Я продолжала сгибать суставы, пытаясь сесть. Наконец я смогла вертеть головой и осмотреться. Ричард обхватил Роксану за талию, оторвав ее ноги от земли. Роланд и Бен пытались оттащить Ричарда от Роксаны. Шанг-Да пытался удержать доктора Кэрри Онслоу по ту сторону кухонной двери.
Роксана вывернулась из рук Ричарда, подошла решительно ко мне, и Зейн с Черри встали между нами стеной. Она протиснулась между ними, крича:
— Твоя очередь, сука! Твоя очередь!
Она стояла чуть в стороне, и два леопарда-оборотня пытались ее сдержать без травм. Правую ногу она согнула в колене и выставила вперед. Наверное, только Марианна слышала мои слова:
— С удовольствием.
Я лягнула ее точно под коленную чашечку снизу вверх. Чашечка выскочила из гнезда, и Роксана с визгом свалилась. Я дважды ударила ее ногой в лицо, и кровь хлынула из носа и рта.
Я поднялась на ноги — никто не пытался мне помочь. Стало вдруг тихо-тихо, только слышалось дыхание Роксаны: слишком громкое, слишком быстрое. Она сплюнула кровь на пол. Я обошла ее и леопардов, приблизилась к столу. Бен и Роланд все еще держали Ричарда, но будто забыли, зачем. Шанг-Да поднял доктора Онслоу и потащил наружу, а она орала:
— Ричард!
Это было одно из тех мгновений, что вдруг замедляются и текут медленно и одновременно невероятно быстро. Я услышала голос Роксаны: «За это я тебя убью!» — но не помню, схватила я стул до того или после. Только помню, что у меня в руках стул, а она на меня прыгает. Я ударила ее стулом, как бейсбольной битой — занеся его с поворотом назад, с участием мышц плеч и спины. От удара у меня пальцы занемели, но стул я удержала.
Роксана рухнула на пол на четвереньки, но это не был нокдаун. Я занесла стул для очередного удара, когда ее сила окатила меня жгучим ветром. Стул я обрушила на нее, вложив в удар все, что еще у меня оставалось. Она перехватила удар и вырвала у меня стул.
Я попятилась и выхватила «файрстар».
— Без стрельбы! — заорал Роланд.
Я глянула на Ричарда. И он сказал:
— Без стрельбы.
Выражения его лица было мне достаточно. Он боялся за меня. И я тоже.
Без стрельбы. Они что, шутят? Роксана пыталась встать, но колено не держало. Она упала, и стул загрохотал по полу. Роксана завопила и запустила им в меня. Мне пришлось броситься на пол, уходя от удара.
Она кинулась на меня, двигаясь на ноге и двух руках, и так быстро, что почти не уследить. У меня было полно времени, чтобы ее застрелить, но стрелять в нее не полагалось. А «файрстар» был все еще у меня в руке.
— Ричард! — заорала я.
Метки открылись вдруг, как аварийный шлюз. Меня омыло ароматом его кожи, далеким мускусом меха.
Роксана летела по полу, как блесна по воде, и вдруг остановилась. Симпатичное лицо ее вдруг вытянулось наружу, будто его толкала изнутри чья-то рука. Из середины человеческой физиономии высунулась волчья морда в человечьей коже с полоской помады там, где были губы.
Я потянулась к полоске силы, соединившей меня с Ричардом, обернулась в его запах, в ощущение его, в сверкающий перепляс энергии. Вдруг я ощутила луну в полуденном небе, и я знала, знала каждой клеточкой своего тела, что — да, завтра ночью, завтра ночью я буду свободна. И в этот миг я не знала, чья это мысль — Ричарда или его зверя.
Оставив «файрстар» на полу, я поднялась, опираясь на окно позади. Я знала, что Ричард не даст мне ее убить, но знала и то, что она сейчас на меня нападет. Когда-то я выбросила в окно одного вервольфа, после чего драка прекратилась. Сейчас я ничего больше не могла придумать. Конечно, для этого надо, чтобы Роксана бросилась на меня как бешеная, подставившись под бросок. Если она приблизится медленно, то не выйдет.
Она приблизилась медленно, хромающей походкой. Ничего придумать мне не удалось. Одно я знала: если она дотронется до меня этими когтями или пастью, через месяц я буду настоящей лупой. Время потекло хрустальной рекой, медленно и быстро, невыносимо медленно и ослепительно быстро. Мелькали мысли о том, что можно сделать, но мне не хватило бы скорости для любого из этих действий. И все же я попробую.
— Без когтей, Роксана, без когтей! — орал Ричард.
Вряд ли она его слышала. Она махнула на меня этими чудовищными когтями, и я нырнула под ее руку. Я уходила от ударов, которых даже не успевала рассмотреть, уходила, будто знала наперед, куда она ударит. Это делал Ричард, метки, но для меня это было слишком непонятно и ново, чтобы наносить удары. Уклоняться я пока что могла, но лишь пока что.
В конце концов я оказалась навзничь на полу, наставляя «файрстар» на Роксану. Она перла на меня с зубами и когтями, и я все возможности исчерпала.
Распахнулась дверь, голос Верна заорал:
— Роксана, стой!
Его сила пролетела по комнате, как крышка, брошенная на кипящий котел, чтобы сдержать жар. Но это ему не удалось.
Бен и Роланд вдруг оказались около Роксаны, оттаскивая ее от меня. Если это Верн дал им приказ, то я его не слышала. Роксана отбивалась, полосуя им руки когтями, и они терпели.
— Я соврал, Роксана! — орал Верн. — Соврал. Она мне ничего не предлагала.
Роксана застала в руках телохранителей. Потом произнесла лишь наполовину человечьим ртом:
— Как ты сказал?
Люси появилась за спиной Верна, войдя через так и не закрывшуюся дверь. Она затворила дверь и прислонилась к ней, улыбаясь и явно получая удовольствие от представления.
— Я соврал. Я старик, а ты красивая, сильная и на тридцать лет моложе меня. Я тебе сказал, что она, когда пометила мне шею, сделала предложение. Так этого не было.
Роксана обмякла в руках окровавленных телохранителей. Прямо ощущалось, как оставляет ее напряжение, и плоть на глазах принимала прежний вид. Лицо, руки, шея потекли и стали снова человеческими. И нос кровоточил еще от моего удара.
— Можете меня отпустить, — сказала она. — Я ее не трону.
Охранники не отпустили ее, а посмотрели на Верна.
— А меня, милая? — спросил он. — Меня ты тоже не тронешь?
— Тебя я все ребра пересчитаю, но дома. Не здесь и не сейчас.
Верн улыбнулся, Роксана тоже. И оба одинаково. Не только вожделение было в этой улыбке, хотя оно там было густо замешано. Это был еще и взгляд, которым обмениваются пары, тайный язык, непонятный и необъяснимый никому другому.
Я посмотрела на Ричарда:
— Они еще психованнее нас.
Он улыбнулся, и от этой улыбки я растаяла до самых кроссовок. Я улыбнулась в ответ, и по пробежавшему по телу теплу поняла, что у нас такой же тайный язык. Боже мой, как я скучала без Ричарда!
Люси вошла, крадучись, в туфлях на платформах, в лиловых очень коротких шортах и в чем-то вроде голубого лифчика — наверное, это все же была кофточка. Она подошла к Ричарду скользящей походкой, взяла его под руку двумя руками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
