что вернулись с конференции с герцогом Бедфордом в Париже и считали, что англичане выстоят и что Филипп должен поддержать их[430]. Без союза с англичанами Филиппу было бы практически нечем торговаться на переговорах с Карлом VII. В итоге Филипп выбрал средний путь. Он поддержал союз с регентом и укрепил оборону Парижа, который в некотором смысле был его городом, а не Бедфорда. В то же время он вынужден был начать переговоры с Карлом VII о заключении еще одного регионального перемирия, распространяющегося на его собственные владения. Эмиссары герцога Савойского, прибывшие в Аррас несколькими днями ранее, были готовы выступить в качестве посредников.
Французские переговорщики во главе с Рено де Шартром прибыли в Аррас в середине августа 1429 года. Они были приняты Филиппом Добрым в присутствии его Совета и большого числа капитанов и придворных. Рено произнес цветистую речь, которая обычно предваряла начало трудных переговоров. Он заявил, что Карл VII "действительно желает" примирения с Бургундским домом. Савойские послы представили готовый план заключения всеобъемлющего мира. Это был значительный шаг вперед по сравнению с предыдущими предложениями. По их мнению, Карл VII должен был согласиться на различные публичные акты искупления вины за "злое и отвратительное" убийство Иоанна Бесстрашного, совершенное его советниками в то время, когда он был еще молод и незрел. Советники, о которых шла речь, должны были быть поименно названы и наказаны. Карл VII должен был утвердить Филиппа во владении всей территорией, которую тот в настоящее время занимал, включая земли, пожалованные ему англичанами. Предусматривалось взаимное прощение всех преступлений, связанных с гражданской войной, и общая реституция конфискованного имущества с обеих сторон. Филипп должен был признать Карла VII своим государем, но пока король жив, герцог освобождался от необходимости лично приносить ему оммаж, а его владения выводились из-под юрисдикции судей и чиновников Карла VII. Савойцы заранее обсудили эти предложения с французской делегацией. В целом они были удовлетворены ими. Более сложным был вопрос о том, что делать с англичанами. Французы признавали, что без них Филипп не сможет заключить мир и предложили оставить за Генрихом VI его владения на юго-западе за рекой Дордонь, но при этом англичане должны были отказаться от всех своих завоеваний на севере Франции и освободить оставшихся пленных взятых при Азенкуре. Савойские послы были настроены скептически. Они полагали, что французам придется предложить нечто большее. Французы предложили заключить всеобщее перемирие до середины лета 1430 г., чтобы провести мирную конференцию, на которой были бы представлены все три стороны. Но они сомневались, что англичане готовы вести переговоры, и настаивали на подтверждении их доброй воли. По словам Рено де Шартра, англичане должны привести с собой на конференцию хотя бы пленников Азенкура. На этой ноте обсуждение застопорилось[431].
Главной проблемой предлагаемого перемирия был вопрос о статусе Парижа. Дипломаты Карла VII, поддержанные послами Савойи и более опытными членами французского Совета, хотели приостановить наступление ради более значительного выигрыша — заключения соглашения с Бургундией. Жанна д'Арк, находившаяся вместе с Карлом VII в Компьене, напротив, хотела продолжать наступление на столицу, которая, по ее мнению, должна была упасть в их руки, как спелая слива, подобно тому, как это произошло с городами Шампани и Пикардии. Ее мнение разделяли герцог Алансонский и большинство капитанов армии. 21 августа переговоры с бургундцами были перенесены из Арраса во временный штаб Карла VII в Компьене. Через два дня, 22 августа, когда возобновились переговоры о перемирии, Жанна предприняла публичный демарш. Она покинула Компьень вместе с герцогом Алансонским, чтобы присоединиться к армии в Санлисе. Через два дня они вдвоем вывели войска на равнину к северу от Парижа и заняли Сен-Дени, который нашли не укрепленным и покинутым. Здесь, в усыпальнице королей Франции, одном из центров французской королевской мифологии, они и разместили свой штаб. Основная часть армии расположилась за пределами столицы, в окрестностях пригородных деревень Монмартр, Ла Шапель и Обервилье[432].
Регент получил известие о занятии Сен-Дени в Верноне на Сене, где он пытался прикрыть как нормандское, так и парижское направления. Он призвал кардинала Бофорта и главных членов своего Совета на срочное совещание. Теперь уже было очевидно, что отступление от Монтепилуа было ошибкой. На этот раз, заявил он, французам придется противостоять любой ценой. С Бедфордом в Верноне находилась армия, которая была задействована при освобождении от осады Эврё. Вновь были призваны войска из гарнизонов, в результате чего они снова обезлюдили и подверглись серьезной опасности. 27 августа весь арьер-бан Нормандии был призван собраться в Руане к 10 сентября. Бедфорд объявил, что он поведет объединенные силы на битву с армией Карла VII под Парижем. Хотя традиционно служба при созыве арьер-бана была неоплачиваемой, регент пообещал, что на этот раз все получат "должные и разумные деньги". Чтобы обеспечить это обязательство, он прибег к крайним мерам. Парижан обязали выдать принудительный заем. В столичных церквях были проведены изъятия ценностей. Вклады, многие из которых были помещены туда на хранение горожанами, были конфискованы. Генри Бофорт тряхнул свои сундуки и выдал 10.000 ливров — первый заем английской короне за более чем четыре года[433].
28 августа 1429 г. советники Карла VII и герцога Бургундского достигли временного соглашения в Компьене. Это был непростой компромисс, который был достигнут в спешке, пока грохот оружия не заглушил голоса дипломатов. Было объявлено частичное перемирие, которое вступало в силу сразу же, и действовало до Рождества. Оно распространялось на все районы к северу от Сены от Ножан-сюр-Сен в Шампани до моря. Главным бенефициаром этого соглашения стал герцог Бургундский, который достиг своей цели — защитить свои территориальные интересы в Артуа и Пикардии. Существовало также неофициальное побочное соглашение, условия которого вызывали споры и которое впоследствии принесло большие неприятности. Филипп считал, что на время перемирия ему было обещано владение Бове, Санлисом, Компьенем и Креем. Эти места были важны для него. Они были частью сети вассалитета и клиентуры, с помощью которой он распространял свое политическое влияние за пределы собственных владений на север Франции. Слабость нового соглашения заключалась в том, что в нем не участвовали англичане. Поэтому пришлось включить в него ряд существенных оговорок. Чтобы удовлетворить потребности своей армии, Карл VII оставил за собой право нападать на города, контролирующие мосты через Сену, в том числе и на Париж. В ответ на это бургундцы оставили за собой право на военные действия при защите Парижа. Обе оговорки были закреплены в окончательном тексте соглашения[434].
Французский король и его советники оставляли за собой возможность попытаться захватить Париж, но реально не были расположены к этому. Они надеялись, что им удастся сдержать энтузиазм солдат и избежать открытой войны с Филиппом Добрым. Поэтому, покинув Компьень сразу после
