Лисса обомлела, и пока собиралась с мыслями, с нее стянули суму, куртку и рубашку, оставив в одном лифчике. Царица ощупала мышцы, за подбородок развернула ее лицом к свету и как следует рассмотрела. Очнувшись, девушка вырвалась из рук мачехи и надела рубашку.
– Он не может признать меня дочерью. Нет никаких доказательств.
– Поздно ты спохватилась. Все необходимые доказательства были получены еще вчера. И тому есть дюжина свидетелей. Так что нет смысла сопротивляться. Вечером будет сделано официальное объявление на главной площади столицы, и завтра гонцы разнесут по всему царству весть о том, что Отторал Половецкий признал законной одну из незаконнорожденных дочерей и отныне у Тариана есть царевна. Единственное, что тебе остается, – это вести себя так, чтобы не опозориться самой и не запятнать честь его величества. Так что советую тебе хорошенько подумать над своим дальнейшим поведением. Я пришлю к тебе служанок и портного. Пусть подгонят платья.
Царица направилась к двери. Лисса сжала полы рубашки, чтобы стражи и придворные, наверняка подслушивающие под дверью, не увидели ее полураздетой.
– Зачем он это сделал? – Сама она не находила ни одной причины, по которой Отторалу нужно было признавать именно ее. Если только… если только… но об этом даже думать не хотелось.
Страж, отворивший дверь, замер, когда царица оглянулась. Тонкие брови удивленно изогнулись:
– Конечно, чтобы выдать тебя замуж.
Лисса почувствовала, как земля уходит из-под ног. Ее самые страшные опасения подтверждались.
– Наверное, уже и жениха подыскали? – Девушка сама удивилась, сколько яда прозвучало в ее голосе. Она знала, кто будет женихом, но хотелось услышать это из уст Сильваны.
У царицы на лице не дрогнул ни один мускул. Выдержка у нее была отменная.
– Ты сама постаралась. Отторал был весьма удивлен, когда к нему сегодня утром нагрянули сваты. И поскольку помолвка уже состоялась, у тебя есть три дня на то, чтобы смириться со своей долей. А потом, как миленькая, выйдешь замуж за Ивана, наследника Сурана.
Лисса зарычала. Она и не знала, что так может. Хоть бы челюсть не трансформировалась в драконью. Довести мачеху до обморока не входило в ее планы.
– Почему я? – Это был не вопрос, а крик души, но Сильвана не поняла.
Царица как ни в чем не бывало вернулась и потрепала ее по щеке:
– Потому что ты старшая. И единственная унаследовала его дар. Что смотришь? Думала, он не знал? Едва ты родилась, твоя мамаша уже была тут как тут и требовала, чтобы он прекратил безобразие. Твои вечно исполняющиеся желания не давали ей наслаждаться жизнью. Как думаешь, что может желать младенец из того, что так сильно досаждает красивой, но пустоголовой девчонке, по глупости забеременевшей и ставшей матерью? Подумай над этим хорошенько, прежде чем в чем-то обвинять отца. Он любил твою мать больше остальных любовниц. Останься она при дворе, до сих пор ходила бы в официальных фаворитках, и ты бы выросла настоящей царевной, а не пугалом огородным. Но все это пустые разговоры. У тебя есть полчаса, чтобы привести себя в порядок. Больше возможности побыть наедине у тебя не будет.
Сильвана еще раз шлепнула ее по щеке, доказывая свое превосходство, и направилась прочь, мурлыча довольной кошкой.
Лисса чуть не взорвалась от злости. Еще бы царице не радоваться. Не успела обзавестись ненавистной падчерицей, как представился шанс тут же от нее избавиться. Причем даже не пришлось для этого особо напрягаться. Лисса собственными рукам вырыла яму, в которую упала. Едва стражи захлопнули за царицей двери, девушка бросилась на кровать и заколотила по подушке кулаками.
Дура, дура, дура! Надо же было так по-глупому попасться. А она еще удивлялась, почему Отторал безоговорочно ей поверил и не потребовал доказательств измены профессора и его команды. Наверняка за ними давно следили, но не могли подобраться. И Велену подослал за этим, чтобы она внушила им правильный план действий. Потому и не сработала охранная сигнализация. И потом в лаборатории, попросив ее помочь магам, убедился в наличии у нее дара и заодно избавился от артефакта. Хорошая комбинация.
И что обиднее всего: Сильвана дала ей полчаса на то, чтобы обдумать план побега и убраться из дворца. Но именно этого она не могла сделать. Отторал не простит ей, если она выставит его на посмешище перед другими правителями. Ведь он уже дал слово выдать свою дочь замуж за наследника соседней державы. И если она осмелится пойти против его воли, не будет ей житья в этом мире. И Славий жениться на ней не сможет. Будь он простым военным, можно было бы затеряться, как это сделали Тонас и Лия. Но он официальный наследник Ивана, и пока у царевича нет детей, не имеет права вольно распоряжаться своей жизнью. Остается или жить в полном одиночестве, прячась по глухим лесам, или инсценировать смерть и навсегда вернуться на Землю, к той жизни, о которой она и думать позабыла.
Но обиднее всего оказались слова мачехи о матери. Лисса понимала, что супруга, муж которой ночи напролет проводит у любовницы, не будет испытывать теплых чувств к сопернице. Но Сильвана назвала Селену пустоголовой дурочкой. И если бы не сиротское детство, проведенное в приюте, она еще могла бы возмутиться и назвать царицу лгуньей. Но какова бы ни была причина, мать ее бросила, если только не умерла от какой-нибудь болезни. Загрязненные нефтью и отходами реки и океаны Земли могли оказаться смертельными для дракона.
– Мама, мама, что же ты наделала? И если ты жива, то где ты? – запричитала Лисса, и слезы градом покатились по щекам. Но девушка быстро их утерла и приказала себе успокоиться. Свадьба только через три дня, а значит, у нее в запасе целая вечность, чтобы что-нибудь придумать.
Глава 38
За полчаса она успела собраться с мыслями, застегнуть рубашку и разработать примерный план действий. Поэтому портного и швей девушка встретила спокойно.
Единственное, о чем Лисса жалела, стоя на табурете, пока с нее снимали мерки и подбирали платья, так это о потерянном времени. За три часа она бы многое успела, но была вынуждена оставаться на месте. Пару раз заходила ее величество царица Сильвана с дюжиной фрейлин и в последний раз решила задержаться.
– Отлично держишься, – похвалила она, когда одна из швей нечаянно уколола Лиссу булавкой.
Девушка только скривилась и в отместку нарастила на месте укола драконью чешую. Швея ахнула при виде зеленых перламутровых чешуек и рухнула на пол, оказавшись в ворохе юбок, словно в кресле.
– Ваше высочество? Что это такое?
Сильвана прикрылась веером. Неприлично царице фыркать, как простолюдинке. Фрейлины, сгорая от любопытства, толкались за ее спиной, в попытке рассмотреть, из-за чего белошвейка таращится на царевну выпученными глазами и тычет в ее ногу пальцем.
– Где? – Лисса нагнулась посмотреть, «совершенно случайно» пихнув мачеху. – Ах это! – Прикинуться удивленной, оказалось очень просто. Она сама не ожидала, что получится так красиво. Чешуя разукрасила полбедра, став похожей на татуировку в виде зеленого дракончика. – Это чешуя. Разве вы не знали, что я дракон? Или решили, что я от недалекого ума выкрасила себе волосы зеленой краской?
– Но… но… как? – Бедный портной начал заикаться и так и застыл с ножницами в одной руке, в другой держа распоротое платье. – Мне что, всю работу заново переделывать?
– Зачем? – удивилась Лисса. По ее мнению, платья получились великолепные. Жаль, поносить их не придется.
– А куда вы хвост денете?
Огромным усилием воли девушка сдержалась, чтобы не расхохотаться.
– Этот? – Войдя в кураж, Лисса отрастила себе еще и хвост с шипами.
Половина женщин с визгом бросились прочь из спальни. Остальные плавно осели в обморок.
– Довольна? – Царица резко захлопнула веер.
– Более чем. – Убрав хвост, Лисса оглянулась на белого, как простыня, портного и виновато улыбнулась. – Простите, не удержалась. О хвосте можете не беспокоиться. Он мне понадобится, только если я соберусь поплавать.
Мужчина кивнул и вернулся к работе над платьем. Она же спрыгнула с табурета и завернулась в покрывало. Стоя в коротенькой шелковой сорочке, Лисса замерзла и теперь налила себе чаю, чтобы отогреться.
– Будете? – кивнула Сильване на полный чайник и поднос со сладостями.
Валяющиеся по всей спальне бесчувственные дамы ее ни капли не смущали. Надо закалять нервы, а то посмотри какие нежные, дракона испугались.
Царица подумала и решила согласиться. Присела за столик и приняла из ее рук чашку.
– Я смотрю, ты обдумала мои слова.
Лисса хмыкнула. Похоже, царица намекала, что выходку с хвостом сочла невинной шалостью, а в остальном ее величество ее поведением довольна.
– Я вообще очень понятливая. – Сделав глоток, девушка на миг зажмурилась от удовольствия. Мята, мелисса и шалфей. Немного непривычно, она бы предпочла чабрец, но зато теперь гарантированно не заболеет. – Знаете, а у вас с моей мамой имена похожи. Сильвана и Селена. Вы не думали об этом?
