– Только унеси отсюда то, что у тебя в поясе…
– Почему?
– Это слишком… – прошептала она.
– Что слишком?
Она склонила голову на грудь, дыхание идет слабое, с хрипами. Я ухватил ее за плечо и потряс.
– Что слишком?
Она прошептала едва слышно:
– Это… тебя… убьет…
– Только меня?
Кровь некрасиво хлынула у нее изо рта, струйка потекла с подбородка на грудь.
– И тебя… тоже… Береги мою сестру…
– Ага, – сказал я. – Но я принес. И ничего не случилось. Думаю, и не случится.
Она возразила слабо, в голосе звучало отчаяние:
– Не заходи в королевский зал… Не подходи к трону и не бери черную корону…
Я стиснул челюсти.
– Мне разрешения не требуется, – ответил я враждебно. – Я человек! Все миры Господь создал для нас. И потому хожу, где хочу. Как хозяин вселенной.
Она сумела улыбнуться, словно я пошутил, веки опустились, бросив тень ресниц на щеки, лицо медленно застыло. Я хотел было пощупать пульс, а вдруг прикидывается, но ее скулы начали темнеть еще больше, одежда разом потеряла цвет. Через пару мгновений живая плоть Темной Феи начала застывать, я не сводил с нее глаз и потрясенно понимал, что она превращается в дерево.
Через минуту я уже стоял перед изящной скульптурой в королевском кресле. Руки Темной Феи слегка просели и вросли в подлокотники, роскошный плащ слился с высокой спинкой.
Я отступил на шаг и с облегчением сунул меч в ножны. Трус поганый, просто повезло. А если бы сумела залечить рану от стрелы? Воткнул бы меч в ее нежное горло?
Я постарался не думать о таком, вот залечила бы, тогда бы и стало видно. А сейчас нечего рассуждать, я рыцарь, а не интеллигент гребаный, мне подавай упоение в бою и одну, но пламенную страсть.
Глава 16
Внизу услышал крики, звон оружия, а когда понесся, сломя голову, вскоре донеслось и хриплое дыхание Леопольда. Он медленно отступал, выдерживая натиск целой стаи вурдалаков, плечи покрыты мелкими порезами и царапинами, кровь течет, однако меч рубит безостановочно.
Я с разбега врезался в лохматые тела, срубил троих и увидел, что Леопольд вообще-то положил почти всех, внизу в лужах крови разбросали лапы десятки этих тварей.
Он поднял голову, глядя на меня снизу вверх, дышит так бурно, что не может выговорить слова, по лицу пот уже не струится, а катится крупными градинами.
– Спасибо, сэр Леопольд, – сказал я с горячей благодарностью. – Без вашей помощи они не дали бы мне там…
Он прохрипел:
– А вы?
– Все успешно, – заверил я.
Он устало оперся на меч, провел грязной ладонью по лицу.
– Нашли?
– Да, – ответил я коротко. – Теперь завершающий штришок… Нам нужно прорубиться вон в то здание. Чувствую, там еще та охрана!.. Но если сумеем, то мы, можно сказать, сделали все и даже больше… Рубите всех с именем нашего милостивейшего Господа. Он в таких случаях помогает, если не спит.
Он кивнул, быстро восстанавливая дыхание.
– А что там?
– Нужно прорубиться к трону, – сообщил я.
Он в удивлении вскинул брови.
– Зачем?
– Плюнем на сиденье, – объяснил я. – Мы ведь великие бунтари! Разве для нас это не важно?
– Ну да…
– Вот и попинаем дьявола в его же дворце, – заявил я. – Готовы?
– Приказывайте, сэр!
Я повернулся в сторону стены грязного тумана, только что был как густой кисель, но появились проплешины, можно иногда рассмотреть приземистое, как прижавшийся к земле черный паук, здание.
Леопольд уставился на меня расширенными глазами.
– Может быть, вам призвать демонов?
Я изумился:
– Каких демонов?
Он покачал головой.
– Думаете, я не догадался? Вы же призывали то чудовище, что размером было почти с крепость!
Я сказал сожалеющим голосом:
– Вы же знаете, такие могучие амулеты всегда одноразовые.
– А других? Помельче?
Он смотрел с надеждой, даже его бунтарский дух начал испаряться в таком жестоком приключении, а я подумал, что в самом деле бы рискнуть… увы, слишком силен в нас зверь, я же почти остался в нем навеки, только воспоминание об Иллариане позволило с великим трудом вернуться… да и то я обманул себя тем, что только на минутку, а потом снова в это могучее тело.
– Увы, – ответил я, – только мы. Но разве мы не демоны?
Он с усилием растянул губы в невеселой усмешке:
– Вы правы. Куда всем демонам ада до человека!
Здание медленно, но неуклонно наполнялось зловещим шорохом. Донеслись раскаты грома, совсем не карликовые, в отличие от молний за окнами, даже пол заметно подрагивает, словно бушует подземная гроза прямо под ногами.
Толстые стены зияют зловещими брешами, я увидел, как быстро пронесся и нырнул в низкие тучи блистающий молодой чешуей дракон, очень яркий и стремительный, почему-то мелькнула мысль, что тот, которого смертельно ранил Бернард, один из моих предков, я же наследник Валленштейнов, мог явиться отсюда.
Леопольд бежит рядом усталый, но с просветленным лицом, шепчет хвалу Создателю.
Мы ворвались в последний, как мне подсказывает чутье, зал, и сразу же навстречу хлынула масса вооруженных людей. Я был впереди, и меня позорно сбили с ног, а пока я барахтался на полу, оглушенный, мимо с диким воплем пробежал Леопольд.
Лицо перекошено, меч рассыпает искры, яростно вломился в ряды темных фигур, за ним сразу осталась широкая полоса. На него бросались исступленно, то и дело доставали пиками, палками, булавами, Леопольд оскорбленно орал и рубил во все стороны, не забывая выкрикивать «Во имя Господа!» и «Славься!», а также «Аминь» и «Аллилуйя».
Я рубился хоть и зло, но только по необходимости, а так прорывался, если мог избежать схваток, к дальней стене зала. Там, на возвышении, к которому ведут пять широких ступеней, надменно и злобно вздымается величественный черный трон с высокой спинкой. В нее врезана чудовищная морда зверя, а наверху растопырила крылья черная гарпия из блестящего металла, гримасничающая и с оскаленной пастью.
Трон еще величественнее и громаднее, чем я видел во сне, но на сиденье в самом деле надменно и гордо покоится черная корона, вся в драгоценностях, источающих зловещий свет тьмы. Не опалы, не агаты, эти камни больше похожи на черные бриллианты чистейшей тьмы, но я с жутким холодом в сердце чувствую, что это и не камни вовсе…
Я свалил еще двух, совсем близко слышатся яростные крики Леопольда и звон его меча. Он с таким энтузиазмом призывает на помощь святых ангелов, словно уже схватил их за хвосты и сладострастно бьет ими о колонны и стены.
Трон попытались заслонить двое, громадного роста, на толстых, как у слонов, ногах, сзади с таким усилием упираются в пол массивными хвостами, что вздуваются плиты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
