Читаем без скачивания Око за око - Harry Turtledove

– В любом случае сейчас, пока лежит снег, они ничего не станут предпринимать, – вмешалась Берта Флейшман. – Они ненавидят холод. Но когда наступит весна, у нас появится повод для беспокойства. А пока они будут занимать оборонительные позиции, отражая удары немцев.

Анелевич обдумал слова Берты и кивнул.

– Возможно, ты права, – согласился он. – Но это ничего не меняет – просто у нас будет больше времени, чтобы отыскать ответ на главный вопрос.

Теэрц не любил летать над Дойчландом. Впрочем, над Британией он тоже не любил летать, причем по той же причине: тосевитских истребителей становилось все больше, а огонь зениток иногда бывал таким плотным, что он мог бы выйти из своего самолета и идти, перешагивая с одного разрыва на другой.

Он раскрыл рот в ироническом смехе. Огонь зениток Больших Уродов практически не причинял вреда его истребителю – в худшем случае несколько дырок в обшивке. Насколько он понял, ему ужасно не повезло в тот единственный раз, когда его сбили, – пули невероятным образом почти одновременно поразили оба двигателя… И удача окончательно покинула его, когда он приземлился на территории ниппонцев.

Он больше не собирался попадать в плен.

– Уж лучше умереть, – сказал Теэрц.

– Недосягаемый господин? – сказал Ссереп, его ведомый.

– Все в порядке, – смущенно ответил Теэрц, который забыл про включенный микрофон.

Он проверил радар. В воздухе находилось несколько истребителей дойчевитов, но до них было слишком далеко. Однако Теэрц продолжал внимательно наблюдать за летательными аппаратами тосевитов, чтобы не прозевать беспилотные машины, с которыми он уже столкнулся над Британией. С каждым днем приказы о необходимости беречь самонаводящиеся ракеты становились все категоричнее. Он ждал, что вскоре получит примерно такое указание. «Если тебя сбили и ты мертв, разрешается использовать одну ракету против вражеского самолета, который это сделал; если будет затрачено две ракеты, тебя ждет суровое наказание».

Он заметил темно-серый столб дыма, поднимающийся над землей, и радостно зашипел. Теэрц узнал двигатель локомотива, который работал на удивительно ядовитом топливе, столь любимом тосевитами. Что бы ни тащил за собой локомотив – Больших Уродов, оружие или продукты, – это отличная цель. Он переговорил с Ссерепом и Ниввеком, своим вторым ведомым, обратив их внимание на вражеский состав, а потом сказал:

– Давайте его уничтожим.

Он начал снижаться и сбросил скорость, чтобы было удобнее заходить в атаку. Его коготь нажал на гашетку пушки.

Из носа истребителя вырвалось пламя, от мощной отдачи дрогнул корпус.

Теэрц радостно завопил, когда из вагонов повалили клубы дыма. Поразив локомотив, он потянул рычаг управления на себя, чтобы набрать высоту и сделать еще один заход. Ускорение прижало его к креслу, и на несколько мгновений мир вокруг стал серым. Затем Теэрц развернул истребитель на девяносто градусов, чтобы посмотреть на поезд, и снова радостно закричал; то ли Ссереп, то ли Ниввек сумели поразить двигатель локомотива, поезд тормозил. Теперь он вместе с двумя ведомыми самцами мог, не торопясь, завершить дело.

На экране радара появилось с полдюжины точек, которые поднимались вертикально вверх – но пока находились довольно далеко.

– Что это такое?! – воскликнул Ниввек.

– Думаю, нам не о чем беспокоиться, – ответил Теэрц. – Наверное, дойчевиты экспериментируют с самонаводящимися ракетами, но им еще многому нужно научиться.

– Вы правы, недосягаемый господин, – ответил Ниввек, в голосе которого отчетливо слышалась усмешка. – Ни одного нашего самолета нет поблизости от этих… уж не знаю, как их называть.

– Точно, – отозвался Теэрц.

Если это ракеты, то какие-то совсем хилые. Как и другие тосевитские летающие машины, они не способны превысить скорость распространения звука в атмосфере. Они поднимались по широкой дуге, и их траектория показалась Теэрцу баллистической… а потом он забыл о них, переключив все свое внимание на поезд.

Он вез пехоту, возможно, какие-то грузы. Первого захода оказалось недостаточно, чтобы уничтожить всех; многие тосевиты сумели выбраться из поврежденных вагонов. Серо-зеленая одежда мешала Теэрцу разглядеть их на фоне земли, но благодаря вспышкам он видел, что тосевиты ведут огонь по его истребителю. Воспоминания о ниппонцах заставили его вздрогнуть, темное облако страха туманило взгляд – что, если Большим Уродам повезет еще раз?

Однако удача на сей раз от них отвернулась. Его истребитель вышел на идеальную позицию, и Теэрц принялся поливать врага огнем своих пушек. Снаряды взрывались среди пехоты Больших Уродов; пламя ревело, словно волны огромных океанов Тосев-3. Теэрц надеялся, что ему удалось уничтожить сотни врагов. Конечно, они не были ниппонцами, но являлись Большими Уродами, поднявшими оружие против Расы. Никакие угрызения совести по поводу того, что он убивает гражданских людей, не мешали ему наслаждаться местью.

Он вновь потянул рычаг на себя. Поезд горел уже в нескольких местах; еще один заход, и он будет уничтожен. Теперь, когда нос его истребителя был вновь направлен вверх, Теэрц проверил экран радара, убеждаясь в том, что к нему не приближаются истребители дойчевитов.

Должно быть Ссереп сделал то же самое, поскольку он закричал:

– Недосягаемый господин!

– Я вижу, – мрачно ответил Теэрц.

Машины дойчевитов, которые он посчитал экспериментальными – и не представляющими опасности, – преследовали его истребитель. И, как ему показалось, ими кто-то управлял. Из чего следовало, что внутри находились пилоты – тосевиты не имели автоматических систем наведения.

Пораженный Теэрц обнаружил, что тосевитский летательный аппарат движется с более высокой скоростью, чем его истребитель. Во всяком случае, в данный момент, что давало ему возможность выбирать время и место встречи – редчайший случай в воздушных боях с Расой. Теэрц включил максимальную тягу, ускорение прижало его к спинке кресла. Большие Уроды недолго будут радоваться своему преимуществу в скорости.

– Я выпускаю ракеты, недосягаемый господин, – заявил Ссереп. – Когда мы вернемся на базу, я отчитаюсь перед самцами, которые отвечают за боеприпасы. По-моему, они тратят все свое время, подсчитывая кусочки скорлупы. Проблема состоит в том, чтобы суметь вернуться на базу.

Теэрц не стал спорить. Ракеты пронеслись мимо его истребителя, оставляя за собой клубы дыма. За летательными аппаратами тосевитов также тянулась струя дыма, но более густая и темная. С ужасающей скоростью они превратились из точек в истребители со стреловидными крыльями удивительной конструкции – перед тем как нажать на гашетку, Теэрц успел подивиться, как они умудряются сохранять равновесие без хвостовых стабилизаторов.

Однако инженеры, построившие диковинные летательные аппараты, разбирались в аэродинамике – истребители обладали устойчивостью. Один из них сумел ускользнуть от ракеты. Даже для электронной системы это совсем не простая задача; для существа из плоти и крови такой маневр подобен чуду. Вторая ракета Ссерепа поразила вражеский самолет в самый центр фюзеляжа, превратив его в сияющий огненный шар, Теэрцу даже пришлось прикрыть глаза. Во имя Императора, какое топливо используют Большие Уроды?

Теэрц принялся стрелять в необычную машину, устремившуюся прямо к его истребителю. Мерцающие вспышки на крыльях показывали, что противник ведет ответный огонь. На самолете дойчевитов стоит пушка, значит, они могут причинить его истребителю существенный вред, если попадут.

Без всякого предупреждения летательный аппарат Больших Уродов взорвался, как и первый, превратившись в огненный шар.

– Да! – закричал Теэрц.

Только вкус имбиря мог сравниться с триумфом во время воздушного боя.

– Недосягаемый господин, должен с огорчением сообщить, что мой истребитель поврежден, – сказал Ниввек. – Я слишком поздно выпустил ракеты, и они пролетели мимо тосевитов: противник оказался так близко, что я не успел подорвать боеголовки. Я теряю скорость и высоту. Боюсь, мне придется катапультироваться. Пожелайте мне удачи.

– Да пребудет с тобой дух Императора, Ниввек, – сказал Теэрц, заскрежетав зубами. Потом торопливо добавил: – Когда окажешься на земле, постарайся держаться подальше от Больших Уродов. Пока они тебя не схватят, твой радиомаяк даст тебе шансы на спасение.

Насколько велики шансы Ниввека здесь, посреди Дойчланда, Теэрц старался не думать. Слишком яркими и страшными были его собственные воспоминания о плене.

Ниввек ничего не ответил.

– Он катапультировался, недосягаемый господин, – сказал Ссереп. – Я видел, как его капсула покинула истребитель, а потом раскрылся парашют. – После небольшой паузы он добавил: – У меня не хватит топлива, чтобы дождаться спасательного аппарата.