торжественное обещание.
Чую эта семейка ещё даст мне жару в моей карьере.
— Идемте.
Догнал до дома Майорова мужчина быстро. Выйдя из машины, Герман вдруг тормознул.
— А что с машиной Саввы?
— Пока на штраф-стоянке. Как только все процессуальные моменты будут произведены, её вернут родственникам, — пояснил я, огибая автомобиль Бермуда и направляясь к подъезду.
— У него был видеорегистратор…
— Вы думаете, я не проверил запись? — стало немного обидно. — Картинка видео не падала на его подъезд. Кто входил и кто выходил неизвестно.
— Я не об этом, — Гера немного виновато смотрел на меня. Приостановился, вопрошающе глядя на него. — Голоса в салоне авто. Их обычно слышно. Если он отвёз мою жену домой то, там должно зафиксироваться время. Это неплохое алиби для Вики.
Чёрт! Об этом я не подумал. Мы и не отматывали пленку назад настолько. Я слушал запись, что Майоров один и покидает своё авто тоже один.
— Вы и правда полезны, — буркнул немного ревниво и продолжил путь. Поднявшись к квартире, глянул предупреждающе на спутника. Герман тут же демонстративно сунул руки в карманы куртки.
В квартире чувствовался зловещий запах смерти, я давно привык к нему, в отличие от Бермуда. Мужчина скорбно сцепил челюсть, разглядывая на полу плохо отмытые следы крови и на флажки, которые помечали местоположения главных улик. Меня интересовала ванная комната. Надел перчатки и полез к трубам. Отвинтил сливную, наблюдая, как клок длинных тёмных волос тянется за фурнитурой.
— У него явно была пассия и она брюнетка, — проронил Гера, смотря на мою добычу. — Значит должны быть средства гигиены.
— Именно, а их нет, — ответил я, упаковывая трофей в прозрачный пакет. Поспешил вернуть сантехнику на место, дыша через раз. Поднялся.
— Ну хоть что-то! Резинка для волос, что-то из косметики… Бритва. Она могла воспользоваться его станком.
— Что нам это даст? У нас уже тонна волос, хоть в парик вшивай. И они не принадлежат черт знает кому. Ночная гостья даже все свои следы стёрла. И если был секс она это устранила.
— По вашему секс случился не в кровати? — не понял он.
— На простынях нет следов, но есть волос. Если мы и предположим, что они решили тут же постирать постельное бельё, то где оно? Ни в стиральной машине, ни на сушке его нет.
— Она могла его забрать, — пожал Бермуд плечами.
— Могла, но не суть. Я вообще сомневаюсь, что женская особа нанесла роковой удар. Женщина выполняла, скорей всего, подготовительную роль. Отравление жертвы, подстава вашей жены и тотальная уборка. Не в перчатках же она с ним кувыркалась!
— Я извиняюсь, но с чего вы уверены, что тут была именно женщина? — сморщился Герман. — Волос же подставной. Или нет?
— А об этом нам скажут волосы из стока, — подмигнул мужчине и направился обратно в кухню. Выглянул в окно — соседний дом близок к нашему, а на окнах обычная занавеска из шифона. Интересно, соседи могли увидеть происходящее? Надо бы и туда отправить оперативников.
Обернулся и взор неожиданно пал на магнит на холодильнике, под которым виднелся клочок бумаги. Заметить его можно было не сразу. Взял в руку. На клочке черной гелевой ручкой выведено лишь пара слов "Было классно. Позвони мне. Рита Ш."
— Рита. Знакома такая? — глянул на Германа.
— Была одна, — мужчина сдвинул брови и уставился на клочок бумаги, словно он даст ему помощь в ответе. — Официантка. Работала в "Сарбоне". Об интрижках коллег подруга Вики всегда была сведуща.
— Так узнайте, — приглашающе подначал его.
Герман послушно взялся за телефон.
— Алло, привет. Танюх, скажи, у Саввы были какие-нибудь отношения с некой Ритой в "Сарбоне"? Ага, спасибо. Вика? В порядке. Да, можно. Она будет рада тебе. Прости, не могу сейчас говорить. Давай. Пока, — сбросил вызов и победно смотрит на меня. — Савва встречался с Маргаритой Шестаковой около трёх месяцев, но они расстались. Рита уволилась и уехала из Москвы обратно в Казань.
— Казань? — я поморщился. — Далековато.
— Да. И кстати, Рита — брюнетка.
— Отлично. В ресторане есть её личные данные?
— В отделе кадров, — кивнул Бермуд. — У меня дядя управляющий отеля. Я попрошу и он вышлет мне на почту скрины её документов.
Окинул мужчину одобрительным взглядом, внутренне соглашаясь с его профпригодностью в деле сыщика. Не плох.
Дальнейший осмотр квартиры ничего не дал и мы покинули место убийства. Герман подбросил меня до главка.
— Советую вам вернуться к супруге и успокоить её, — произнёс учтиво. — Хоть ничего ещё не доказано, но она должна знать, что вы верите ей. Для женщин это очень важно.
— Можно вас попросить? — Герман, нервно сжимал руль. — Сообщите мне, пожалуйста, результат сразу же, как просмотрите видеорегистратор.
— Хорошо, — понимающе кивнул ему. — От вас жду данные Шестаковой и вашего охранника, — невольно вздрогнул от вибрации сотового в кармане. — Калин.
— Поисковый отряд нашёл Широкова, — сообщил младший оперативник. — Точнее его тело с ножом в печени. В лесу близ кладбища Мамоново-Дальнее.
Звук больше похожий на свист исшел из моей груди. Дело набирает оборот, перерастая в большие масштабы. Не может обычная беременная кондитерша материализоваться в серийного убийцу. Хотя для серийного ещё недостаточно трупов.
— Сообщите, Феосову, что я еду в Мамоново, — и сбросил вызов. Посмотрел на Бермуда. — Широков найден мёртвым.
Напарничек
Вика
Больше ничего не чувствую — ни боли, ни унижения, ни стыда, даже усталости больше нет. Выжата до последней капли. Пусто.
Герман молча ушёл за следователем. Должна ли о нём думать? У него самого рыльце в пушку и это доказанный факт, а я вновь объект чьей-то ненависти. Хотя идентификация врага — просто не доказанный факт. Я знаю, что это Лика. Только она может думать так извращено и низко. Господи, как хочется кричать ей, чтобы забирала. Мне уже никто не нужен! Хочу покоя. Бери и уходи! Оставь меня!
Но то, что творится вокруг добивает и добивает. Секс с Саввой? Да что за бред?! Он мой друг, как брат. Господи! Это инцест, взять и переспать с ним. Люди, вы чего?! В груди всё покрывалось чернотой, гуще, чем гудрон. Едко, гадко и противно. И хуже всего, я по-прежнему верила, что Гера услышит меня, защитит и оградит. Поставит клеветников на место и будет рядом. Но его снова нет… Тишина.
— Привет, — голос от дверей под самый вечер моего одиночества. Миша! Я радостно засияла и потянула к нему руки. — Ты опять здесь?! Да, ты явно хочешь быть со мною рядом! — мужчина радостно улыбался и заключил меня в объятия.
— Миша, — максимум что смогла проронить и счастливо
