деть.
— Коша. — тихо ответила девочка и потупила взгляд.
— Коша?
— Коша. — повторила она.
Из-за нашей мешковатой одежды хрен определишь, кто перед тобой, но лицо у неё и вправду было девчачье.
— Милое имя. — улыбнулся я. Мне почему-то внезапно захотелось потрепать её по голове.
— С-спасибо. — едва различимо буркнула она в ответ и, судя по тому, как потемнели щёчки, покраснела.
Красная кожа, короткие вьющиеся тёмные волосы, маленькие рожки, щупленькая. Мне кажется, она недавно была в компании неразумных. А сейчас уже, смотри-ка, говорить умеет. Да ещё так складно.
— И что ты тут делаешь, Коша?
— Мав-Мавика сказала. — ответила девочка после короткой паузы, закусила губы и стрельнула глазками исподлобья.
— Что сказала?
— Что мне надо учиться готовить. — Чертёнок ненадолго задумался, а затем добавил. — Да, так и сказала. А тебя ведь Хью зовут? — подалась она чуть вперёд.
«Ну спасибо тебе, Мавика».
— Ага.
Я быстро оглядел кухню, соображая, куда её пристроить, но беда была в том, что тут фактически не было таких занятий, которые можно делать одновременно. Режем мясо, потом жарим, затем закидываем крупу, заливаем воду и ждём, пока приготовится. По сути, всё.
«Что ж, начнём сначала».
— В том ящике лежат ножи, бери любой и неси сюда.
Коша кивнула, открыла ящик, достала нож и подошла ко мне. Обратил внимание, что за рукоять она держится двумя своими худенькими ручками. Как будто факел перед собой несёт.
— Ты чего трясёшься-то вся?
— В-волнуюсь.
— Не волнуйся, ничего страшного тут нет. — Улыбнулся я. Показал, где лежит мясо, а затем выложил на стол. — Так, вот сейчас давай мне нож и смотри внимательно.
— Д-да! Смотрю!
— Одной рукой прижимаешь кусок, пальцы ставишь вот так, второй, в которой нож, режешь. Только не рубишь, а именно режешь, то есть совершаешь движение взад-вперёд. Видишь?
— Вижу!
— Тогда пробуй. — Передал ей нож обратно, и первое, что сделала Коша, — уронила его. Два раза. — Да что ж ты… Держи крепче!
— Извините! Извините! Извините! — чертёнок принялся кланяться и громко извиняться. Я в какой-то анимешке похожего персонажа видел, который за любое свое неловкое движение тут же извинялся. Хочу сказать, что в реальной жизни это смотрится нихрена не мило и вообще раздражает.
— Всё-всё, угомонись. Начинай резать.
— Да! — она ещё раз поклонилась, видимо, на всякий случай, и подошла к столу.
— Одной рукой держишь кусок и направляешь лезвие, а второй работаешь ножом. — Напомнил я, когда Коша уже собралась рубануть по филейке.
— Д-да!
И работа вроде пошла. Не спешно, но это даже хорошо.
Подтащил стул, на котором любила дремать Мавика, и уселся рядом, чтобы контролировать процесс. Коша хоть и сильно нервничала, но работу выполняла старательно, за что отвесил ей отдельный плюсик. Поймал себя на мысли, что из этого чертёнка выйдет отличный раб.
И только я об этом подумал, как прозвучал подозрительный писк, за которым наступила тишина.
— Ой…
«Ой? Что за ой?»
Как раз зевнул в этот момент, а когда открыл глаза, увидел, как Коша рассматривает свою ладонь. С ладонью-то всё было в порядке, а вот пальцев на ней осталось аж целых два.
— Смешно… — вырвалось у меня.
Я ещё раз моргнул, ожидая, что мелкая скажет что-нибудь вроде «Але-оп!» или «Смотри, какой фокус!», а затем покажет целую руку, но вместо этого из трёх ровных срезов во все стороны брызнула кровь, заливая собой пол, стол, меня и шкафчики, в общем, всю кухню.
Коша тем временем, видимо, подумала, что ситуация недостаточно весёлая и трёх отрезанных пальцев с кровавым фонтаном явно не хватит, чтобы разбавить это тухлое утро, а потому решила просто шлёпнуться в обморок. Хотя нет, не просто. Пока эта мелкая катастрофа падала, умудрилась долбануться башкой об ящик с ножами и только потом грохнуться на пол. Я, задержав дыхание, смотрел, как стайка ножей сперва взлетела под потолок, а затем дружным строем, благодаря старушке гравитации, устремилась вниз.
— Барьер! — вовремя сообразил и поставил защиту, иначе бы у Коши в теле появилось как минимум восемь новых дырок. Ножи со звоном ударились о мутное зеркало и разлетелись в разные стороны.
Клянусь, я просто зевнул! Просто зевнул, а эта мелочь умудрилась устроить на кухне настоящий апокалипсис.
— Твою мать! — проорал я и схватился за голову, не зная, за что ещё тут можно схватиться, чтобы остановить этот беспредел. — Так, спокойно, Хью, спокойно. Нам нужно остановить кровотечение и желательно пришить пальцы обратно.
И как здорово, что у нас есть Мавика! Последний раз я её видел после того, как она меня разбудила, а сама пошла спать в свою комнату.
Подхватив Кошу на руки, рванул что есть сил в коридор, чуть не вышиб плечом дверь на кухню. Пятнадцать метров вперёд, потом поворот под девяносто налево и ещё около двадцати прямо. Комната близняшки была в самом конце.
Всё можно было сделать куда спокойнее и тише, но я, к своему стыду, запаниковал, а потому гнал во весь опор и совершенно не ожидал того, что перед носом внезапно откроется уличная дверь.
— Долбаный сквозняк! — налету долбанул её ногой так, что она с грохотом захлопнулась, и побежал дальше. Последние десять метров даже не пробежал, скорее телепортировался, а затем, подобно бурану, с криком ворвался в комнату Мавики. Демоница с перепуга так дёрнулась, что перелетела спинку кровати, откуда вскоре показалась её возмущённая белобрысая головёшка.
— Ты совсем сдурел, Хью⁈ Неделю будешь… Что с ней? — её голос резко сменился из возмущённого в сосредоточенный.
— Пальцы себе рубанула.
— Поняла. — быстро подошла она ко мне. — Усаживай её на пол, спиной к стене, руку над головой. Ох… ничего себе! Где она так умудрилась?
— На кухне, где ж ещё! Сама же её туда отправила.
— Я никого никуда не отправляла.
В этот момент мы оба уставились на Кошу.
— Поня-я-ятно всё с вами. — протянула Мавика. — А где пальцы?
— Пальцы?
— Ну да, пальцы, Хью! На руках и ногах по пять штук растёт с ногтями! Пальцы! Я не могу прирастить то, чего нет. Только не говори, что вы их умудрились потерять. — нахмурилась близняшка.
И нет, мы их не потеряли. Мы, вернее, я их забыл.
— Сейчас принесу.
Пулей выскочил из комнаты,
