он понял, что я бегу на него, он поднял меч и закричал, но я легко уложил его, ранив в бедро, затем в руку. Он лежал на земле, крича от боли, но я не обращал на него внимания и сосредоточился на том, чтобы обезопасить повозки.
Передо мной тянулся целый багажный поезд. На мой взгляд, большую часть груза составляли сокровища Ярроу, но, обходя повозки, я заметил несколько ящиков, которые выглядели необычно.
Это были ящики имперского производства, потому что только в имперских поставках фретвайн использовался таким образом. Я подошел ближе, щурясь в тусклом свете, и увидел символ, отпечатанный на их боках: сигил апотов, капля крови, помещенная в шестиугольник.
Я уставился на них, почти не веря своим глазам. Затем я подошел ближе и глубоко вдохнул. Сильный, едкий запах ударил мне в ноздри: ни с чем не сравнимый аромат реагентов.
Это были ящики с реагентами, почти наверняка украденные с барж апотов на каналах. Я никак не ожидал найти их здесь, среди украденных сокровищ, но в этом был очевидный смысл: реагенты были одними из самых ценных вещей во всей Империи, и такая жадная душа, как Дархи, точно знал, что получит за них огромные деньги, куда бы он ни сбежал.
И все же, были ли это те самые реагенты, которые требовались Пиктису для изготовления его оружия? Неужели Дархи все это время прятал их здесь, в своем тайном имении? Я не был апотом и не мог сказать наверняка. Я вернулся в переднюю часть носилок, чтобы охранять их и ждать окончания битвы.
После того, что показалось мне вечностью, из темноты появилась Сабудара и сообщила: двадцать шесть солдат Ярроу убиты, трое ранены, и вряд ли выживут, включая того, которого я только что свалил. Все стражи выжили, но четверо наукари пали, сражаясь с теми, кто их поработил.
— Дархи? — спросил я.
Сабудара покачала головой:
— Не нашли.
Я выругался.
— Скажи Мало, что она мне нужна! Скажи ей, что я нашел кое-что важное на повозках и прошу ее прийти, когда она сможет!
Сабудара кивнула и снова растворилась в темноте.
ЧАС СПУСТЯ Я услышал, как Мало зовет меня по имени. Я зашел в группу зданий и увидел, что она стоит со своими стражами над пятью телами, которые, по-видимому, были вытащены из домов.
Она указала на одно из них:
— Взгляни.
Я послушался и застонал от ужаса. Мне не нужно было обращаться к своей памяти, чтобы узнать это лицо, раскрашенное зеленой краской, и эти холодные, пронзительные глаза, равнодушные даже после смерти. Горло сатрапа Дархи, судя по всему, было жестоко перерезано, а подбородок и грудь были залиты кровью.
— Как это произошло? — спросил я.
— Одна из наукари перерезала ему горло, — сказала Мало. — Страшно подумать, через что ей пришлось пройти за эту попытку. Бедная девочка мертва и, держу пари, даже не дожила до пятнадцати лет. Жестокий поступок. Жаль, что они все не подождали. Мы бы с радостью освободили их!
Я упал на колени, борясь с тяжестью разочарования.
— Итак, — тихо сказал я. — Единственный человек, который знал Пиктиса лучше всех, теперь мертв, и мы не получим от него никакой помощи.
Мало сплюнула и с горечью сказала:
— Похоже на то. Теперь он не может сказать нам, где скрывается наш враг. Вот она, черная судьба, и я с радостью проклинаю ее. Но… что это за важная вещь, которую я должна увидеть?
Я вскочил, вспоминая.
— Реагенты!
— Реагенты?
— Да! На повозках Дархи находятся много ящиков с крадеными реагентами — возможно, это и есть те самые украденные реагенты!
Она вытаращила глаза:
— Значит, не все потеряно?
— Возможно! Пойдем посмотрим!
Я ПОМОГ СТРАЖАМ Мало отделить ящики с реагентами от всех сундуков с сокровищами Ярроу. Вместо того чтобы открывать их один за другим, Мало и Сабудара нюхали их, утверждая, что хорошо знают аромат нужного им удобрения.
— Мы неделями вынюхивали это в джунглях! — сказала Мало. — Я почувствую этот запах даже во сне.
Сначала они хмурились и гримасничали, когда ползали по ящикам. Затем их лица прояснились, и их охватило волнение.
— Это здесь! — воскликнула Мало. — Клянусь порчей титана, это здесь!
Я стащил ящики с носилок, снова и снова шепча «Слава Святилищу, слава Святилищу», потому что сам я до конца не верил, что все это принадлежит Дархи.
Сначала мы нашли четыре, затем пять, а затем, после недолгих поисков, нашли шестой ящик с реактивами, спрятанный в задней части одного из сараев.
— Это все, да? — спросила Мало. — Твоя иммунис сказала, что не хватает шести ящиков с этим удобрением, это правда?
— Шесть, да, — выдохнул я, вытирая пот со лба. — Но давай откроем их, чтобы убедиться в этом.
Мы так и сделали, сорвав крышки копьями, взятыми у мертвых солдат Ярроу. В каждом из шести ящиков лежали завернутые в воск свертки с темно-черным веществом, похожим на землю, от которого сильно пахло тухлыми яйцами.
— Вот и все, — сказала Мало. Она чуть не расплакалась. — Вот и все! Это чертово вещество, оно все здесь! Дархи, конечно, не знал, что это такое, но он украл их у Пиктиса и привел нас к нему!
Мои ноги начали дрожать, и, глубоко вздохнув, я сел на мокрую траву.
НАКОНЕЦ, АЗАРТ БОЯ покинул меня, и остаток ночи прошел в оцепенении. Стражи ухаживали за наукари, делились водой и едой и накладывали заживляющие повязки. Один из стражей отправился на высокий холм запускать ракету, чтобы Ярроудейл увидел это; остальные принялись открывать оставшиеся ящики, чтобы провести инвентаризацию, но делали это лениво и не торопясь.
— Ты неплохо владеешь мечом, Кол, — сказала Мало. Она хмыкнула, открывая очередной ящик. — Почти так же хорошо, как я владею луком.
— Спасибо, — вежливо поблагодарил я.
— Если бы только все соперники были такими вежливыми, чтобы позволить тебе подобраться так близко, — сказала она, — и вступить в единоборство! Тогда ты действительно мог бы быть полезен.
Я ухмыльнулся, радуясь, что снова слышу ее насмешки.
— Это не было единоборством, — сказал я. — Их было двое, по крайней мере, в начале.
— Ну да, после того, как я выстрелила одному в шею. Тебе вообще ничего не надо было бы делать, если бы ты просто не высовывался. Но… — Затем она замолчала, на ее лице отразилось беспокойство.
— Что это? — спросил я.
Она огляделась:
— Я чувствую какой-то запах… гниение.
— И что? Всего в нескольких спанах от нас более тридцати трупов.
— Да, но эти люди только что убиты и трупы еще не начали разлагаться!
