такие волны силы, что стражники даже растерялись. Алебарды, однако, не дрогнули.
— Д-да, господин, мы вас знаем, — левый стражник уважительно склонил голову. — И друзья ваши — желанные гости нашего квартала. Но… Сегодня утром вышел указ совета старейшин, временно закрывающий лицам неэльфийской расы доступ на нашу территорию. Поверьте, для их же собственной безопасности.
— Наверное, прибыл кто-то из старой знати, — тихонько пояснила нам Бася. — Обычно они безвылазно сидят в своих заповедных лесах и не очень-то жалуют представителей иных народов.
— Абсолютно верно, — шёпотом подтвердил стражник.
— Ясно, — нахмурился Мидавэль. — Всё как обычно… И кого же принесло на этот раз, можно узнать?
— Можно, — левый караульный эльф кивнул и улыбнулся краешком рта. — Сиятельного господина Витториэля из Биреннана, удельного князя Западных эльфийских лесов. Изволили прибыть сегодня на рассвете в сопровождении свиты.
Услыхав это имя, Мидя вздрогнул и резко побледнел.
— Так… Я скоро, — буркнул он и, ничего не объясняя, быстро скрылся под аркой.
— Можете пока расположиться в гостевом павильоне, там прохладнее, — правый стражник указал на беседку.
Мы с радостью воспользовались его предложением и поспешили укрыться от палящего солнца. Внутри обнаружились удобные садовые скамейки с высокими спинками и небольшой столик, заваленный разноцветными пергаментными брошюрами.
— Интересно, с чего это наш Мидя так занервничал? — Спросила кошка, вспрыгнув на стол. — Кто такой этот… Сиятельный господин Витториэль?
У меня в мозгу словно что-то щёлкнуло. Вспомнилось вдруг знакомство с эльфом на берегу тихого лесного озера.
«Мидавэль из Биреннана, Хмельной Рощи по-вашему», — представился он тогда. — «Второй сын удельного князя Западных эльфийских лесов».
— Кажется, Витториэль — папа Мидавэля, — проговорил я. — И стражнику это хорошо известно. То-то он усмехался, сообщая нам, кого именно «принесло».
— Вот оно что! — Понятливо мяукнула Бася. — Выходит, наш друг, как и я, из дому сбежал? А отец его нашёл. Ругает, наверное…
— Да чего гадать-то? — Махнул рукой Ваня. — Воротится Мидя и сам всё расскажет. Если захочет, конечно. А мы тут покуда книжечки полистаем, — он ухватил со стола брошюрку, раскрыл её и обрадовался. — О, с картинками!
— Конечно с картинками, — хмыкнула киса, подсаживаясь к нему поближе. — Это же иллюстрированный торговый каталог амазонок! Да ещё и новый.
— Правда? Новый? — Ваня быстро зашуршал страницами. — Интересно, Сенины часы тут уже появились?
— Не думаю, — кошка мотнула головой и насмешливо отвернулась. — Гномы же только вчера их производить начали, поэтому вряд ли успе…
— Есть! Есть, гном меня раздери!.. — Радостно перебил её Дурак. — Вот, послушайте: «Ручной хронометр на пружинной тяге, созданный по единственному в мире образцу, прибывшему из самой Тьмы. Материалы: жёлтое золото, гномья сталь, рубины, белый алмаз и драконья кожа». Цена… Сколько⁈ Ого-го! Три золотых толара! Неужели, гном ломай, кто-то это купит?
— Ещё как купят, — возразила киса. — Вещь уникальная, красивая, а ещё полезная и дорогая… Покупатели быстро найдутся!
— Вот именно, что дорогая, — недовольно буркнул Ваня. — Такие как я, честные работяги, хоть полжизни у наковальни молотом промашут, а купить не смогут.
Нашарив на дне кармана каменные коробочки, я открыл, было, рот, но сказать ничего не успел: в беседку ввалился взъерошенный Мидавэль с холщёвым узелком в руках.
— Фух, насилу вырвался, — выдохнул он, падая на скамейку рядом со мной. — Там это… Батя приехал. То есть, простите, мой венценосный отец прибыл в столицу с гостевым визитом.
— Мы так и поняли, — кивнула Бася.
— Главное, что вырвался, — Ваня отбросил каталог и быстро поднялся. — Вперёд! Нет времени рассиживаться! Нас ждут развлекации! Где здесь ближайшая троллейбусная станция?
Мидя смутился.
— Да я, собственно, попрощаться пришёл. Сегодня же на закате отбываю домой, в Хмельную Рощу, — он нервно дёрнул себя за бородку и тяжело вздохнул. — Мои развлекации окончены.
Мы встретили это заявление гробовым молчанием. Не знаю, о чём думали Ваня с Басей, но лично меня столь скорое расставание с Мидавэлем сильно огорчило. Как ни крути, он — первый друг, найденный мной в этом чудесном мире. Да, повторюсь, умом я прекрасно осознавал, что приехал в Китеж далеко не за развлечениями. Что и Мидя, и Ваня, и даже Бася составляли мне компанию только до столицы, и теперь пути наши расходятся. Но… почему же тогда так горько на душе?..
— Ты что, тоже сбежал из дому? — Предположила Бася.
— Нет, не сбежал, — улыбнулся Мидавэль. — Я просто не спешил туда возвращаться. Решил устроить себе небольшие каникулы. Отдохнуть, погулять да Навь поглядеть. Знал, что дома, в Биреннане, моё будущее уже давно распланировали без меня. Даже невесту нашли.
— Невесту? — Жадно переспросил Дурак. — Невеста — это хорошо. А какая она? Красивая?
— Понятия не имею, — пожал плечами эльф. — Впервые увижу её только завтра, на официальном пиру в честь моего возвращения. Уж таковы наши старинные традиции. У молодых нет права голоса, за них всё решают старшие в роду. Эх, — горько скривился он. — И зачем только я сюда вчера приходил? Нужно было не мудрить и ехать в «ПУП Минотавра» вместе с вами… Ещё пару дней по развлекациям гуляли бы. А так… Отцу сразу донесли. Он оставил все дела и сразу примчался за мной.
— Что теперь зазря себя корить? Как вышло, так вышло, гном его ломай, — стукнул по столу Иван. — Может, без твоего эльфового мёда у нас бы таких душевных посиделок не получилось. Что ж, прощай, дружище! Спасибо за компанию… и за Пузю! — Он протянул Миде руку.
— Погодите! Примите от меня на память эти безделушки, — Мидавэль развязал узелок.
Ване он вручил тонкий головной обруч с зелёным камушком в центре, мне — золотую застёжку-фибулу в виде дубовой веточки, а на Басю надел изящный ошейник с серебряным бубенчиком.
— Какая прелесть! — Киса тронула бубенчик лапкой, и он мелодично зазвенел. — Зная эльфов, уверена, что эти вещицы — не просто украшения!
— Верно! — Довольно кивнул Мидя. — В каждой есть свой маленький секрет. Носитель обруча никогда ничего не забудет, хозяин фибулы не заблудится в лесу, а тебе теперь не страшны дождь и грязь: шёрстка всегда будет сухой и чистой!
— Лучше бы мне такой ошейник подарил,
