Читаем без скачивания Полное затмение - Лиз Ригби

— Вообще ничего?

— Иногда она смеялась над ней. Гейл считала Джулию дурочкой. Она так легко пугалась. Однажды Гейл ее ударила. Не сильно. После этого стоило Гейл поднять руку, и Джулия тут же удирала. По-моему, Гейл это казалось забавным.

— Понятно. Ей нравилось донимать мачеху?

— Да Джулию мог испугать и котенок.

— Вчера вы сказали, что моя клиентка грозила убить Гейл Фокс. Пожалуйста, повторите ее точные слова.

Ричард поднял глаза на Френсис:

— Э-э… "Я убью тебя".

— А потом?

— "Если бы Льюис не забрал мой револьвер, я уже убила бы тебя".

— Значит, в то мгновение моя клиентка ненавидела Гейл Фокс. Возможно, эта одинокая молодая женщина жила в постоянном страхе перед своей падчерицей?

— Возможно.

— Я хочу отметить, что попытки Гейл запугать одинокую несчастную мачеху отличались жестокостью, носили систематический характер и основывались на желании Гейл отнять у Джулии все, что делало ее привлекательной.

— Протестую.

— Вы разрешили мне представить суду доказательства, и подлинность этих доказательств уже удостоверена, - обратилась Френсис к судье.

— Хорошо, миссис Бауэр.

Судебный клерк достал из тележки блокноты Гейл. Зрители и присяжные вытянули шеи. Френсис вытащила один из блокнотов и протянула Ричарду:

— Откройте блокнот, мистер Фокс, и скажите, узнаете ли вы этот почерк.

Наступило молчание. Присяжные напряженно следили за Ричардом.

— Это почерк Гейл.

— Уверены?

— Совершенно уверен.

— Это один из ее блокнотов, найденных после смерти Гейл. Прочтите абзац.

— Любой?

— Любой.

Ричард перевернул несколько страниц. Наконец он стал читать вслух:

— "Смеется. Объект выражает удовольствие, откидывая голову назад и ВНИМАНИЕ!!! ПОДНИМАЯ ПЛЕЧИ. Ударение на последнем звуке: ха-ха-ха-ха-ха-ха-ХА. Роняет голову и плечи на последнем ХА и снова поднимает голову с улыбкой. Возобновляет зрительный контакт".

— Как вы думаете, что это за объект? - спросила Френсис.

— Джулия, - ответил Ричард.

— Почему вы так считаете?

— Ну, она именно так и смеется.

— Этот и прочие блокноты доказывают, что Гейл изучала свою мачеху с научной точки зрения, чтобы присвоить черты ее индивидуальности себе. Есть также свидетельства того, что Гейл носила одежду своей мачехи, могла ударить ее и однажды даже разбила ей нос. Это удивляет вас?

Ричард покачал головой:

— Я считал это… игрой. Я знал об этом. Но я не думал, что это так… - он показал на блокнот, - так серьезно.

Ломакс оглядел печальные, исполненные благожелательности лица присяжных и зрителей. Невозможно было не сочувствовать Джулии. Она обвинялась в убийстве, но определенно выглядела жертвой.

— Вы осознаете, - продолжала настаивать Френсис, - что Гейл была одержима своей мачехой и что ее поведение можно назвать нездоровым и странным?

Ломакс понимал, что Френсис ждет короткого и однозначного ответа. Наступило молчание. Затем случилось то, на что Френсис, похоже, не рассчитывала, но именно она спустила курок, и выстрел стал неизбежен и эхом пошел гулять по залу.

— Это не одержимость. Гейл ненавидела Джулию. Но она хотела быть ею. Гейл была умна - она понимала, что Джулия привлекает мужчин. Как, например, моего отца. Когда они поженились, то почти не выходили из спальни. Гейл хотела быть на месте Джулии. Она хотела отца. Вы говорите, ее поведение с Джулией было странным и нездоровым, но разве не менее странно и нездорово хотеть собственного отца? Я думаю, в конце концов она получила его. Вот в чем все дело. Не только мы с Джулией занимались сексом, но и Гейл с отцом.

Уже не в первый раз Ломакс с усталым безразличием понял, что давно уже знал правду. Он пытался не замечать ее, придумывал разные запутанные объяснения или просто позволял правде утекать сквозь пальцы, словно песок. Но когда правда рикошетом возвращалась к нему, он сразу узнавал ее. Ломакс подумал, что в этом зале только он и Джулия нисколько не удивились словам Ричарда.

Молчание нарушал только стук дождя по окну. Все замерли, а дождевые потоки вольно текли по стеклу. Присяжные перестали ерзать. Репортеры замерли. Обвинители оставили поиски нужных бумаг на столе. Все лица обратились к Ричарду. Только пальцы судебного секретаря продолжали стучать по клавиатуре. Лишь ее глаза не смотрели на Ричарда.

Френсис, словно потеряв дар речи, вернулась за свой стол. Курт начал что-то нашептывать ей. Ричард смотрел на них, вся его самоуверенность исчезла. Он казался взволнованным. Волосы упали на лицо, руки сжимали подлокотники кресла. Затем постепенно самообладание вернулось. Со стороны это было похоже на пробуждение от сна. Выражение лица Ричарда изменилось, он засунул руки в карманы - на полированных подлокотниках остались следы от пальцев.

— Мистер Фокс, - начала Френсис, - это неожиданное за-явление. У вас есть доказательства того, что ваша сестра и ваш отец поддерживали сексуальные отношения?

— Не то чтобы доказательства…

— Под доказательствами я понимаю фотографии, письма, дневники…

— Нет.

— Кто-нибудь из них признавался вам в том, что они вступали в интимные отношения?

— Нет, но я знаю, что Гейл хотела…

— Мистер Фокс, перед вами интимные дневники Гейл Фокс, сейчас вы только что прочли суду выдержки из них. Присяжные смогут ознакомиться с ними, когда судья разрешит. Они не обнаружат в этих записках никаких упоминаний о сексуальных контактах Гейл с отцом. Я предлагаю исключить из протокола последнее утверждение мистера Фокса.

— Нет, - сказала судья, - оно останется в протоколе вместе с вашими предшествующими вопросами и ответами свидетеля, миссис Бауэр.

Ломакс понимал, что, пытаясь доказать несостоятельность ужасных обвинений Ричарда, Френсис нечаянно набрела на правду. Перекрестный допрос продолжался, но Ломакс почти не слушал. Желудок сжался. Френсис сделала вид, что не придает значения вновь открывшейся правде, но от этого слова Ричарда не перестали быть ею.

Френсис продолжала задавать вопросы. Уверен ли Ричард, что Гейл пыталась шантажировать Джулию? Есть ли у него доказательства? Говорила ли ему Джулия когда-нибудь о том, что ее шантажируют? И наконец, если брак Джулии был несчастным, то зачем она прилагала такие усилия к тому, чтобы сохранить его? Все ответы Ричарда удовлетворили Френсис. Наконец она села, а судья попросила Ричарда покинуть свидетельское место.

Судья Олмстед сказала, что присяжным будет предоставлена возможность ознакомиться с блокнотами Гейл. Это позволит им оценить душевное состояние умершей. Затем судья объявила перерыв.

Зрители разминали ноги, одергивали одежду, приглаживали волосы и обсуждали заседание.

— Вот это да… - услышал Ломакс замечание девушки слева.

Дождь продолжал заливать стекла. Ломакс смотрел, как защитники покидают зал. Он попытался догнать их, но зрители и журналисты, охотящиеся за Ричардом, так столпились у двери, что ему пришлось ждать, пока толпа рассосется. Ломакс совершенно не представлял себе, за какой дверью скрылись защитники, но если для того чтобы найти Джулию, ему пришлось бы открывать их все по порядку, он так и поступил бы. Его ждала миссис Кливер, посасывая незажженную сигарету.

— Черт, куда они ушли? - спросил он.

— В одну из тех дверей. Попробуйте вторую за лифтом.

Вторая за лифтом привела в коридор с множеством других дверей. Ломакс принялся открывать их по порядку, становясь на миг свидетелем разыгрывающихся за ними человеческих драм. Иногда к нему оборачивались изумленные лица. Иной раз обитатели комнат даже не замечали его вторжения. Он решил, что здесь адвокаты дают наставления своим клиентам. Ломакс увидел де Марию - помощник что-то шептал ему на ухо, а обвинитель кивал.

В конце концов Ломакс обнаружил, кого искал, в комнате без окон. Джулия сидела в одном конце стола с пластиковым стаканчиком в руке. Адвокаты о чем-то оживленно дискутировали на другом конце. Когда Ломакс вошел, они замолчали.

— Черт побери, что вам здесь нужно? - спросил Курт.

Ломакс проигнорировал его. Он сел рядом с Джулией - та не удивилась, не улыбнулась и ничего не сказала.

— Это правда.

Она молчала.

— Это правда, - повторил Ломакс.

Он положил ей руки на плечи и легонько встряхнул. Джулия подняла глаза. Кофе расплескалось. Жидкость потекла по столу и закапала на пол. Никто не двинулся с места. Глаза Джулии казались ясными и синими.

— Джулия, что случилось? - твердо спросил Ломакс. - Ради Бога, Джулия!

— Я не хотела, чтобы люди узнали о Гейл и Льюисе, - про-говорила она, словно отвечая на другой вопрос.

— Джулия, что случилось?

— Я знала, что он спит с ней. Я подозревала, но Вики точно знала, потому что Гейл сказала ей. Я думала, это закончится, если Гейл уедет во Францию. Но когда она вернулась… вы не поверите… они отправились прямо в ее квартиру.