чтобы красный цвет, цвет розы, залил платину металла.
Воздух, засосанный в оголенное горло, смешивался со сгустками крови, которые то и дело вытекали из горла, с видом бездыханного тела, падающего на землю, и с приглушенным звуком падения чего-то тяжелого на землю. Глаза Бренделя тогда были такими же холодными, как и сейчас, как металл. – Это искусство фехтования солдата -, — сказал однажды Брендель. Сердце Харуза содрогнулось.
Он оглянулся на свою сестру — хотя в ней было много отличий от сестры в его памяти, она была более зрелой и красивой, но и более авторитетной. Но ведь это была ее сестра, и Харуз никогда не спутал бы ее ни с кем другим. Он вдруг вспомнил все то, о чем предостерегал его прежде Брендель, и страх становился все сильнее и сильнее в его сердце, тихонько вползая в щели, как лиана по стене.
Несмотря ни на что, он отказался видеть, как его сестра умирает от рук его учителя.
Брендель позволил Харузу схватить его за левую руку.
Он чувствовал тревогу в сердце Маленького принца, и эта тревога казалась заразительной, так что его рука, держащая меч, наполнилась потом, пропитавшим серую волчью кожу на рукояти Посоха Земли.
Это был сон виконта Колделла, как и Вечный Сон, о котором говорили ведьмы. Только владелец сна мог решить, когда начнется или закончится этот затянувшийся сон. Но, к сожалению, виконт Колделл давно потерял себя. Его мир существовал только в этом фрагментированном мире тумана. Чтобы разбудить его, они должны были заставить его восстановить память, от которой он все время убегал.
Единственным способом избежать этого было проснуться. Но владелец сна потерял себя, и его мир существовал только в этом раздробленном мире тумана. Единственный способ разбудить его — заставить заново открыть себя.
Должен ли он закончить незавершенную миссию?
Голос в его разуме, казалось, завывал, требуя обнажить меч. За долгое ожидание сожаление виконта Коделла превратилось в монстра, наполненного гневом, сожалением, ревностью и другими негативными эмоциями. Он ревел в сердце Бренделя, как вурдалак.
Убей ее! –
Убей их! –
Без сожалений! –
Без колебаний! –
Аааа! –
Рука Бренделя легла на рукоять меча, сняла ее и снова надела. Он знал, что это лабиринт из сна, и бледный призрак во сне был достаточно умен, чтобы воспользоваться желаниями человека. Если бы он колебался, то навсегда остался бы в ловушке этого наполненного туманом сна.
А как насчет обратного?
Брендель оставался недвижим.
Принцесса Грифина перед ним могла быть иллюзией, но эмоции в его сердце были настоящими. Если он обнажил свой меч против нее здесь, это было все равно, что обнажить свой меч против чего-то, что он всегда защищал…
Быть потерянным во сне может сбить с толку и разбить чье-то сердце.
— Не ходи туда, Бессидина! Принцесса Грпигина увидела, как ее – сестра – схватила Брендель, и поспешила вперед, чтобы дернуть ее назад. Как только она сделала шаг назад с Харузом, два рыцаря тут же окружили их защитой.
Кронпринцесса подняла голову и холодно посмотрела на Брендела. — Колделл, я очень хорошо знаю, кто вы. Ты искренне поклялся, что оставишь все позади. Ты должен знать, что сделал твой дядя. Я даже не прошу, чтобы вы стали его врагом, просто чтобы вы защищали Бессидину как ее жениха, но вы меня полностью разочаровали.
Она достала письмо и продолжила тем же холодным голосом: – Ваши истинные намерения раскрыты, –
— Сестра, это не так, — хотел объяснить Харуз, но проглотил слова под холодным взглядом Бренделя. Маленький принц до сих пор не понял, что в этом сне они были Колделлом и Бессидиной.
А не Брендель или Харуз.
Как только наследная принцесса закончила свои слова, Брендель внезапно услышал громкий звук, доносившийся над дворцом. Почти сразу после этого большой зал начал трястись. Рельефные стены и колонны ложного дорического ордера затряслись, словно дворец переживал ужасающее землетрясение.
Дворяне в большом зале потеряли равновесие, и раздались крики. Сцена сразу превратилась в хаос. Толпа прижалась друг к другу, пытаясь спастись из разных выходов. Звуки опрокидываемых столов и стульев и бьющихся арочных окон заполнили большой зал.
Но тихий уголок в большом зале резко контрастировал с хаосом. Брендель, Харуз, Ее Королевское Высочество и рыцари, казалось, не беспокоились о трясущейся земле.
Брендель посмотрел на дворян, выбрасывающихся из разбитого окна. Он знал, что это было не землетрясение, которое испытал Колделл, а смятение в его сердце. Его страх, вероятно, возник из-за письма в руках принцессы Грифины. Виконт Колделл, должно быть, прошел через нечто подобное, и это произвело на него впечатление.
Слова принцессы пронзили его сердце, как острое лезвие.
Брендель молчал. Голос в его разуме действительно начал кричать: – Скорее, быстрей и убей всех! –
Но Брендель держался за рукоять и не обращал на него никакого внимания.
В этот самый момент снаружи Дворца раздались крики страха. Он обернулся и увидел, что толпа, которая выбежала наружу, теперь прибегает обратно. Бесчисленное количество солдат, одетых в двухцветные красно-белые боевые мантии, появилось возле дворца Кинтен. Эти воины были с ног до головы одеты в доспехи и даже их лица были закрыты металлическими шлемами. Они держали в руках заточенные мечи и убивали всех, кто попадался им на глаза. В мгновение ока дворец Кинтен был затоплен рекой крови.
Как это могло произойти! – Маленький принц наблюдал за происходящим рядом с принцессой Грифиной. Его лицо побледнело, и он инстинктивно закричал: – Кто они? –
— Это герцог Аррек! Принцесса Грифина слегка вдохнула. Она подняла голову и уставилась на Брендела, скомандовав: – Схватить виконта Колделла до прибытия герцога Аррека! –
Как эти солдаты могли находиться под командованием герцога Аррека?
В предыдущем мире или в этом дворянская армия под командованием герцога Аррека никогда не носила красно-белые боевые мантии. Кроме того, на балу у Бренделя такого никогда не было. Запах крови, который витал в воздухе вокруг него, казалось, стал реальным в этой сцене и стал более резким. Вдобавок запах чего-то горящего постепенно вытеснил его запах.
Брендель поднял глаза и увидел, что пламя действительно полыхает сквозь потолок. Словно в одно мгновение весь большой зал превратился в море пламени.
Это была мечта виконта Колделла. Все, что произошло во сне, теперь воспроизводится во сне Бренделя и Харуза из-за их усилий по восстановлению сна виконта.
Рядом с принцессой Грифиной на Брендель бросились два рыцаря. Харуз бросился вперед и попытался остановить одного из них,
