силы «Зиртека» потерпели крах от красноармейцев, а в операции «Исход» ему бросил вызов сам Громов. По сравнению с таким оппонентом это он – Сари Триз – был юным и сейчас отчетливо доказывал это. Триз никак не мог поверить в то, что он терпит поражение от Змея – и в этом была его слабость. Однако здесь, в реальном мире, Змей был почти неуязвим. Такой же, как и сам Триз, только более человечный, нашедший свою вторую половину, пусть и в виртуальном мире.

«Не сдамся!»

С криком, полным злобы и мести, Скартари Триз бросился на Космического Змея, нанося молниеносные удары.

«Достать врага любой ценой! Поразить его одним ударом! Задавить его силой и усовершенствованным телом!» – вспоминал Триз наставления своего учителя гайрата Зул-ка-Реда.

Алик предвидел подобный ход боя. Ведь Дэггс показал о его оппоненте всю правду – Триза на самом деле создали как двойного агента, специально обученного для ликвидации сперва чужих, а потом и своих же кадров.

Первый удар – Змей блокирует локтем.

Дальше пошел второй удар, третий – плоть киборга нещадно рвется, оголяя кости и вываливаясь наружу. Змей на это ответил резкой контратакой в пах и левое колено. Удары киборга доходят до цели, прорываясь сквозь защиту метаморфа.

Скрипя зубами от невыносимой боли, Триз падает на гиропластик палубы звездолета. Но он всё равно не сдается. Живущий в нем зверь жаждет крови и победы, и Скартари делает все возможное и невозможное для того, чтобы достичь победы. Его мощные руки прорываются сквозь сеть из защитных блоков и достигают живота Змея, разрывая мышцы и круша внутренние органы.

«Победа близка», – радостно думал Триз, когда его руки пробивали тело Алика. Он видел, как его врагу было больно, как агония сотрясает человеческое тело и как сознание не покидает человеческий разум, из последних сил цепляясь за реальность. Змей должен был вот-вот лишиться последних капель жизни. И он все еще видел эту глупую улыбку на лице Змея, которую он так ненавидел. Она напоминала улыбку глупца, отдающего свои последние деньги уличному обманщику для того, чтобы просто послушать дешевые уговоры. А эти сильные руки боевого ветерана, что держали за узды чужие жизни, сейчас не могли контролировать даже свою.

«Прикинься побежденным, чтобы победить!»

Скартари Триз слишком поздно понял, какую ошибку он совершил, так безрассудно поддавшись ярости. Две руки Змея с огромной силой обрушили мощные удары на виски метаморфа, а затем провели серию ударов по черепу. Кость черепной коробки метаморфа хрустнула, как мрамор под киркой каменщика. Из трещины тут же брызнул фонтан крови, но метаморф все еще был жив. Последними движениями в этой комбинации ударов Триз небрежно толчком в грудь отпихнул от себя противника. Парочка раздробленных ребер и многочисленные внутренние кровотечения в теле оппонента стоили ему треснувшего собственного черепа и повреждения мозга.

Сари резко выдернул свои руки, обагренные кровью Змея, и выставил их перед собой крест-накрест, блокируя тем самым последующий удар ноги и готовясь к контратаке. Между тем раны Космического Змея заживали прямо на глазах. Сквозь пробитые дыры в металлическом панцире виднелись сначала темно-красные, затем красные, а потом и вовсе розовые слои нараставшей биомассы, которая сразу же превращалась в новую плоть. А вот его слабое и единственное уязвимое место – голова – находилось далеко не в лучшем состоянии. Как говорил в таких случаях Зул-ка-ред, «на голове мышц не накачаешь» – и это было правдой из реальной жизни.

Скартари все-таки решил ретироваться, иначе ему грозила смерть. Из последних сил – этот бой окончательно вымотал его – он оттолкнулся ногами от пола и совершил сальто назад по широкой дуге. Но Космический Змей не стал давать Тризу шанс красиво отойти, чтобы секунду спустя вновь встать в бой. Непримиримые враги прыгнули вверх синхронно, сохраняя при этом полученную в рукопашном бою дистанцию. Совершая в воздухе пируэт, Змей все же продолжал наносить руками удары по метаморфу, стараясь пробить его защиту и достать в последний раз заветную цель – голову метаморфа. В этот момент Алик почему-то вспомнил помогшего ему нанобота. Киборгу стало жаль робота, который смог пробраться в сон Дэггса и сначала под видом женщины в метро, а потом и в образе техника Бура сделал ему необходимый для дальнейшей борьбы апгрейд. Сейчас установленная роботом защита начала давать сбой: слои керамической брони трещали под ударами шипованных кулаков. Но зато все основные суставные соединения были по-прежнему тверды как камень. Все, показанное в поединке в мире Дэггса, сейчас разыгрывалось между бойцами с немыслимой скоростью. Блоки и удары поочередно сменяли друг друга. Локти Триза против голеней Змея; кулаки с шипами и панцири против кибербиологии и центаврианской керамики. Два бойца в поле гравитации Марса совершали немыслимые телодвижения, стараясь поразить друг друга одним точным ударом. Змей нападал, Триз – защищался. За семь секунд полета противники успели обменяться шестью сериями блоков и ударов. Но к моменту касания палубы «Тавриуса» противники оставались при своих: раненый Триз, раненый Змей.