Мне Сан Саныч сказал. Так уж вышло, что я немного в курсе этих дел с Черным колдуном. Я должен был приглядывать за вами при походах в город.
— Не много мы находились по городам-то, — ответил Саша, подливая чай.
— Да, хватанули вы ребятки. Кто хоть вам в школе-то помогал?
Друзья напряженно переглянулись. К счастью им не пришлось отвечать, потому что на кухне что-то громко хлопнуло и звонко пробрякало по каменному полу. Кондитер вскочил как ошпаренный и бросился на шум:
— Филя! Опять муможье молочко без бани греешь! Я тебе оболтус задам…
— Нет, — прошептал Вася и посмотрел на друзей, — Нам про бабу Зину никому говорить нельзя. У нее как минимум проблемы могут быть за допуск нас на кухню. Может он не просто так вынюхивает. Кто знает, кому можно верить, а кому нельзя.
— Ты прав, — кивнула Даша.
— Ну а если Быков и правда напрямую спросит, где что брали и где варили, — озадачился Антон, — Что отвечать будем?
— Тогда скажем, что это чужая Тайна, — пожал плечами Саша, — И мы не можем её раскрыть. Это же в принципе, правда. Баба Зина ведь просила нас никому не говорить про кладовку и варево.
— Ну да…
— А мне кажется, что Быков все знает, просто не говорит — добавил Антон.
Входная дверь хлопнула, и Вася поперхнулся, увидев кто вошел:
— Я про эту бабку говорил, — откашлявшись, он чуть заметно кивнул в сторону двери, — С отрубленной рукой в пакете. Думаете, совпадение, — прошептал Вася, склонившись к центру стола. — Чего она сюда-то притащилась?
Ребята молча пожали плечами, не сводя глаз со старухи. Высокая и очень худая она была одета в длинную шубу, которая придавала ее фигуре хоть какой-то объем.
Подойдя к прилавку, она звякнула в колокольчик и долго мучила выскочившего молодого человека в белом колпаке. Тот несколько раз доставал из витрины коробочки с конфетами и прочими сладостями и взвесив одну, реже пару штук убирал все обратно. Так продолжалось минут десять, пока старуха не заметила ребят в углу зала. Вперив в Васю выпученные глаза, она оставила измученного Филю и кинулась к столу ребят. Друзья, уже заподозрившие неладное, предупредительно вскинули Палочки, готовясь к худшему…
Она не сводила с Васи шальных водянистых глаз, не обращая внимания на нацеленные на неё Палочки:
— И правда! Вылитый ведь, ты скажи!
— Что вам нужно? — Вася уклонил голову от протянутой худой руки старухи.
— Из Школы? Ты Вася?
— А что?
— Да точно! Одно лицо! Я тебя давеча в шапке-то не признала, а теперь вижу, похож,… — она подтянула стул от пустующего стола и села напротив, скрестив на коленях скрюченные старостью руки. — Васильевна все уши мне про тебя прогудела, да и про остальных тоже, — старуха окинула ошарашенных ребят цепким взглядом. Потом оглянулась и перешла на шепот, — Ну, пригодились позвонки да кожа жабья?
— Вы Августа Игнатьевна? — с облегчением догадался Антон, и когда она кивнула, смущенно улыбнувшись, убрал Палочку, — Да, спасибо вам большое. Вы нам очень помогли.
— Да, — добавил Саша, — И за пузырьки спасибо.
— Это Васильевна за вас просила. Так бы я ни в жизнь чужим ничего такого доставать не стала.
— Да, Зинаида Васильевна очень хороший человек, — кивнула Даша, — она нас очень поддержала.
— Так и вы верно не худы, раз Васильевна ради вас так с этими семенами-то убивалась, — улыбнулась старуха, обнажив редкие зубы. Покачав головой, продолжила, — Таки деньжищи выложить! И не жалко вам? Два раза по сто шестьдесят рублей золотом отвалить!
— Сколько?! — хором выдохнули ребята, а Саша подавился, отхлебывая чай.
— Ой! — улыбка сползла, и её худое лицо сделалось еще длиннее, — Да вы не знали что ль?
— За семена триста двадцать рублей отдано? — Антон ошарашенно посмотрел на друзей, затем снова на Августу Игнатьевну.
— Это,… как его. Ну, вот что соколики, тихо! — затараторила она, — Я вам не говорила ничего, ясно вам? Меня Васильевна прибьет, если узнает что сболтнула. Вот ведь! Надо же! Раз не сказала вам, видать, не хотела, чтоб знали,… а я, поди, ж ты,… — она хлопнула себя в лоб костлявой пятерней. — Ладно, побегу. Дел еще тьма-тьмущая, — она проворно подскочила и бросилась к двери, так и не забрав пакетик, приготовленный для нее на прилавке.
Находясь в полном шоке от услышанного, ребята молча смотрели друг на друга.
— О-фи-геть! — хлопала глазами Даша, — Как так-то…
— Че делать-то будем? — спросил Саша.
— Пока «спасибо» это самое большее, что у нас есть, — отозвался Антон.
— Значит, — Вася поднялся и снял с вешалки куртку, — Пошли благодарить…
Быстро одевшись, ребята собрались уходить, когда за прилавком вновь появился Алесей Николаевич. Он жестом подозвал к себе друзей и шепотом спросил:
— От вас-то, Четвертушке, что надо было? Нас извела, так за посетителей принялась!
— Ничего, обозналась старушка сослепу, — отмахнулся Вася, — С кем не бывает?
— Скажите, — Даша посмотрела на витрину с конфетами, — А вы случайно не знаете, что любит Зинаида Васильевна, повар из «Потентиллума»?..
Вернувшись в школу, друзья тут же отправились на кухню.
— Зинаида Васильевна, мы же спрашивали вас про деньги, — покачала головой Даша, стаскивая шапку, — Почему вы не сказали?
— Ну, Гуська! Я тебе задам, болтунья старая! — проворчала хозяйка, продолжая невозмутимо украшать большой торт.
— Это ж не рубль-два, — подключился Антон.
— Да, не рубль,… — Зинаида Васильевна оставила десерт и резко села, — Чего шумите-то? Садитесь вон, чай пить будем.
— Да мы же не стали бы,… — начал Вася.
— И где б сейчас оказались? — перебила его Зинаида Васильевна. — Этот вар был вам нужен. Это главное! А деньги что? — отмахнулась она, — Куда с ними? Мне их и тратить-то некуда,… с собой в могилу же не заберёшь…
— Спасибо вам большущее Зинаида Васильевна! — Даша тепло обняла хозяйку, — Давайте и правда, чайку попьем, — она копнулась в пакете и на столе появились конфеты.
— Подготовились, значит! — сдвинув брови, кивнула на конфеты Зинаида Васильевна, но глаза её вновь улыбались, — Эти и правда мои любимые.
— А эта Августа Игнатьевна, она что? — Вася запнулся, — Мне показалось у нее в пакете,… — его передернуло от жуткого воспоминания, — Ну, в общем,… рука с глазом.
— Раздобыла, значит! — засмеялась хозяйка, — Ну будет сегодня разговоров об этой диковине. Я ж с Августой Новый год встречать собралась. Сейчас вот подготовлю, кто, что заказал да и побегу. Посидим, по-старушечьи чайку пофыркаем.
— Вы к ней пойдете? — удивилась Даша, — Но она такая странная…
— Наверно, так ведь все не без этого. Мы столько лет знакомы, она хороший человек. Тоже одна век коротает…
Глава 44 Новый год
Секундная стрелка каминных часов в гостиной, спеша завершить год, неслась, казалось,
