Читаем без скачивания Ворон - Смолл Бертрис

Ах, прекрасная Уинн Гарнока! Со вздохом сожаления он закрыл глаза, чтобы отбросить видение, но оно не исчезло.

Брайс плотно прикрыл глаза, но когда открыл их вновь, она все еще стояла на прежнем месте, улыбаясь ему Не может быть! Он почувствовал, как боль сжимает ему грудь. Он попытался перевести дух. Она начала приближаться к нему; слегка приподнявшись, Брайс перекрестился, словно отгонял дьявола.

Раздался смех Уинн и прозвенел колокольчиком в зале.

— Это чудо, что крыша не упала на нас, Брайс, — поддразнила она его. — Что за кощунство взывать к крестному знамению!

— Ты лишь плод моей фантазии, — смог проворчать он.

— Скорее твоей преступной совести, но увы, я вполне реальна, дорогой. Я вернулась из Мерсии, куда ты меня отправил, и пришла за своим сыном, Арвелом. Верни его мне.

— Я не знаю, о чем ты говоришь, — напрасно лгал Брайс, его холодный взор устремился туда, где Пита кормила Арвела. Саксонская женщина дрожала от страха в тени, обхватив мальчика.

— Верни мне моего сына! — повторила Уинн, теперь ее голос звучал жестко и настойчиво. — Мне неизвестно, для каких мстительных или извращенных цепей ты похитил моего сына, но я хочу вернуть его, Брайс, и я его верну! Мейдок мечтает поздороваться со своим наследником.

— Где мой брат? — Потом в глазах его загорелась догадка. — Он там, за воротами, верно?

— Да.

— Если он так хочет получить ребенка, моя прекрасная Уинн, почему тогда он не прибегнет к своему хваленому волшебству? Я ожидал этого от Мейдока, — глумился он.

— Сегодня не будет волшебства, Брайс. Дело не в нем, а в тебе и твоем зле, которому придет конец. Теперь отдай мне сына! — Уинн стояла с решительным видом перед высоким столом.

— Моя госпожа! — позвала Гита. — Мы здесь.

— Гарри! — пролаял лорд Кей, и мгновенно выскочил громадный стражник — Отнеси ребенка в мои покои. Что же касается тебя, саксонская предательница, — обратил он свое внимание на Гиту, — ты сегодня же оставишь Кей, и благодари Бога, что я не накажу тебя, как ты этого заслуживаешь! Госпожа может рассказать тебе, как я ловко умею хлестать по спинам своих слуг Стражник потянулся за Арвелом, который тотчас начал кричать:

«Мама! Мама!», в то время как Гита смело пыталась удержать своего маленького подопечного. Сильным рывком Гарри удалось вырвать Арвела и броситься бегом с мальчиком, который теперь громко выл во всю силу своих легких. Плачущая Гита бросилась к Уинн.

— Все в порядке, Гита, — нежно успокоила она обезумевшую от горя кормилицу. — Теперь уходи из замка. За воротами ты будешь в безопасности с моей служанкой Меган. Я скоро принесу тебе обратно Арвела.

— Неужели ты думаешь, что она так свободно пройдет через мои ворота? — высокомерно спросил Брайс, когда Гита бросилась из зала.

— Твои ворота уже взяты моим мужем и лордом Сант-Брайда. Тебе также следует знать, что все твои воины, кроме тех, которые в замке, уже сдались нам. — Она повернулась и обратилась к нескольким оставшимся людям Брайса:

— Мы предлагаем амнистию тем из вас, кто присоединится к своим товарищам и уйдет с миром.

Брайс с горечью рассмеялся, когда горстка людей опрометью бросилась из зала.

— Паразиты! Негодяи! — кричал он вслед. — Я еще одержу сегодня победу, и вы приползете ко мне. Не вздумайте, ибо я убью любого, кто вернется, голыми руками!

— Ты побежден, Брайс Кей. Выходи теперь и посмотри своей смерти в лицо, как человек, а не трусливое подлое существо.

— Моей смерти? — Брайс по-настоящему поразился. — Что ты хочешь сказать этим? Ты победила. Что еще ты хочешь от меня?

— Мы хотим твою жизнь, — торжественно произнесла Уинн.

— Мою жизнь? Вы хотите мою жизнь? — Почему он повторял все, что она говорила?

— Твою жизнь, дьявол! — глубокий голос Риза Сант-Брайда прогремел в зале, и могучий лорд в полном вооружении вышел вперед, готовый к битве.

— Я не буду сражаться с вами, — дерзко ответил Брайс, — я не воин, как вы!

— Ты будешь драться со мной, трус. У тебя нет другого выбора, как умереть от моего меча, подобно собаке! Прежде чем кончится этот день, ты будешь в аду, где тебе и надлежит быть. Ты более чем кто-либо заслужил страдания за эти грехи.

Брайс взглянул в зал. Он медленно заполнялся воинами. Он нервно пододвинулся к высокому столу.

— Где мой брат Мейдок и сестра Неста? — хныкал он, как ребенок — Ты их больше не увидишь, — отвечал ему Риз.

— Вы откажете осужденному человеку в последней просьбе? — Брайс жалобно скулил, пытаясь выдавить из себя слезу — Ха-ха-ха, обманщик! Не думай вызвать мое сочувствие своими лживыми слезами. К подобным тебе у меня нет жалости.

— Уинн, я взываю к тебе! — выл Брайс, протягивая тонкие длинные руки.

— Я тебе ничего не должна, — холодно ответила она. — Ты похитил меня у мужа, продал в рабство вместе с неродившимся ребенком. Ты причинил Мейдоку и мне боль намного большую, чем ты когда-либо знал. Я ничего тебе не должна, потому что ты не первый раз встаешь между нами, и я думаю, ты это хорошо знаешь.

— Непохоже, чтобы ты сильно пострадала в рабстве, в которое, как ты заявляешь, я тебя продал, — сказал он с насмешкой.

— Только не благодаря тебе, Брайс Кей! — гневно бросила Уинн.

— Хватит разговоров, — резко сказал Риз. — Пора, трус!

Брайс рванулся из-за укрытия высокого стола и, мотнувшись через угол зала, исчез через маленькую дверь, спрятанную за стулом с высокой спинкой. С яростным ревом Риз бросился за ним, следом Уинн. Они очутились в небольшом внутреннем коридоре, который вел к каменной лестнице. Над ними раздавался топот ног убегающего Брайса, Риз и Уинн начали быстро подниматься по ступеням.

— Лестница, вероятно, ведет в его покои, — закричала Уинн, следуя за Ризом. — Он не даст загнать себя в ловушку. Там есть еще один выход.

— Не бойся, — отозвался Риз. — Я отыщу нору этого ничтожного дьявола и отправлю его душу в ад, не пройдет и часа!

На верху лестницы они натолкнулись на запертую дверь, но, не желая упускать из рук добычу, Риз быстро вышиб ее. Они ворвались в прихожую. Впереди них захлопнулась дверь. Они поспешили открыть ее, но Ризу пришлось опять проламываться через дубовую дверь, которая легко поддалась под его могучими ударами, как раз в тот момент, когда Брайс и его единственный оставшийся стражник выскочили через другую дверь, но закрыть ее не было времени.

Они бежали вверх по узкой лестнице, Риз пыхтел под тяжестью своих доспехов, но тем не менее не терял боевого духа. Уинн слышала перед собой плач своего сына. Отчаянные всхлипывания Арвела разрывали ей сердце. «Господи, — молилась она про себя, — спаси и сохрани моего сына!

Не дай нам потерять его». Она пробежала еще один поворот лестницы и увидела перед собой уже открытую опускную дверь и протискивающихся сквозь нее Брайса и Гарри. Когда незадачливый стражник попытался захлопнуть перед ними дверь, Риз, оскалившись, громко прорычал:

— Попробуй сделать это, и ты мертвец!

Гарри, все еще держа Арвела за талию, отпрянул назад, весьма напуганный.

Потом они все оказались на крыше замка. Риз глубоко вздохнул и произнес:

— Теперь давай сразись со мной, ты, ублюдок, и покончим с этим фарсом!

— У меня нет оружия, — захныкал Брайс.

— Дай ему твой меч! — приказал он Гарри, и стражник благополучно освободился от оружия и передал его хозяину.

Брайс в гневе посмотрел на него и пожаловался:

— Этот меч не для благородного человека.

— Это твой единственный шанс, ты, трусливый, пускающий сопли дьявол, — презрительно бросил ему Риз и, подняв свой палаш, он нацелился на врага, который зашатался, но, удачно отразив удар, отскочил назад.

С беспощадной точностью лорд Сант-Брайда гнал своего врага через крышу замка к зубчатой стене вдоль края. Четко вырисовываясь на фоне ярко-голубого полуденного неба, сражались два человека. Яростно звенел металл, когда хорошо закаленные палаши ударялись друг о друга, и звон этот эхом отдавался в чистом тихом воздухе.