К этой же теме можно отнести и циркуляр министра образования С. С. Уварова в 1834 году о необходимости обучения в школах и университетах в духе православия, самодержавия и народности.
Общество получило некое удовлетворение. Но, забегая немного вперёд, стоит отметить, что через несколько лет всё забылось, указ не выполнялся, всё вернулось на круги своя - власти и общество опять стали обсуждать национальные признаки во внешнем облике, и опять пришлось издавать новый указ. В 1835 г. вышло ещё одно Положение о евреях, в котором вводился запрет брать в аренду или в управление населённые помещичьи земли. Это же Положение стимулировало евреев вкладывать деньги в промышленность. Тем более, что в 1836 году Николай I раньше других европейских государств принял в России закон об акционерных обществах - «Положение о компаниях на акциях».
И в короткий срок возникло 20 крупных акционерных компаний, в создании которых приняли активное участие еврейские ростовщики, и стали вкладывать деньги в первую очередь в строительство сахарных заводов и железных дорог. Вскоре выросли такие «сахарные короли», как братья Бродские.
В 1834 году Николай Первый открыл университет в Киеве, а Положением от 1835 года выселил евреев из Киева, однако затем разрешил «срочное пребывание в городе».
Стоит обратить внимание, что в этот период - 30-е годы XIX века, в России резко увеличилось количество евреев, ибо пошёл большой поток евреев из бывших польских территорий. Что случилось? Там стало тяжело и опасно жить. Дело в том, что эта территория стала ареной военных действий - поляки подняли ряд крупных вооружённых освободительных восстаний (1830-1831 гг.).
В этот период очередная революция произошла во Франции. В связи с этими событиями, с одной стороны, Николай сделал подачку крестьянам - немного облегчил их рабство - ввёл запрет на разлучение членов крестьянских семей при их продажах на ярмарках и аукционах.
С другой стороны, встревоженный Николай I заключил в 1833 году «Священный союз» на случай революций о взаимопомощи с императором Австрии и королём Пруссии.
Затем вторую половину 30-х годов и вначале 40-х Николай I много внимания уделил «крестьянскому вопросу». Вообще-то на социальные проблемы Николай I обращал внимание давно - ещё в 1816 году, будучи великим князем по приказу Александра I он посетил в Англии Оуэна и познакомился с его социальными новшествами. Тогда Николай Павлович произвел большое впечатление на Роберта Оуэна, который о нем сказал: «Этот юноша рожден повелевать». Этот опыт мало пригодился Николаю I, ибо в России необходимо было реформировать крестьянство, и российский император начал реформы с государственных крестьян.
«Он (Николай I) в короткое время создал отличное управление государственными крестьянами и поднял их благосостояние. В несколько лет государственные крестьяне не только перестали быть бременем государственного казначейства, но стали возбуждать зависть крепостных крестьян… С тех пор крепостные крестьяне стали самым тяжелым бременем на плечах правительства. Киселеву принадлежало то устройство сельских и городских обществ, основные черты которых были потом перенесены в положение 19 февраля для вышедших на волю крепостных крестьян» - отметил историк Ключевский (Курс лекций. 1887-8 гг. стр. 348).
В 1842 году Николай I издал важный закон о крестьянах, который позволял земледельцам ликвидировать крепостные отношения, и позволял освобожденным крестьянам («обязанным») покупать землю, и запрещал разлучать крестьян от семей и их продавать. Это была запоздалая полумера, но важная. Николай I был сторонником постепенных шагов.
«Реформами было охвачено около 9.000.000 казенных крестьян, то есть население равное по числу населению тогдашней Бельгии, Голландии и Дании вместе взятым. Было создано 6.000 сельских общин. Всем созданным общинам было предоставлено право самоуправления и право избрания мировых судей. Согласно изданного в 1843 году указа ни окружной начальник, ни чиновники Губернской Палаты Государственных Имуществ не должны вмешиваться в дело управления крестьянскими общинами, а должны только “содействовать развитию между крестьянами собственного мирского управления, наблюдать за исполнением преподанных им правил, но не вмешиваться в суждения по делам, принадлежащим сельскому управлению и расправе, ни в постановления мирских сходов, если в собственных своих делах они действуют по праву, предоставленному законом” - пояснял Б. Башилов. - Из свободных государственных земель малоземельным крестьянам было дано 2.244.790 десятин, 500.000 десятин было дано не имевшим земли, 169.000 человек было переселено в районы обладающие излишками земли, где им было выделено 2.500.000 десятин. Кроме того, образованным сельским общинам было передано 2.991.339 десятин леса. Для того чтобы крестьяне могли иметь дешевый кредит было создано свыше тысячи сельских кредитных товариществ и сберегательных касс.
Было введено страхование от огня. Создано 600 кирпичных заводов. Построено 97.500 кирпичных домов и домов на кирпичном фундаменте. Много было сделано для развития народного образования и здравоохранения. В 1838 году в общинах казенных крестьян было только 60 школ с 1.800 учащимися, а через 16 лет в них имелось уже 2.550 школ, в которых училось уже 110.000 детей, в том числе 18.500 девочек. На казенных землях, для девяти миллионов крестьян, то есть для четвертой части всего русского крестьянства, было восстановлено широкое самоуправление существовавшее некогда в Московской Руси».
В 1842 году Николай I издал важный закон о крестьянах, который позволял земледельцам ликвидировать крепостные отношения, и позволял освобожденным крестьянам («обязанным») покупать землю, и запрещал разлучать крестьян от семей и их продавать. Это была сильно запоздалая но важная полумера. Николай I был сторонником постепенных шагов.
В 1843 г. Николай I рьяно взялся бороться с приграничной контрабандой. В связи с этим распорядился выселить всех поголовно евреев из 50-вёрстной приграничной территории на границе с Австрией и Пруссией, несмотря на то, что, как указывает Ю. Гессен, «в некоторых пограничных таможнях торгующее купечество почти сплошь состояло из евреев».
Переселенцам при этом предлагалась материальная компенсация-помощь и освобождение от налогов на 5 лет. Но вскоре, как указывает КЕЭ, «правительство Николая Первого перестало настаивать на выселении евреев из 50-вёрстной приграничной полосы, и часть из них смогла остаться на прежних местах». Почему это произошло? Потому, что пока шёл процесс переселения, в европейских странах по этому поводу поднялся большой шум. Странно, такое впечатление, что под шумок ущемления прав евреев старались легализовать в России контрабанду. Похоже, поток контрабанды был настолько велик, что его остановка сразу сказалась на экономике многих европейских стран. По этому поводу Солженицын замечает:
«… далеко не осуществлённая мера приграничного выселения, вызванная контрабандой, разросшейся до опасных для государства размеров, - откликнулась в Европе таким негодованием, что как бы именно не она резко поссорила европейское общественное мнение с Россией. То есть, может быть, этим частным указом 1843 года и следует датировать первую грань эры воздействия европейского еврейства в защиту своих единоверцев в России, - активного влияния, уже затем не прекращавшегося». (История с контрабандой - это те исторические факты, которые многочисленные критики А. Солженицына вообще не затрагивают).
Исследователи истории почему-то не обращают внимание на то, что к этому периоду в Европе произошли очень важные перемены, и статус евреев сильно изменился. Без понимания этих процессов иногда трудно правильно объяснить происходящие в России события. Этим переменам в Европе в следующей книге будет посвящена отдельная глава. Вернёмся в Россию.
Не получилось у Николая I выселить евреев из пограничной зоны за контрабанду, тогда он в 1844 году очень энергично взялся за выселение евреев из деревень. Эту очередную попытку еврейский историк Ю. Гес-сен прокомментировал так: «… слышится как бы крик отчаяния, что при всей своей власти правительство не может выкорчевать еврейское существование из недр русской жизни».
Действительно, как мы уже наблюдали - выселением евреев из деревень на протяжении 80 лет занимались четыре российских императора, а евреи всё равно там оставались или через некоторое время опять туда возвращались.
На этом император не остановился и решил одним действием решить ещё две проблемы. Так как евреи по-прежнему уклонялись от уплаты налогов, и накопительная недоплата налогов еврейскими общинами по тем временам составила огромную сумму - свыше 8 миллионов рублей, то император распорядился за каждые две тысячи рублей новых недоплат - забирать в армию ещё «по одному взрослому рекруту». Это был удар по больному месту, и евреи в России, возможно, пожалели, что их европейские собратья так шумно вступились за них в вопросе контрабанды.
