«Не слишком-то радужно, на мой вкус» — комментирует Борис. Он бросает тревожный взгляд женщине, которая все это время молча наблюдала за ними с краю. В ее облике есть что-то восточное.
«Неужели все действительно зашло так далеко?» — спрашивает Амбер.
«За тобой приставы охотятся во внутренней системе» — рубит с плеча Памела. «После банкротства до некоторых корпораций стало доходить, что ты можешь скрывать кое-что. Рабочей версией у них было, что у тебя в далеких уголках есть очень взрывоопасная информация, потому что иначе надо быть сумасшедшей, чтобы так много поставить на саму возможность существования инопланетного артефакта за несколько световых лет от дома. Версии на счет ключей к файлам и счетам включали твою кошку — в пятидесятые годы аппаратные ключи были в моде… Конечно, под Экономикой 2.0. эти слухи стали забываться, но некоторые весьма скользкие любители заговоров просто не желают сдаваться». Она устрашающе ухмыляется. «Вот почему я намекнула твоему сыну, что он должен сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться».
«О чем это?» — спрашивает голос откуда-то с уровня лодыжек.
Памела смотрит вниз, и на ее лице отражается глубокое отвращение. «С чего бы мне отвечать?» — спрашивает она, опираясь на клюку. «После того, как ты так вероломно отплатила мне за гостеприимство, ты от меня разве что хороший пинок получишь, если стоит утруждать ногу…»
Кошка выгибает спину. Хвост в страхе поднимается трубой, шерсть встает дыбом, и Амбер мгновенно понимает, что она не отвечает Памеле, а реагирует на что-то за спиной старухи. «Там, за границей домена. Снаружи этого биома. Настолько холодное… Что это такое???»
Амбер следит за остекленевшим взглядом кошки, и теперь уже ее рот раскрывается в страхе. «Ты ждал гостей?» — спрашивает она Сирхана прерывающимся голосом.
«Гостей?» Он тоже оборачивается посмотреть, на что все уставились, и замирает как вкопанный — ослепительный огонь входящего в атмосферу корабля озаряет ложным рассветом весь горизонт.
«Это приставы, — говорит Памела, склонив голову на бок и слушая наушник костной проводимости. — Они пришли за твоей памятью, дорогая, — объясняет она, хмурясь. — Они говорят, что у нас есть пять килосекунд, чтобы добровольно отдать все, что у нас есть. Или они разнесут нас в клочья».
* * *
«У вас у всех большие неприятности» — говорит орангутан, ловко соскользнув по одному из огромных ребер и приземляясь нескладной горой прямо рядом с Сирханом.
Сирхан отскакивает в отвращении. «Опять ты! Чего еще ты от меня хочешь?»
«Ничего». Обезьяна не замечает его. «Амбер! Настало время позвать твоего отца».
«Да, но придет ли он, когда я позову?» Амбер глядит на обезьяну. Ее зрачки расширяются. «Эй! Ты не моя…»
«Ты». Сирхан буравит взглядом обезьяну. «Уходи прочь, я тебя не приглашал».
«Опять незваные гости?» — поднимает бровь Памела.
«Приглашал-приглашал». Обезьяна ухмыляется Амбер, а потом садится на корточки, тихо гукает и манит кошку, которая прячется за одним из изящных серебряных официантов.
«Манфред не является желанным гостем здесь. И эта женщина тоже» — ругается Сирхан. Он встречается взглядом с Памелой. «Вы знали что-либо об этом? Или о приставах?» Он показывает рукой в сторону окна, за которым по облакам скользят, подрагивая, резкие тени. Огонь падает за горизонт — корабль сошел с орбиты и вернется уже в атаке, налетая на них с облаков в острие гиперзвуковой ударной волны.
«Я?» Памела фыркает. «Когда ты уже повзрослеешь и все поймешь…» Она с тревогой смотрит на обезьяну. «К сожалению, у меня не настолько много власти над всем. А что до приставов, я бы их и на злейшего врага не натравила. Я видела, что эти штуки делают с людьми». На мгновение в ее глазах блестит гнев. «Да почему бы тебе не повзрослеть все-таки?!»
«Да, действительно, почему бы» — говорит другой голос из-за спины Сирхана, и он оборачивается. Это тоже женщина — рослая, темноволосая, в старомодном костюме агента и в зеркальных очках. Он чувствует легкий запах духов. «А, Памела, ма шери, как я соскучилась по кошачьим боям!» Она устрашающе ухмыляется и протягивает руку.
Сирхан совершенно сбит с толку — увидев свою почтенную тетю в человеческом обличье, он теперь оборачивается и удивленно смотрит на обезьяну. Тем временем Памела за его спиной надвигается на Аннетт и берет ее руку в свои собственные хрупкие пальцы. «Ты все точно такая же…» — замогильным голосом говорит она. «Не могу понять, чего же это я тебя боялась».
«Ты…» Амбер, попятившись и столкнувшись с Сирханом, разворачивается к нему. «Какого лысого хрена ты одновременно пригласил этих двух? Ты что, термоядерную войну решил устроить?»
«Не спрашивай» — беспомощно говорит он. «Я не знаю, зачем они пришли». Он останавливает взгляд на орангутане. «Что здесь происходит?» Тот протягивает кошке руку, и кошка облизывает ее шершавым язычком. «Твоя кошка…»
«Хм-м. Не идет Айнеко оранжевая шерсть» — говорит Амбер. «Я тебе не говорила тебе о нашем попутчике?»
Сирхан качает головой, пытаясь отогнать замешательство. «Мне кажется, у нас нет времени. Меньше чем через два часа эти приставы вернутся. Они вооружены и опасны. У нас будут неприятности, даже если они просто направят двигатели на купол и подожгут нашу атмосферу, подъемные ячейки хрупкие, а компьютроний не слишком хорошо работает под двумя миллионами атмосфер металлического водорода».
«Так выиграй его!» Амбер берет Сирхана под локоть железной хваткой и разворачивает к пешеходной дорожке обратно в музей. «Безумие» — бормочет она. «Тетя Нетти и Памела Макс на одной и той же планете. И они поладили друг с другом! Недобрый это знак…» Амбер оглядывается и находит взглядом обезьяну. «Ты. Иди сюда. Приведи кошку».
«Кошку?» — переспрашивает Сирхан. «Я слышал о твоей кошке» — неловко говорит он — «ты взяла своего кота на Выездной Цирк».
«Правда?» Она оборачивается. Обезьяна пристроила кошку на плече и чешет ее под подбородком. Она посылает Амбер воздушный поцелуй. «Тебе не доводилось думать, что Айнеко — не просто робокошка?»
«А-а» — слабо говорит Сирхан. «Тогда приставы…»
«Фиг с ними, с приставами. Я про то, что Айнеко — человечески-эквивалентный артилект, а может, даже мощнее. Как ты думаешь, почему он продолжает пользоваться кошачьим телом?»
«Не представляю…»
«Потому что если что-то — маленькое, пушистое и милое, люди всегда это недооценивают» — говорит орангутан.
«Спасибо, Айнеко, — говорит Амбер, кивая обезьяне. — Как тебе?»
Айнеко неторопливо и вперевалочку идет к ним с мурчащей кошкой на плече. «По-другому, — говорит она, подумав. — Не лучше».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
