— И что же?
— Что «что же», моя любознательная пациентка? Чашники, как тебе известно, проиграли, несмотря на моё содействие. Меня сунули в тот же ящик — но уже другие хозяева. Дальнейшее вам известно.
— Нет, неизвестно!
— Ну, раз неизвестно… меня бросили в камеру, долго допрашивали. Разумеется, я ничего не сказал. Ко мне применили бы пытки, но тут крепость ордена Солнца посетило странное призрачное создание, всем нам хорошо памятное. Что случилось с рыцарями ордена, сказать не могу. Не знаю. Не успел поинтересоваться, надеюсь, вы меня извините. Но дверь моей камеры сорвало, когда тварь проплывала мимо. Я выскочил следом — и незнамо как, но опередил её, первым добравшись до нашего дхусса. Мне удалось снять его с креста, но тут появился тот самый призрак — и остальное вы видели собственными глазами. Наступило молчание.
— Что? Чего смотрите-то так? — не выдержал алхимик. — Знаю, поверить трудно. Но зачем мне вас предавать, если мы вместе головами рисковали в храме Феникса?
— Разве кто-то здесь говорил о предательстве? — ледяным тоном осведомилась Гончая.
— Не говорил, но подразумевал!
— Удивительный у вас рассказ, однако, мэтр. Даже меня, гнома бывалого, до слёз пробрало.
— А ты, достопочтенный Брабер, как здесь очутился?
— Где демоны — там и я, забыли, мэтр Ксарбирус?
— А отчего ж у сего демона голова до сих пор на плечах, прошу простить, мэтр Кройон?
— Потому что это неправильный демон. То есть потому, что это как раз демон правильный… тьфу ты! Главное, что он не лопает кого попало.
Кройон потупился и смущённо заскрёб когтями.
— И ты, значит…
— Шел за вами от самого Семме, такое дело, — осклабился гном.
— Какой потрясающий альтруизм, чтобы не сказать — самопожертвование! — съязвил алхимик.
Гончая и демон обменялись многозначительными взглядами.
— Что ж, мэтр Ксарбирус, раз вы с Тёрном просто угодили в засаду, давайте тогда просто порадуемся, что все кончилось благополучно. Наш керван, как говорит мэтр Кройон, снова в сборе. Ничто не мешает нам выполнить то, ради чего всё затевалось, — отправить нашего дорогого демона обратно к нему домой. Вы говорили, что здесь неподалёку — ещё один храм Феникса, необходимый, чтобы…
— Прямо как всеми нами любимый Тёрн, — почти подобострастно хихикнул Ксарбирус, оно и понятно, Гончая сейчас ничуть не напоминала ту бессильную и беспомощную, какой её на руках втащили в лавку почтенного доктора медицинских и алхимических наук.
— Как всеми нами любимый Тёрн, — кивнула Стайни. — Он скоро придёт в себя. Он просто устал. Никто не знает и не представляет, с чем ему пришлось столкнуться. Например, ты, мэтр Ксарбирус, — знаешь теперь, что это за тень? Откуда она, можешь не говорить — мы все видели, говорили, знаем. Можешь не повторять про «другой план».
— Повторять не буду, — прищурился Ксарбирус, — но кое-что иное скажу. Во-первых, призраку был нужен только Тёрн, и никто другой. Во-вторых, остальных он — или оно — просто не замечал. Или не замечало.
— Почему же не убил?
— Зачем, если мы не способны причинить ему никакого вреда?
— Ну… просто так… по злобе?
— Не надо переносить на существ с иного плана наши собственные страхи, — Ксарбирус всё больше и больше ощущал себя в родной стихии. — Никто не знает, каковы они, нематериальные, спиритуалистические сущности иного бытийного разряда. Им могут владеть совершенно иные эмоции. И они могут видеть совершенно иные пути достижения цели.
— Но что этой тени потребовалось от Тёрна?
— Вот это, моя доблестная Стайни, дорогая моя пациентка, и есть один из главных вопросов, — Ксарбирус поднял палец в излюбленном жесте. — Почему именно дхусс? Почему, при всей явной мощи, призрак потерпел поражение? В чём состояло отбросившее его заклинание?
— Отбросившее? Не уничтожившее? Но я, недостойный, полагал…
— Напрасно полагали, мэтр, — Ксарбирус уже совершенно оправился. От былой неуверенности не осталось и следа. — Призрак временно утратил воплощённость на нашем материальном уровне. Но это, увы, не навсегда. Весьма скоро он появится вновь, едва обретя способность взаимодействовать с вещественной частью Райлега. Предвосхищу вопрос — откуда мне это известно? Таурмагический университет много лет назад уже получал сообщения о подобных существах. Мой достопочтенный коллега, мэтр Шелдари, тогда возглавлявший кафедру боевой спиритуалистики, лично возглавил экспедицию — гм, по некоему совпадению, как раз в эти места — и наблюдал их сам. Горные племена, те же таэнги, клоссы, длормы — боялись их, как огня. И оберегались, как могли. В том числе и знаками Гидры.
— Я видела их руны… когда меня допрашивали, — впервые вступила в разговор сидха. — В зале, там стоял заклинательный стол… весь разукрашенный…
— Знаки Гидры? — поднял бровь Ксарбирус. — В самом деле, в самом деле… да, а ведь верно! Выходит, что орден Гидры на деле вовсе не так уж таинственен, как можно себе представить.
— Орден Гидры — часть ордена Солнца? Или Солнце — часть ордена Гидры?
— Скорее всего, второе, моя дорогая Стайни. Но этот вопрос сейчас вторичен. Я не удивлён, обнаружив связь между Девятым Зверем и одним из орденов. Они вечно лезли, как дети, ко всему «запретному» и «таинственному».
— А откуда вообще взялись руны Гидры? И как их узнали в Солнце? Тёрн ведь их тоже знал…
— Я тоже, — алхимик самолюбиво прервал Гончую. — Руны Гидры — в отличие от храмовых языков и тайных наречий, выработанных самими орденами, — никогда не составляли особого секрета для посвященных. Разумеется, для высших степеней, для доктората и академиков. Рунам Гидры посвящена обширная литература, взять хотя бы выпущенный Таурмагическим университетом сборник…
— Гхм!
— Прошу простить, уважаемые коллеги, прошу простить, заговорился. В распоряжение исследователей неоднократно попадали аутентичные материалы — ну, например, из раскопок, предпринятых тем же Университетом на южном побережье Навсиная, где было отыскано несколько древних капищ. Руны Гидры скопировали и поместили в своих всеобъемлющих трудах такие авторитеты, как… впрочем, неважно. В общем, за века накопились источники. Из старых, разрушенных и забытых святилищ. Из случайно попавших в руки историков магии свитков, уцелевших при пожарах в больших городах, где, как теперь очевидно, имелись тайные группы поклонявшихся Чёрному Зверю. Руны были сведены в таблицы, классифицированы, частично дешифрованы, благодаря нескольким параллельным текстам. Так что тут никакого секрета, — гордо закончил алхимик, словно сходя с кафедры. — А вот откуда про всё это узнал наш дорогой и всеми любимый Тёрн — сказать ничего не могу. Знаю точно лишь одно — в Таурмагическом университете он не обучался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
