Под ироничными взглядами стариков, я поднялся сам, помог встать на ноги Ланской и тут же получил от нее чувствительный удар острым кулачком в бок.
— Польских, ты безнадежен!
Я только вздохнул, принимая упрек. Ну, да. Перебдел. Но лучше же перебдеть, чем пулю в голову получить, да? Я, между прочим, знаю, каково это!
Лидеры спокойно и без давки покинули зал совещаний. Складывалось впечатление, что они были готовы к такому развитию событий, а значит предусмотрели и пути отхода. Будь не так, я бы окончательно в них разочаровался.
В сопровождении Воинов мы двинулись по коридорам. По пути, словно капельки ртути, стали присоединяться Аналитики, Наставники и Дипломаты — все те «гражданские» специальности, кто ждал вождей за пределами зала совещаний. Вся эта разросшаяся процессия быстро, но без паники, спустилась на первый этаж, после чего стала исчезать в темноте неприметной двери в стене.
Я старался держаться поблизости к Тоне, но так, чтобы не получить от нее очередного удара.
— Похоже, Миша оказался прав. — шепнул Дарт, которого принесло ко мне уже на подходе к темному провалу портала.
— Нападение снаружи, а не изнутри. — хмыкнул я. — Куда мы идем, кстати?
— Схрон. Подземелье, у каждой семьи такое есть. Защищенный бункер с несколькими путями отхода. Будем ждать, пока Воины нападение отобьют. Или уходить, если у них не получится.
Разумно. На что тогда рассчитывали нападавшие? Почему нападение произошло снаружи, хотя для успеха следовало начать изнутри? Когда впереди послышались едва слышимые хлопки, я понял почему.
— Назад! — рявкнул я Дарту, и потащил Тоню за руку. — Там засада!
Никогда не произносите в толпе людей или новусов слова «засада», «предательство» или «измена». Это, блин, как «пожар» кричать в многоквартирном доме! До того смирная и дисциплинированная толпа заворчала, и утратила какое-либо подобие порядка. Еще никто не заорал «бежим!» и «мы все умрем!», но наше движение в сторону противоположную от входа в бункер застопорилось намертво. Одни ломились вперед, в спасительную темноту подземелья, другие назад, на оперативный простор. Воины, сопровождавшие процессию, зависли, как вышедшие из строя автоматы.
— Да вашу же мать! Вы же суперы! — прорычал я. Одной рукой прижал Антонину к себе, напрягся, и прыжком, как пробка из бутылки шампанского, вылетел из толпы. В полете стукнувшись головой о люстру, а при приземлении сбив с ног троих охранников.
— Дарт, на выход, твою мать!
Выстрелы стали слышны уже не как хлопки. Рядом, а не в подвале. Я завертел головой, ища источник. Нашел его в пяти метрах от входной двери. Два Воина, клановую принадлежность которых сходу определить не представлялось возможным, хладнокровно стреляли в головы пытавшимся сбежать людям. Один из них увидел меня, вырвавшегося из плена толпы, и стал поворачивать ствол массивного пистолета.
«Да чтоб вас всех!» — мелькнуло в голове. Ничего более умного и сообразного ситуации почему-то не подумалось. Я открыл рот, собираясь ударить Криком. В этот момент с пола взметнулась тень и врезалась в Воинов, сбивая их с ног.
16
9 июня. Новосибирск. Бердск
Кричать я передумал. Узнал в тени Вадима. Окровавленного, в изодранном костюме, с разорванной щекой и совершенно безумно оскалившегося. Но он же на нашей стороне, да? Не хотелось бы накрыть его под шумок глушилкой. Минус один боец, так-то. Не лучшее решение, когда непонятно кто враг.
Двигался он так, что я сразу понял — на тренировках Воин не показывал и половины своих возможностей. Черная молния просто! Одно движение и два его противника оказались на полу. На втором меня чуть не стошнило, уж больно грязно работал мой тренер по рукопашному и стрелковому бою. Не, понятно, что новусов надо с гарантией убивать, чтобы в оторванной голове не появились мысли об ударе в спину «из последних сил». Но как-то слишком кроваво, будто Вадим наслаждался процессом.
— Отходим в левое крыло! — взгляд его столкнулся с моим. — Через двор не пройдем, там бойня.
Я хотел ему сказать, что тут везде бойня. Например, прямо у меня за спиной, где новусы пытались пробиться кто в подземелье, а кто подальше от него. Или внизу, в бункере, где кто-то стрелял из пистолета с глушителем в Лидеров, которые спустились туда первыми.
Хотел, но не стал. Он поопытнее меня, к тому же чекист. Надо полагать хоть раз в жизни оказывался в подобной ситуации. Что-то, кстати, он говорил про боевой опыт, приобретенный за границей. В Иностранном Легионе служил, точно! В Алжире.
Бывают такие ситуации, когда просто нужно довериться. Без доказательств, на одной интуиции. Иначе никак. Конечно, я мог и проигнорировать предложение Ланского, и самому выбрать направление бегства. Не слишком-то и сложное решение. Только мне, для этого надо было понять, что происходит.
Базис понятен: один из кланов предал другие, синхронизировал свою атаку изнутри с теми, кто проламывал внешний периметр. Но детали! Кто именно? Гольдманы? Пиллеры? Гончаренко? Симоновы? Или те же Ланские? Да, понятно, что бред, но сейчас ни с кого подозрения снимать нельзя! Вдруг все это мои земляки затеяли?
Ну а что? Сговорились с функциями, наняли… ну я не знаю — французский Иностранный Легион! и решили захватить Новосибирск. Город-то важный, центр логистики страны! Для последующей экспансии очень критичный!
Все это не словами, а образами, промелькнуло у меня в голове за какие-то пару секунд. В то же самое время я успел поставить Тоню на ноги, подтолкнуть ее в сторону Вадима и выдернул из толпы завязшего Дарта. Еще и оттолкнул какого-то настырного новуса, который зачем-то вцепился юному Дипломату в ногу. А на окончании фразы Воина, уже смотрел в указанном им направлении.
Автоматически просканировал пространство перед собой и схватился руками за голову. Блин, лучше бы я этого не делал! Чуть не ослеп! Настолько привык уже пользоваться этим своим суперменским радаром, что активировал его по делу и без такового. Так-то удобно, но не в подобной ситуации. Перед внутренним взором выскочило настоящее звездное небо! И, разумеется, никаких тебе меток «свой-чужой». Но, вроде, в левом крыле их было поменьше.
— Веди! — бросил я Вадиму, остановившись и тряся головой. Тот уверенно побежал вперед. Я еще пару раз крепко зажмурился, и припустил за ним.
Левое крыло действительно оказалось почти пустым. На двадцать метров ровного коридора, которые мы пролетели за три секунды, нам попался только один местный житель. Аналитик открыл дверь на шум, увидел окровавленную рожу бегущего Воина, и тут же захлопнул ее обратно. Когда мы повернули за угол, я услышал, как бедолага обрушивает на дверь всю мебель, до которой мог дотянуться.
Вот так, жил себе супер, никого не трогал, графики рисовал и новости анализировал. Все у него было хорошо и спокойно, будущее просматривалось на много лет вперед… И тут — шум, стрельба, драка! И в довершение четверо новусов разной степени помятости проносятся мимо его рабочего места. Какая мораль? Все может измениться в любой момент! И жизненную платформу стоит строить исходя из этого.
— Окно!
Я только голову успел повернуть в том направлении, а Вадим уже кинул в окно подхваченное по дороге кресло. Которое бессильно ударилось тяжелыми ножками о пуленепробиваемое стекло и упало на пол. Только занавески порвал, вандал.
— Дальше!
А мог бы догадаться, умник! Это же родовое гнездо, тут меры безопасности — беспрецендентные!
— Куда?
— Из здания. Это ловушка.
Понятно, что ловушка. И понятно, что из здания надо валить. Но можно как-то больше конкретики? Меня, видимо, слегка отпустило, и я начал, пусть и не вслух, а про себя, задавать вопросы. Вадим вообще знает, куда бежит? Или он на инстинктах действует? Стоит сейчас об этом спрашивать?
Бросив взгляд на Тоню, решил, что не стоит. Девушка топала за своим защитником молча, храня на лице хмурое выражение. Ни вопросов, ни уточнений. Понимала, что пушной зверь пришел, когда не ждали, и сейчас работают другие правила, не те, к которым она привыкла. И рулят не Дипломаты, а Воины. У которых на генетическом уровне прошита защита своих «гражданских». Вот закончится беготня, очутимся мы в безопасности, она сразу всем выскажет. Но это потом будет. Если доживем.
