ощущение, что либо я буду бить профессорское рыло без сопротивления… Либо с сопротивлением, тогда и подготовка не лишняя.
Велесыч тем временем каркал студиозам певчей вороной, даже из песочка муляжи создал. Видно, всё-таки не только мне гадил, заслуженный засранец педагогических дел, но и мониторил, что и как творится.
На моё ехидное: “Веледу-у-ум Ве-е-елесы-ы-ыч,” — телепатией буркнул: “после занятия, Стрижич!” — Ну и всё. Ладно, подождём, всё шире улыбалась моя терпеливость.
Даже несколько перебрал, по моему. Как-то с-с-студентики на мою улыбчивую персону стали с опаской коситься. И отходить подальше.
Правда не все — Семарглшна, которая вторая, зыркала, но не отходила. Ну и хер с ней, махнул я мысленно лапой, не до неё.
Тем временем, занятие закончилось, студентики разбрелись. И тут Велесыч, ветеран засранства, выдаёт такое — хоть стой, хоть падай.
— Доспехи соберите с кладенцами, Стрижич.
Я это оригинальное предложение обдумал всесторонне, начал просто исходить эфиром, ну и ответил:
— Идите жоруну на хер, Велесыч.
— Вы совсем ополоумели, Стрижич?! Вы мой ассистент…
— А не служка, барахло носить!
— И вы загубили учебный процесс! Наставляемые ДОЛЖНЫ были победить, поверить в свои силы!
— Что вы говорите, Велесыч? А в вашу тупую голову не приходило, что такие вещи надо сообщать ДО поединка? Я загубил… своим ущербным чародейством вы и вправду чуть наставляемых не погубили — вы меня РАЗОЗЛИЛИ, — улыбнулся я.
— Вы совсем зазнались, щенок, — на удивление спокойно выдал Велесыч. — Надо порку устроить, не хочется дело из-за болвана губить.
— Вот просто мои слова, а вам их к себе стоит обратить.
На этом разговоры и закончились, потопали мы в центр песчаного поля. Вообще — засранец-засранец этот Велесыч. Типа поединок, только посреди напитываемого его эфиром не один год поля. Ну реально — скотина редкостная.
Хотя, не стоит забывать, что если я “не самый умный”, то…
Впал я в транс, просто отключившись от реальности — там и доли секунды не пройдёт, и стал считать и модели строить. Проверка, меня. На психологические реакции, возможности. Вполне может быть.
И Велесыч — не тупая профессорская задница, а хитрожопая профессорская задница. Впрочем, много это не меняет, кроме того, что ряд своих разработок являть ТОЧНО нельзя. Ну, или если явить придётся — то валить тогда наглухо при попытке выжить.
Впрочем, вроде не придётся. Воздух я насыщал эфиром долго, качественно. Велесыч хоть и морщился недовольно, но дышал. Так что “дуель” выйдет так, как этот засранец думал. Только наоборот: на МОЕЙ территории, хех.
Вышел я из транса, ну а Велесыч начал песчаными щупалами в мою персону тянуться. Вот реально — показуха и проверка. Он не идиот, я и видел и слышал. ВЕСЬ песок — его. А он именно “тянется”. Ну да и хер с ним, заключил я, структурируя кислород в лёгких Велесыча.
Щупала через секунду опали, сам дядька скрылся в коконе бешено вращающегося песка. А я с интересом вчувствовался в творимое сильным магом противодействие… и ржал. Ну не совсем, но посмеялся. Дело в том, что Велесыч напитал область лёгких эфиром, очевидно, рассчитывая “сбросить чародейство”. Вот только к лёгким, как понятно, структурное уплотнение кислорода никакого отношения не имело. Потом попробовал сделать себе искусственную вентиляцию лёгких — как понятно, опять без толку. Ну и стал заваливаться, а я напрягся.
И не зря — несколько песчаных кольев буквально подкинули меня, разрушив воздушную плоскость. Чёй-то, как-то, мне на песочек не хоттся, не без иронии отметил я, формируя плоскости-планеры, зависая метрах в трёх над поверхностью.
Тем временем песчаный купол опал, предъявив Велесыча, порадовавшего очередным оттенком егойной физиономии. На этот раз — чёрной, вот какой редкостно разноцветный тип.
Повзирал на меня он, значит, стекленеющими глазами, ну и, видно, совсем собрался помирать.
Ну а в мои планы это не входило, так что отменил я манифестацию.
С минуту дядька дышал, как сволочь, промышленным пылесосам на зависть. Продышался и выдал:
— Прошу простить, Воздушный Владыка.
— Прощаю, — отмахнулся я, опускаясь на песочек. — Подобные проверки, уважаемый Веледум Велесович, чреваты смертями. Я не слишком кровожаден, но доводить мою миролюбивую добродушность — не стоит.
— Учту, Стрислав Стрижич.
— Ну и замечательно. С кем завтра занятия, Веледум Велесович?
— Второй и четвёртый круг, Стрислав Стрижич.
— Благодарю, до завтра, Веледум Велесович.
— До завтра, Стрислав Стрижич.
Какие мы стали охренительно вежливые, не без иронии думал я, топая с поля. Причём оба: прям Иван Иванович с Иван Никифоровичем, куда деваться.
И вот, топаю я, значит, прикидываю, что, похоже, в этом случае я прав. В плане — вокруг меня не идиоты, а меня проверяют. И результаты проверки… да мне, вообще-то, похер, в голос ржанул я. Библиотеку скопирую, да и нафиг паучатник с их проверками и прочими столицами. Ну… скажем так, скорее всего.
Но даже если нет: Воздушный Владыка, заносчивый хороший человек (это Велесычи всяческие — засранцы, а никак не я). Но вменяемый и договороспособный, если не борзеть. Так что тоже сносно, по большому счёту.
Предаюсь я этим мыслям, как вдруг чувствую: в кустиках неподалёку — родович. Это кто енто такой любопытный за нами следил, заинтересовался я, топая к кустикам. Так-то далеко, услышать без эфира — нереально. Да и факт “Велесыча повержения” — ну не сказать, чтобы однозначный, кустики далеко. Но кто енто такой любопытный — любопытно, вот такой вот каламбур, отметил я.
Даже приготовился догнать, если что. Но засадник кустистый не убегал, а даже приблизился. Хм, Семарглшна, отметил я. И чего тебе надо-то, задумался было я, но тут порыв ветра мне “что надо” пояснил.
Э-э-э… задумался я, вгоняя сознание в эфир. Нет, ну в принципе — мне ещё близнецы “тонко” намекали на предпочтительный способ досуга студенчества. И как вариант “подобраться к цели” я рассматривал, в том числе и через трахен-трахен. Далеко не как основной вариант, благо с воздухом в чисто шпионском плане можно очень многое сотворить. Но допускал, факт. И тут на меня выносит Семарглшну в такой, ОЩУТИМОЙ охотке. Причём на меня охотке, запаховые маркеры чётко указывают.
И что мне делать-то? В такой ситуации или нахер девчонку сходу посылать, или сексом трахать. Вот как-то… и не хочется особо, скажем честно. Но, наверное, всё же, стоит. И прямо скажем — интересная она девица внешне, и вообще. Ладно, разберёмся. И феромонный ответ надо запустить, а то бардак, отметил я.
— Стрислав Стрижич, — с придыханием выдала девица, сложив лапки на полной груди. — Вы… такой сильный, такой… — закатила она глазки, фоня феромоном.
— Я такой, — покивал я, реально сожалея об отсутствии усов, ибо подкрутить в такой момент ус — просто константа вселенной.
—
