Шейнина Е. Я. Энциклопедия символов. М., 2001;
Энциклопедия мистических терминов. М., 1998;
Энциклопедия символов, знаков, эмблем. М., 1999.
МАНДОРЛА (от. лат. «рыбий пузырь» или от ит. mandorla — миндалина) — ореол миндалевидной формы вокруг изображаемой фигуры. Принятое в христианской живописи изображение миндалевидного сияния вокруг фигур Христа и Богоматери — в том числе в сценах Вознесения, Преображения — стало символом Божественного света.
Миндалевидная фигура, образованная двумя пересекающимися кругами как символами неба и земли, высшего и низшего миров, представляет союз этих миров и их взаимопроникновение, т. е. явленный мир. Изображается всегда вертикально: левый круг рассматривается как материя, а правый — как дух.
Морфологически сходная с веретеном Великой матери и с волшебными прялками, мандорла фиксирует подъем и спад энергии, эволюцию и инволюцию, жизнь и смерть. Как двуглавый холм Марса, она соединяет мир противоположностей. Символизируя область всего существующего и охватывая противоположные полюсы всякого дуализма, мандорла тем самым разделяет символическое значение с мандалой. Является она и символом вечного жертвоприношения, возрождающего творческую силу через дуальные потоки подъема и спада.
Эта форма не имела какого-то значения и видоизменялась в раннем христианском искусстве. Первоначально мандорла изображала облако, в которое вознесся Христос, но со временем стала использоваться как своего рода ореолсвет, исходящий от божества. Затем использование мандорлы было перенесено на Деву Марию, когда она изображалась принимаемой на небо (Успение), а также на Марию Магдалину, которая аналогичным образом была взята на небо. Встречается изображение мандорлы, составленное из семи голубей и означающее семь даров Святого Духа.
Источ.: Аполлон. Изобразительное и декоративное искусство. Археология: Терминологический словарь. М., 1997;
Холл Дж. Словарь сюжетов и символов в искусстве. М., 1999;
Шейнина Е. Я. Энциклопедия символов. М., 2001;
Энциклопедия символов, знаков, эмблем. М., 1999.
МАНДРАГОРА — символ всяческого колдовства и в особенности колдовского очарования женщины — прекрасной и манящей, но в то же время безмерно опасной. Наиболее полно это символ раскрыт в мрачном романе немецкого писателя Ханса Хайца Эверса «Альраунэ», героиня которого — «живая мандрагора», дочь проститутки, оплодотворенной семенем казненного. Эта очаровательная женщина приносит своим любовникам богатство и наслаждение, но все они очень скоро сходят с ума и погибают.
Мандрагора
Мандрагора является атрибутом Великой матери и эмблемой волшебницы Цирцеи (Кирки), превращающей людей в свиней. В Греции мандрагору связывали и с Афродитой, которая иногда получала соответствующий эпитет. Юноши иногда носили кусочки мандрагоры в качестве любовного амулета.
Само название «мандрагора», вероятно, происходит от армянских слов «мандр» (маленький) и «ор» (как). Символические значения связывают мандрагору с горячкой, возбуждением, мужским принципом, неуязвимостью, пуповиной. В древности существовало поверье, что при помощи мандрагоры можно приобрести мужскую силу, найти клад, излечиться от бесплодия и даже стать неуязвимым. И до настоящего времени за мандрагорой сохраняется слава любовного зелья и средства от бесплодия.
Врач Диоскурид (II в. до н. э.) отождествлял мандрагору с растением кирке, о котором в песне десятой «Одиссеи» сказано:
Корень был черный, подобен был цвет молоку белизною;Моли его называют бессмертные; людям опасноС корнем его вырывать из земли,Но богам все возможно.
Мандрагора — знак редкого, необычного: именно таково ее значение на «языке цветов». Роль мандрагоры в мифологических представлениях объясняется наличием у этого растения определенных снотворных и возбуждающих свойств, а также сходством его корня с нижней частью человеческого тела. Поэтому Пифагор называл мандрагору «человекоподобным растением», а римский писатель и агроном Люций Колумелла — «травой-получеловеком». Мандрагора с древности широко использовалась в народной медицине, магии, колдовстве, а позже в алхимии. У германских народов из корня мандрагоры изготавливали изображения домашних богов. Гиппократ применял это растение для лечения от меланхолии и суицидных попыток, а Иосиф Флавий мандрагорой исцелял одержимых бесом. Гомер упоминает, что вдыханием паров мандрагоры лечили эпилептиков. Бытовало поверье, что корень мандрагоры служит могущественным сгустителем астральной энергии, а свойственная ему форма человека рассматривалась как основание для фантастических теорий магов, желавших найти в нем жизненный эликсир.
Глубокие корни имела вера в возбуждающую силу мандрагоры и ее роль в зачатии плода: достаточно вспомнить библейское предание о мандрагоровых яблоках, которыми пользуются для зачатия Лия и Рахиль. В Книге Бытия повествуется о том, что Лия зачала и родила от Иакова пятого сына после того, как «купила» его за мандрагоровы яблоки, найденные ее сыном Рувимом, у Рахили. В Средние века представления о способности мандрагоры вызывать зачатие обусловили появление целой индустрии изготовления поддельных мандрагоровых корней.
Известны сюжеты, в которых мандрагора светится, в связи с этим ее называли «свечой дьявола». Мандрагора связана с ведьмами (в Средние века в ряде стран Европы ее именовали «цветком ведьмы») и колдуньями. Считалось, что с помощью мандрагоры они могут лишать человека красоты и рассудка.
Пифагор называл растение антропоморфным, а Альберт Великий писал, что мандрагоры, наподобие людей, бывают различного пола. До него Плиний Старший утверждал, что белая мандрагора — это самец, а черная — самка. В некоторых народных традициях по виду корня мандрагоры различают растения мужского и женского пола и даже дают им в духе народной этимологии соответствующие названия.
В старых травниках корни мандрагоры изображаются как мужские или женские формы, с пучком листьев, вырастающих из головы, иногда с собакой на цепи или агонизирующей собакой.
Сборщики мандрагоры, листья которой служили для изготовления наркотиков, слабительных и колдовских снадобий, мечом очерчивали вокруг нее три круга и должны были смотреть только на запад. Запах ее так силен, что от него люди лишаются дара речи. Растение, называемое мандрагорой, подобно живому существу, ибо, когда его вырывают с корнем, оно кричит. Крик этот может свести с ума тех, кто его слышит. Так, у У. Шекспира в «Ромео и Джульетте» читаем:
Кругом ужасный смрад, глухие стоны,Похожие на стоны мандрагоры,Когда ее с корнями вырывают, —Тот звук ввергает смертного в безумье…
Более того, согласно древним поверьям, тот, кто услышит стон, издаваемый мандрагорой при ее выкапывании из земли, должен умереть. Чтобы избежать смерти человека и вместе с тем удовлетворить жажду крови, якобы присущую мандрагоре, выкапывая ее, сажали на привязь собаку, которая, как считалось, погибала от агонии. В последней книге «Истории иудейской войны» Иосиф Флавий советует применять для этого нарочно обученную собаку, которая, вырвав мандрагору, умирает.
Образ растений, столь тесно связанный с язычеством и колдовством, не мог не претерпеть изменений с приходом христианства. В эпоху средневековой охоты на ведьм о мандрагоре стали распространяться мрачные легенды. Например, человекоподобная форма мандрагоры породила легенды, будто она растет у подножия виселиц. Говорили, что мандрагора произошла из упавшей на землю поллюции повешенного человека, хотя Хильдегарда Бингенская (XII в.) полагала, что мандрагора возникла там, где был создан Адам. Томас Браун в 1646 писал о питающем ее жире повешенных.
Интересно, что подобная трактовка образа мандрагоры свойственна только западноевропейской культуре, тогда как в православном мире мандрагора, или «адамова голова», не имеет столь зловещего значения и даже считается средством против колдовства.
Источ.: Борхес. X. Л. Бестиарий: Книга вымышленных существ. М., 2000;
Женщина в мифах и легендах: Энциклопедический справочник. Ташкент, 1992;
Шейнина Е. Я. Энциклопедия символов. М., 2001;
Энциклопедия символов, знаков, эмблем. М., 1999.
МАННА НЕБЕСНАЯ — аналог материнского молока в иудаизме. Господь питал евреев манной, пока этот народ пребывал в младенческом состоянии. У древних евреев манна — это пища (в псалмах она называется «хлебом небесным»), которую они получали во время своего сорокалетнего путешествия по пустыне. Ниспосланная Богом после того, как люди стали роптать на Моисея, манна напоминала иней на земле, но по вкусу похожа на лепешки с медом. Происхождение «манны небесной», возможно, связано с тем, что арабы пустыни могли полакомиться сладкой корочкой с куста тамариска, которую смешивали с мукой и употребляли как лакомство, по-арабски называемой «альман». Тамариск считался в Египте священным деревом, обладающим сильными оккультными свойствами. Он пользовался большим уважением у древних египтян, так как считалось, что его колючий куст вырос вокруг тела Осириса и защитил его. Правда, многие исследователи считают связь манны и тамариска весьма спорной гипотезой, не относящейся к символике манны.
