Двое мужчин вышли из-за угла ему навстречу, и Фрэнсис, вытаращив глаза, застыл на месте. Шагавший рядом с хозяином человек нисколько не уступал ему в росте, был таким же темноволосым, одет в кожаную куртку и замшевые панталоны, мокрый, забрызганный грязью плащ прикрывал широкие плечи. Правда, незнакомец выглядел гораздо худее маркиза, а его суровое лицо с грубоватыми чертами, казалось, было высечено из камня.
Наметанный глаз старого слуги сразу уловил явное сходство молодого человека с Мереуин. Пусть цвет волос у них разный, но твердый подбородок, острые скулы, гордая посадка головы и раскосый разрез карих глаз безошибочно выдают Макэйлисов.
– Фрэнсис, пусть Ник приготовит свежую лошадь, – распорядился маркиз, – Мы немедленно отправляемся в Равенслей.
– Слушаюсь, милорд.
Александр проследовал за Иеном в кабинет.
– Я повторяю вопрос, Вильерс, Мереуин здесь?
– Нет. Она в Равенслее, в моем поместье в Суррее.
– Какого черта она там делает?
Мужчины сверлили друг друга враждебными взглядами, и ни один не отвел глаза. В кабинете возникло почти ощутимое напряжение. Иен первым нарушил молчание:
– Мы с Мереуин поженились. Она моя жена, Алекс, и вам с этим фактом ничего не поделать.
Губы вождя клана Макэйлисов зловеще сжались.
– Слушайте, Вильерс, если вы принудили ее силой, я перережу вам глотку.
– Успокойтесь, Алекс, – сдержанно посоветовал Иен, не отрывая от него взгляда. Он знал, что перед ним равный по силе противник, к тому же он брат Мереуин, которому маркиз ни в коем случае не желал причинять зла. – Мереуин согласилась. Я ее не принуждал.
– Дай Бог, чтобы это было правдой.
– Мы скоро будем в Равенслее, – напомнил Иен. – Сможете спросить ее сами.
Залитое слезами личико с горестно распахнутыми огромными глазами встало перед его мысленным взором. Иен затряс головой, прогоняя видение. Эта женщина предала его, лежала в объятиях другого мужчины и, может быть, в этот самый момент занимается с ним любовью. Почему Ник не поторопится с лошадьми!
Александр моментально подметил изменившееся выражение красивого лица маркиза.
– В чем дело? Мереуин в порядке?
Маркиз нахмурился и передернул широкими, плечами:
– Между нами возникли разногласия, поэтому я здесь, а Мереуин в Суррее.
– Мы с Малькольмом предчувствовали, что вы что-то задумали, когда увезли Мереуин в Лондон, хотя я твердо верил в ваше дружеское расположение к нашей семье, после того как вы отправились на ее поиски. – Голос Алекса сделался угрожающим. – Теперь я не могу с уверенностью сказать, что вы действовали не из эгоистических побуждений.
Серые глаза маркиза заледенели.
– Вы хотите сказать, что я ее похитил?
Даже на Александра произвела впечатление откровенная злоба, прозвучавшая в его тоне. Он никого не боялся, но был бы глупцом, если бы не считал лорда Монтегю серьезнейшим из возможных противников. К тому же он муж Мереуин, напомнил себе Александр, и она его любит, если верить словам маркиза. Сомнения терзали его, и в то же время он отдал бы все на свете, лишь бы с сестрой ничего не случилось, лишь бы время тревог и печалей, тянувшееся с момента ее исчезновения из Кернлаха, наконец миновало.
– Ну что ж, – продолжал Александр, решив, что до встречи с Мереуин не следует делать из ее мужа врага. – По крайней мере, в Равенслее она в безопасности.
Широкие плечи маркиза чуть опустились, но Александр все же уловил это, и подозрения вспыхнули с новой силой.
– Какая ей может грозить опасность? – холодно поинтересовался Иен. – Не думаете ли вы, Алекс, что я способен причинить вред собственной жене?
– Не вы, – коротко пояснил Александр. – Я всю дорогу с ума сходил из-за этого типа Роулингса. Говорят, он уехал в Лондон, и слишком многое свидетельствует о том, что это не совпадение. Теперь я хотя бы могу исключить…
В два коротких прыжка маркиз преодолел расстояние между ними и обеими руками вцепился в грудь Александра.
– Вы знаете об Уильяме Роулингсе? – заорал он. – Только не говорите мне, что Мереуин всегда была его любовницей! Собираетесь уладить дело, так, Алекс?
Александр Макэйлис уставился в перекошенное гневом лицо, гадая, не лишился ли маркиз рассудка. Никогда еще он не видел человека в такой ярости и понял, что следует вести себя крайне осторожно. Однако серьезность ситуации нельзя было игнорировать, и он тихо спросил:
– Вы хотите сказать, что видели его поблизости от поместья?
Иен резко отдернул руки и отвернулся, изо всех сил пытаясь успокоиться.
– Нет, не видел, но Мереуин…
– Он ее видел? – перебил Александр. – Он знает, что она там?
– Провалитесь вы в преисподнюю, Макэйлис! – рявкнул маркиз. – К чему, ради Господа Бога, этот инквизиторский допрос? Если хотите знать, Мереуин условилась с Роулингсом тайно встретиться в Равенслее, выманив меня в Лондон! Насколько мне известно, они вполне могут быть вместе в этот самый момент!
Иен никогда не видел, чтобы краска так быстро отхлынула от лица человека, как это произошло с Александром Макэйлисом.
– Боже мой, – в отчаянии простонал он.
Реакция Александра моментально погасила злобу маркиза.
– В чем дело, ради Господа Иисуса Христа? – воскликнул он.
– Мы должны ехать в Равенслей как можно скорее, Иен. В Глазго Уильяма Роулингса разыскивают за убийство проститутки. По его вине Мереуин бросили в тюрьму, где незаконно заставили подписать контракт.
– И вы думаете, он поехал туда, чтобы причинить ей вред? – недоверчиво допытывался маркиз, гадая, не лжет ли ему Алекс.
– Возможно. Против нее было выдвинуто ложное обвинение, и он знает, что попадет в тюрьму, если она решит заявить об этом. Хуже того, у Роулингса могут возникнуть опасения, что в результате ее заявления его имя свяжут с убийством Нелли Арлинг. – Голос Алекса совсем стих. – По-моему, у него достаточно причин, чтобы расправиться с Мереуин.
На минуту лицо Иена Вильерса утратило всякое выражение, но Александр отчетливо видел отражающиеся в его глазах душевные переживания, которые сменило смертельное отчаяние. Взгляда этих глаз ему не забыть до конца своей жизни.
Ни слова не говоря, маркиз вышел из кабинета, задержавшись ровно настолько, чтобы прихватить заряженные пистолеты, и твердая решимость, написанная на его лице, убедила Александра, что он намерен пустить их в ход.
– Подробности расскажете по дороге, – бросил Иен, когда они спешили к конюшням. – Мереуин никогда мне не говорила, что побывала в тюрьме.
– Я думаю, это из гордости, – хрипло сказал Александр. Серые глаза погасли.
– Боюсь, скорее из опасения, как бы я не посмеялся над ней. – Его губы сжались. – Предупреждаю, Алекс, я помчусь изо всех сил. Если не будете успевать, ждать не стану.
