смысл? Все после уничтожения и смерти вновь оказываются в мире мёртвых, от этого никуда не уйти. Как и учит религия — вечный круговорот добра и зла. С чего Ширейлин решил, что может всё изменить, для меня оставалось загадкой.
Том 2. Глава 14
В одну из ночей случилось то, что и должно — пришёл демон. Мы это знали и Иллитору в тарелку подсыпали снотворного. Парни хоть и боялись твари, но спокойно лежали и на своих местах; Аскел и Маэль, кажется, не проснулись. Фейхел лишь крепче прижал к себе встревоженного крыса и даже не повернулся. Вот только погорелец лежал лицом ко мне и в свете луны привиделось, что глаза его блеснули. Нет, он не пошевелился, но осталось стойкое чувство, что всё видел.
Приподнявшись на локтях, я склонился над ухом лежащего рядом Ширейлина и еле слышно прошептал:
— Илли не спит.
Парень удивлённо моргнул, а потом сам приподнялся и через меня смотрел на него не меньше минуты.
— Тебе показалось, — последовал, наконец, ответ.
На утро наш «лишний эльф» никак не изменился в поведении, ничего не спрашивал, так что я решил, что действительно привиделось всё. В пути он держался рядом и пытался играть с огнём, словно ожидая моей похвалы. Привыкший присесть на уши со своей философией Ширейлин уже менее доброжелательно косился на паренька, я же пытался его игнорировать. Вся эта навязчивость казалась мне демонстративной и неприятной. Илли вёл себя как асоциальный, он не понимал границ личного пространства, как и намёков. Даже харизма Этриана не смогла отвлечь его внимание. Из-за этой ситуации у меня практически не было возможности заниматься саморазвитием, что жутко раздражало.
— Если это не прекратится, я его ударю, — шепнул Ширейлину, на что тот нахмурился. И всё же, я не увидел в его реакции достаточного осуждения своего желания. Неужели подумал, что пошутил?
— Учитель, вы мне ещё что-нибудь покажете сегодня? — не унимался идущий рядом Илли.
— Какой я тебе учитель? Сказал же, отстань от меня! — я раздражался всё больше.
— Но Ксандр! Пожалуйста!
— Пресветлый Кореллон, за что мне всё это? — тихо вздохнул я и повернулся к Ширейлину: — Ты мне должен будешь, понял? Эй, ты куда? Предатель! — мои слова полетели ему в спину, когда прынц также вздохнул и отвернулся, после чего начал отходить в сторону.
Шёл четвёртый день пути и моё терпение подходило к концу.
— Ксандр…
— Отойди от меня и не приближайся, — я вытянул руку и слегка оттолкнул Иллитора. — Иначе пожалеешь.
Парень удивлённо уставился на меня, после чего кивнул и действительно отдалился. Неужели мои молитвы были услышаны?
И всё же, он продолжил играть с огнём. Это продлилось несколько часов, а потом рукав его куртки загорелся. Илли закричал, но это мало кого встревожило. Лишь Этриан бросился к нему и затушил огонь, сбив пламя кинетикой.
— Аккуратнее надо быть, — сказал белобрысый с доброжелательной улыбкой как раз в тот момент, когда я проходил мимо.
— Простите, — сник Илли. Я обернулся и увидел его жалобный взгляд, направленный на меня.
— Как же ты задолбал, — выдохнул и вернулся на несколько шагов назад. — Давай сюда.
Я протянул руку вперёд, на что Иллитор заморгал в недоумении.
— Зажигалку сюда давай, — повысил я голос, и тот наконец подчинился. Когда артефакт оказался в моих руках, направил всю эмоциональную ярость в предмет и тот раскрошился в моих пальцах. — Так то лучше.
Удовлетворённо стряхнул ладони, потерев их друг об друга, развернулся и поспешил к остальным членам группы, что ушли немного вперёд по тракту. Последующие четыре часа тишины показались мне самым счастливым временем за последние дни. Ширейлин не решался заговорить со мной, а Илли оставшуюся дорогу молчал, смотря себе под ноги.
Я же занялся своими делами, скручивал меридианы, прогоняя по ним ману. Прежде такая тренировка на ходу постоянно обрывалась из-за раздражающего поведения Илли. И лишь когда мы остановились на привал, Шир попросил, чтобы я извинился перед ним.
— И не подумаю.
— Ты уничтожил его вещь, — напомнил мне прынц.
— Он попортил мне нервы. Полагаю, что мы в расчёте.
— И всё же, ты должен поговорить с ним. Пожалуйста, — постарался он надавить на последнее слово.
— Слушай, тебе самому не надоело играть роль идеального парня?
— Да что на тебя нашло? — нахмурился он. — После того разговора в динами ты сам не свой. Постоянно грубишь и ведёшь себя вызывающе.
— А может, я решил быть самим собой? — хмыкнул в ответ.
— Адмир, не забывай, кто ты есть на самом деле. Рано или поздно придётся повзрослеть.
— Повзрослеть? Ты этому якобы шестнадцатилетке скажи. У него же явные проблемы с головой!
— Он пережил много неприятных событий…
— А я, значит, как у Кореллона за пазухой весь последний год обитаю? — оборвал его, разозлившись.
— Это не даёт тебе право обижать других.
— А ему, значит, даёт?
— Ты спас ему жизнь, научил пользоваться стихией. Он чувствует к тебе привязанность.
— Слушай, ты на чьей вообще стороне? Если так хочется, иди сам его утешай.
Забавно, что после этих слов прынц и правда направился к Илли, заведя с тем разговор. Мне это было совершенно не интересно, так что осмотрелся, после чего уселся подальше от группы на выпирающий корень одного из деревьев. Закрыв глаза, занимался собственной структурой, пока Этриан не позвал ужинать.
С тех пор, как мы пересекли границу Ксилтара, путешествовать стало проще, так как шли не через лес, а про тракту. Здесь уже были организованные места стоянки и спали не на голой земле — всё же, по меркам Земли начался октябрь месяц. Заморозков ещё не наблюдалось, но температура по ночам опускалась довольно низко. Благо, от осадков спасали артефакты — то, как капли падают вокруг, но не внутри периметра, у меня до сих пор вызывало когнитивный диссонанс.
В этот раз Иллитор сел на другом конце стола — знал бы, ещё в первый день разрушил его зажигалку. И всё же, он продолжал украдкой поглядывать на меня, хоть уже не так нагло.
— Мне кажется, — шепнул сидящий рядом Шир, — он влюблён в тебя.
Момент этот гад подловил самый «удачный» — мало того, что поперхнулся, так ещё и бульон вышел через нос. Из-за
