Я смутно видел, как приземлившись рядом с нашей машиной, спрут развернулся и ударил по танку. Тяжелый удар несколькими щупальцами, выбил из-под его гусениц густые клубы пыли. Танк едва не опрокинулся. Кто-то закричал. Вий пытался отогнать боевую машину назад, однако там что-то заклинило и танк просто завертелся на месте. Осьминог пристально посмотрел на танк своими огромными, змеиными глазами! Он раскрыл пасть, обнажив несколько рядов длинных острых зубов, и со всего маха укусил танк за башню. Заскрежетал металл, а на броне остались глубокие борозды!
Грохот со стороны танка продолжился. Монстр царапал броню зубами, пытаясь добраться до практически беззащитных сейчас людей. Их надо было спасать! Но как?! Зарядов к пулемету нет. Да если бы и были! Мой пулемет, едва способен даже испугать эту тварь...
Я попытался встать на ноги, но удар видимо был слишком сильный. Мутило. На дорогу капало красное. Я вытер лицо. На ладонях — красная, горячая кровь. Разбил лоб. Сильно.
Посмотрел я по сторонам. Нет ничего... Пожитки наши валяются только, что с «шестьдесят шестого» повылетели! Патронов ящики, бочки... Все кругом валяется раскидано. Да и грузовику — хана. Двигатель от удара такого на дорогу вывалился. Масло с него черное течет. Рядом — дом с черными глазницами пустых окон, автобусная остановка, разбитая витрина магазина, обгоревший автобус валяется. Хотя, стоп! Глаза зацепились за одинокое тело, лежащее на обочине. На груде кирпича. Очень знакомое тело! Ближе я подошел. Вокруг грохот, стрельба. А у меня — голова кружится, да глаза кровью заливает! Звон еще в ушах. Гаденький такой, будто писк протяжный! Еще гулко так все слышу, как под водой. Хер знает, что вокруг творится. Еще буря эта... Пыль да морозь несет.
Смахнул кровь с лица... Уже и коркой браться начала. Тут на меня гадина кинулась. Вцепилась в плечо, скребет когтями по башке. Шипит, будто чайник закипает. Хер — тебе! Шлем не даст мне череп продрать! Отмахнулся от нее, вмазал кулаком в торец. Зашамкала, на жопу шлепнулась. Хорошо видать досталось! Да не стал ждать пока поднимется. Добавил с носока. Ботинком. Прямо в морду, под челюсть! Завалилась на бок, замерла. Готова гадина...
Присел коло тела, что лежит. Петр — это. Грудь вся в крови. И не дышит уже. Глаза в небо. Эх... Жалко человека. Убили твари поганые! Гранатомет рядом с ним лежал. Снаряженный ракетой, готовый! Подобрал, осмотрел. Целое все. Наводи и пали! На осьминога поглядел. Тот, все также, по танку колотит. Мужики уже по нему не стреляют. Гадин, что вокруг отстреливают. Толян, Васяка, Алтай, Шона — живы еще! На одиночные перешли — экономят. Мало видать уже зарядов осталось... БТР — только стреляет. По спруту этому, паскудному. Но тоже — экономит. Короткими, по два-три — наваливает. Хоть бы хны этому гаду такие выстрелы!
Мутило. Перед глазами белые круги бегали.
Хорошо, что машина легла на бок. Я оставался надежно прикрытый от остальных гадин и у меня была свободная минутка, на то чтобы перевести дух и сосредоточится. Но видя, как тварь старается избивая танк, я прекрасно понимал, что отсчет идет буквально на секунды! Рядом жахнуло. До меня долетели ошметки. Гранаты в ход пошли. Мужики гадин рвут. Тех, что остались еще. Некогда им... Ну, а мне — пора! Надо этого гада разносить. Пока путь к нему свободен!
Поморщившись и подавив тошнотный позыв, я поспешил к спруту. Осталось только как можно тщательнее прицелиться! Хотелось вмазать ему прямо в ухо, что виднелось сбоку его уродливой головы. Или чо это у него там! Выглядело это, словно дыра, которая вела прямо в глубину черепа. Я что было сил, помелся прямо на насыпь. Еще пара секунд... До твари оставались считанные метры... Вот оно! Я упал на живот, чтобы минимизировать свой силуэт и не получить осколками. Поймав в прицел ту самую дыромаху, я решительно нажал на рычаг спуска РПГ... Жахнуло! Нет, я не видел, как граната ударила чудовище в голову, и не видел, как его голова разлетелась на куски, и тулово с громким шлепком опало на дорогу и замерло бесформенной, дохлой тушей. Я попал! Но перед глазами, была лишь белая пелена. И боль. Резкая, жгучая и нестерпимая. Затем все погрузилось в темноту...
Глава 19. Тьма.
Очнулся я! Открыл глаза и оказался в городе, полностью погруженном в ночной мрак. Темнота ночного неба, словно черная птица опустилась на этот город и укутав его своими плотными крыльями, навеки замерла не шевелясь. Бледная Луна, периодически выглядывала из-за плотных туч, немного осветив все вокруг блеклой, серебряной дымкой, — снова исчезала в непроглядной тьме черного неба. Внезапные порывы ледяного ветра, с легкими завываниями, медленно кружили снег и бумажный мусор, выгоняя его все новые и новые порции из темных, заброшенных подворотен и скверов.
Стекла во многих зданиях и витринах магазинов были разбиты, и окружающие здания, смотрели на меня своими черными глазницами оконных проемов. Ватная тишина, буквально обрушившись на меня всем своим практически осязаемым весом, сковывала сознание, и казалось, будто она физически удерживает меня от того, чтобы я поднялся на ноги. От этого становилось немного жутко. Наоборот, хотелось вернуться назад, пусть и в обреченные, но такие родные и привычные стены своего дома. Но надо было вставать!
Я с трудом пошевелил ногами и подтянувшись, сел на ящик из-под патронов. Грузовик, в кузове которого я находился, медленно полз среди руин. Впереди шел танк. Сзади — БТР. «Шестьдесят-шестого» — не было. Вий подал мне руку и помог умоститься поудобнее. У меня болел бок и бедро. Я увидел на левой ноге плотную бинтовую повязку. На ней проступала кровь. Ранен.
— Очнулся? — дядька улыбнулся мне.
— Ага... — я потер шею. Чувствовал себя так... Будто с огроменного бодуна. — Что у нас?
Вий вздохнул. — У тебя осколок в
