О том, что происходило утром на баррикадах вокруг «Белого дома», я могу судить по увиденному мной из окон здания (если не считать нашей скоротечной «пробежки» по трупам товарищей вокруг Дома Советов). Значительно полнее моих отрывочных наблюдений о первых атаках могут поведать их жертвы, уцелевшие на улице. Для полноты картины приведу подробные описания расстрелов баррикад и наружных постов, учитывая, что многому в этих рассказах мы являемся непосредственными свидетелями.
Расстрел западных баррикад (атака БТРов «Бейтара» и МВД в направлении 8-го подъезда по Рочдельской улице)
Существуют видеоматериалы, на которых видно, как к «Белому дому» подходят БТРы с «бейтаровцами» СВА Котенева. Сан Саныч и его тогдашний заместитель Паша одеты в камуфляж. Паша спрыгивает с брони БТРа с пулеметом Калашникова в руках. Позднее он часто бахвалился, что 4-го октября 1993 года собственноручно убил 17 «красно-коричневых» (есть свидетели). Котенев перебегает по кустам к углу дома в окружении 5-6 человек с оружием в руках. Водитель микроавтобуса-мерседеса СВА Сергей подбежал к солдатам и отобрал у одного из них автомат…
Показания баррикадника Евгения О. (приводится по «КП» от 9 октября 1993 года):
«Командир нашего отряда предложил желающим пойти поспать в раздевалку 8-го подъезда. Другие спали, я заснуть не мог. В 6.36 вышел из подъезда к нашим позициям. Люди стоят в оцеплении, сидят у костров. Наше вооружение — обрезки труб, стальные прутья (прижимавшие ковровые дорожки) и бутылки с бензином. Где-то около 6.50 со стороны набережной послышались выстрелы, и к баррикаде по Рочдельской улице (справа, если смотреть в сторону реки) выскочили три БТРа, стрелявшие редкими очередями вверх в сторону „Белого дома“. Остановились. С них соскочили сидевшие сверху на броне какие-то люди в черных кожаных куртках и более светлых брюках с ружьями (не автоматами, а именно ружьями) в руках. Они побежали к заборам возле сквера и автопредприятия, перелезли через них и забежали за домики и другие препятствия («бейтаровцы» СВА помимо всего прочего были вооружены еще и помповыми крупнокалиберными ружьями иностранного производства. — Авт. ).
Народ, сидевший у костров, не мог понять, чьи это БТРы. Некоторые приподнялись и замахали им руками: «Эй, вы наши или не наши?» Молчание. Затем пулемет центрального БТРа опустился и из него раздалась длинная очередь на высоте примерно 2 метров от земли параллельно фасаду здания ВС. Я понял, что это стреляют в спину защитникам баррикады на противоположном конце площади. Очереди продолжались.
Все тут же попадали на землю. Стали разбирать бутылки с бензином. Командир отряда кричит: «Наверное, надо отходить назад к подъездам». Другие отвечают: «Давай в сторону, под защиту парапета». Я отполз в сторону за парапет пандуса, который поднимается сбоку у здания ВС. Посмотрел: рядом лежат мои товарищи по средней линии баррикады.
Сзади послышался грохот и с тыла на нашу баррикаду выскочил легкий танк (это была БМП. — Авт. ). В него полетели бутылки с бензином. Большинство из них разбились, не загоревшись. На задней части танка горело небольшое бензиновое пламя, не причинившее ему никакого вреда.
Затем БТР, который был снаружи, дал длинную очередь по защитникам баррикады. Я сидел на корточках за парапетом высотой около 0,5 метра. Очередь прошла над самой головой, сбив ветки небольшой сосны. В стену здания ВС она ударила примерно на такой же высоте и немного ниже.
Кругом стреляли: по зданию и из верхних этажей здания по БТРам. Иногда очереди из БТРов били и в нашу сторону.
Я лежал на животе. Когда оглянулся, увидел убитых. Один лежал головой в сторону баррикады, часть черепа у него была снесена, и виднелись мозги. Другой лежал на спине. Третий мой хороший знакомый Дмитрий Фадеев также лежал на спине, из его рта выступила пена. Его мотоциклетный шлем старого образца валялся в стороне. Недалеко лежал еще один товарищ по отряду. Он держался рукой за лицо (ранение в области левого глаза), ранило его и в правую ногу.
В стоявший невдалеке небольшой самосвал вскочил кто-то из казаков и подал его задней стенкой в наш угол. «Давайте раненых», — закричал он. Но поднимать раненых в кузов было тяжело. Самосвал уехал, а раненых мы потащили в 8-й подъезд. Там же и укрылись большинство из защитников баррикады.
Я и еще один из стоявших на баррикадах остались снаружи, считая, что здание ВС не даст нам защиты, это будет ловушка, где всех переколотят.
После этого я был просто зрителем боя. Сплошной грохот, очень интенсивный, продолжался до 10.00. Затем очереди стали реже. Били из пулеметов, пушек, автоматов. Слышались одиночные то ли пистолетные, то ли ружейные выстрелы, большей частью со стороны прилегающего сквера (огонь по безоружным людям из детского парка вели «Бейтар» и ВВ МВД генерала Романова — Авт. ). Танки и БТРы били от меня на расстоянии около 10-15 метров. Окна были пробиты, сверху полилась вода — очевидно, из пробитой системы отопления. Лежавшие невдалеке трупы покрылись осыпавшейся от выстрелов облицовкой здания.
В 12.00 послышались призывы к защитникам «Белого дома» выйти с поднятыми руками, им обещали сохранить жизнь. В мегафон кто-то из милиции призывал: «Наши! Наши! Прекратите огонь. На БТРах — прекратите огонь. С 12.00 до 12.30 огня не будет, выходите сдаваться». Его не слушали (а может, и не слышали). И стрельба продолжалась.
Затем я помогал выносить раненых с площади перед зданием ВС. Это было трудно, ведь стрельба не прекращалась. Но ни защитники здания, ни танкисты (?!) не стреляли в собиравших раненых. Раненые были и у танкистов. На площади было много убитых из тех, кто пришел на баррикады или жил в палатках у здания ВС. Среди них были и молодые женщины. Одна лежала с лицом, ставшим сплошной кровавой маской». (Конец цитаты.)
Расстрел восточных баррикад (атака БТРов в направлении 20-го подъезда).
Показания одного из командиров казачьего батальона — Волкова (рукопись его показаний может быть передана добросовестным следственным органам):
«Утром я находился в бункере (спал). Незадолго до 7 часов утра объявили тревогу. Я выбежал из бункера. Из жилого дома № 5, что находился напротив торца Дома Советов по переулку Глубокий, в направлении 8-го подъезда (точнее — по спортзалу) и по нам стрелял автоматчик…
Я проследовал от бункера мимо 20-го подъезда на переднюю часть Горбатого моста. Примерно в 7.00 — 7.05 к баррикаде подъехала БМП (БМП-2). Ствол ее пушки был опущен, дораздвинув плиты БМП остановилась (люди со стороны стадиона утверждают, что был открыт люк механика-водителя и в нем торчала его голова).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
