Он горько усмехнулся.
— С тех пор я совершал и более серьезные ошибки! Но сейчас не время для сожалений. Что мы имеем?
— Вот, смотри.
На стене командного пункта красной линией было отмечено положение противника на всех палубах. Тинкар облегченно вздохнул. Анклав паломников был все еще в безопасности.
— Где город этих свиней?
— Приклеился к нам, сверху. Что ты хочешь сделать?
— Взять его приступом!
— С парой сотен бойцов?
— Ровно столько и нужно для того, чтобы отвлечь внимание врага от тех, кто поползет по корпусу с взрывчаткой. Я хочу перерезать гравитационные туннели, которые соединяют корабли. Затем мы уйдем в гиперпространство, а на их корпусе взорвется установленная мною атомная бомба.
— Едва ли столь безумный план удастся претворить в жизнь… Но выбора у нас нет. Я согласна. Но с тысячью человек.
— Это слишком много… или слишком мало. Хватит и двух сотен. Мы выйдем через тамбур паломников и пройдем под «Тильзином». Мне нужен надежный человек, которому я мог бы доверить командование диверсионной группой.
— Пойду я! — тотчас же откликнулась Анаэна.
— А сможешь?
— Как и любой другой галактианин. Но придется ввести в курс нашей операции текнора. Только он может выдать нам легкую атомную бомбу.
Когда они проходили через анклав паломников, Тинкар отлучился на пару минут, чтобы найти Иолию, но отыскать ее за это время не успел. Он оставил ей записку. Они миновали тамбур и, благодаря ботинкам с магнитными подошвами, без особых трудностей прошли по внешней части корпуса. Они чувствовали себя нормально ровно до того момента, пока не добрались до края выгнутой линзой поверхности корабля; тут им на мгновение показалось, что они заглянули в бездонную пропасть, усеянную блестящими звездами.
Город мпфифи всей своей массой лежал на верхней палубе. Из его чрева выходили пять абордажных туннелей, опоясывающих корпус «Тильзина».
— Взорви сначала два туннеля, Анаэна. Вполне вероятно, что с каждого из концов имеется тамбур, но это привлечет внимание врага к месту взрыва. Попытайся проникнуть внутрь их города, но далеко не уходи, как бы тебе ни любопытно было увидеть их город изнутри. Сделай так, чтобы остальные три туннеля взорвались десятью минутами позже. Теперь до скорого или прощай, даже и не знаю!
Он запустил двигатели скафандра и поднялся к вражескому городу в сопровождении шести человек, несших контейнер с атомной бомбой.
Все было спокойно. Тинкар успел заметить подрывников за работой, потом изгиб корпуса скрыл их от его глаз.
— Стоп, — просигнализировал он.
Идти дальше не стоило, их могли засечь в любую секунду. Короткая вспышка осветила «Тильзин», за нею последовала вторая. Два первых туннеля были взорваны. Он представил себе, как Анаэна и ее люди врываются в бреши, образовавшиеся во вражеском корабле, и улыбнулся. Разве можно куда-то врываться в скафандрах! Отбросив посторонние мысли, Тинкар принялся искать подходящее место для установки бомбы, потом решил, что для этого подойдет любая точка, — он все равно не знал плана вражеского города. Пять минут пролетели мгновенно. Они закрепили бомбу, и Тинкар активировал механизм замедленного действия, который должен был через десять минут включить термоядерную реакцию.
— Быстро назад! — приказал он своим людям. — По пути предупредите товарищей. Я вас догоню.
Он тщательно отрегулировал стрелки механизма, затем вдруг почувствовал, что рядом кто-то стоит, и выругался.
— Ну что за люди! Я же велел уходить!
Мощный удар по шлему заставил его обернуться. Над ним гигантом высился мпфифи в скафандре.
Тинкар выпрямился так резко, что магнитные подошвы едва не оторвались от корпуса. Противник превосходил его ростом на добрых тридцать сантиметров, но, похоже, не был вооружен. Какой-нибудь техник, осматривающий корпус. Мпфифи уже поднимал руку для очередного удара. Тинкар пригнулся, увернулся от кулака, схватил врага за ноги и отбросил подальше от корпуса. Мпфифи, вращаясь, улетел в космос. Тинкар вдруг пожалел незадачливого противника, вспомнив свое собственное падение. Легкая дрожь пробежала под его ногами.
«Остальные туннели! — догадался гвардеец. — Они взорваны! «Тильзин» вот-вот нырнет в гиперпространство!»
Он побежал — неуклюже, то и дело спотыкаясь и скользя на гладком металле. Город все еще был здесь, и в его корпусе он мог видеть два зияющих отверстия, таких близких и таких далеких, — в них исчезали последние силуэты людей. На обычный спуск времени уже не оставалось: включив двигатели на полную мощность, он спикировал вниз, словно снаряд. Успел заметить, как продолговатый предмет ударил «Тильзин» и где-то далеко впереди вспыхнул свет, а затем влетел головой вперед в одну из дыр, отчаянно пытаясь затормозить с помощью обратной тяги. Шлем его ударился о пол, и он потерял сознание.
Очнулся он в незнакомой комнате, рядом с ним стояли два врача и Анаэна.
— Ну как?
— Ты выиграл, Тинкар. Сейчас мы гасим последние очаги сопротивления в нашем городе.
Со вздохом облегчения он откинулся на подушки.
— Ну что ж, пора возвращаться к своим. Поздравляю, Ана. Смелости тебе не занимать. Впрочем, я всегда знал это. Мы ведь можем остаться друзьями? Хотя, когда ты узнаешь, что я натворил… Я собираюсь вернуться домой и как следует отоспаться! Иолия, наверное, меня уже заждалась.
Что-то во взгляде Анаэны заставило его побледнеть.
— Она… Она не…
— Последняя торпеда мпфифи, Тинкар, попала прямо в госпиталь, где она работала. Иолия вряд ли страдала, она, вероятно, даже не успела сообразить, что случилось…
* * *
Тинкар проснулся с сильнейшей головной болью. Во рту пересохло. Какое-то время он тупо смотрел в потолок, не соображая, где находится. Потом память вернулась, и ему захотелось умереть.
Он лежал в своей старой квартире. На столе, на прежнем месте, валялся рулон с картинами Пеи, которые он оставил, отправившись искать убежища у паломников. Они лежали здесь и в тот день, когда…
Комната провоняла спиртным. Привстав, Тинкар увидел, что у его ног разбилась бутылка, весь пол был усеян осколками стекла. Мигрень усилилась, мозг словно болтался в черепе, ударяясь о кости.
— Неделя! Прошла уже целая неделя!
Он поднялся, осторожно ступая туда, где не было осколков, прошел в кухоньку и жадно напился воды. Потом сел за стол и долго сидел неподвижно, охватив голову руками. Он не мог даже плакать.
Целая неделя!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
