оправиться, и лишь круги под глазами, которых раньше не было, напоминали о перенесенном испытании. Пока Эгвейн высматривала, где бы присесть, – на каменистой земле не было никаких подстилок, – Авиенда зачерпнула пригоршню воды из стоявшего рядом небольшого котелка и плеснула на камни. Вода зашипела, поднялся пар, и в следующий миг на камнях не осталось ни капельки влаги. Вид у Авиенды был довольно кислый, и Эгвейн догадывалась почему. В Башне новеньким тоже поручали не самую приятную работу, но на взгляд Эгвейн повинность Авиенды была не столь уж обременительной – не то что скоблить пол или чистить котлы.
— Нам необходимо обсудить, что предпринять в связи с Рандом ал'Тором, – объявила Бэйр, когда Эмис села.
— В связи с Рандом? – встревоженно переспросила Эгвейн. – Но ведь у него знаки. Он действительно тот, кого вы ждали.
— В том-то и дело, – угрюмо подтвердила Мелэйн, откидывая назад длинные золотистые волосы, – и именно в связи с его приходом нам следует позаботиться, чтобы как можно больше наших соплеменников уцелело.
— Столь же важно, – вставила Сеана, – позаботиться и о том, чтобы выжил он сам, выжил и исполнил Пророчество до конца.
Мелэйн подняла на нее глаза, и Сеана добавила:
— Иначе никто из нас не уцелеет.
— Руарк говорил, что велит Джиндо охранять Ранда, – медленно проговорила Эгвейн. – Он что, передумал?
Эмис покачала головой:
— Конечно, нет. Ранд ночует в стане Джиндо, и сотня воинов охраняет его сон. Но ведь мужчины видят все иначе, чем мы. Руарк повсюду последует за ним, будет сражаться за него и, может быть, станет возражать против тех решений Ранда, которые сочтет ошибочными, но руководить Рандом он даже не попытается.
— А ты считаешь, что Ранд нуждается в руководстве? – Морейн выгнула бровь, но Эгвейн, не обращая внимания, продолжила:
— До сих пор ему удавалось обходиться без всякого руководства.
— Ранд ал'Тор совершенно не знает наших обычаев, – возразила Эмис, – он может допустить множество промашек и по неведению восстановить против себя вождей или целые кланы. Люди будут видеть в нем не Того-Кто-Приходит-с-Рассветом, а просто пришельца из мокрых земель. Мой муж – хороший человек и прекрасный вождь, но рядом с Рандом должен быть тот, кто сможет приглядеть за ним и вовремя предупредить, если тот вознамерится сделать опрометчивый шаг. Она подала Авиенде знак, чтобы та плеснула на камни еще воды. Девушка молча повиновалась.
— И мы должны наблюдать за ним, – резко вставила Мелэйн, – нам необходимо заранее знать, что и когда он соберется предпринять. Нельзя допустить, чтобы Пророчество Руидина не исполнилось, но я приложу все старания к тому, чтобы уберечь как можно больше айильцев. А сделать это можно, лишь зная, что на уме у Ранда ал'Тора.
Бэйр, казалось, состоявшая из одних костей и сухожилий, склонилась к Эгвейн:
— Ты ведь его знаешь с детства. Надо полагать, тебе он может довериться.
— Сомневаюсь, – ответила девушка, стараясь не смотреть на Морейн. – Во всяком случае, сейчас он не доверяет мне, как раньше.
— Даже если он доверится ей, узнаем ли об этом мы? – спросила Мелэйн. – Пусть Эгвейн и Морейн не обижаются, но они – Айз Седай. Возможно, цели у них совсем другие, не те, что у нас.
— Некогда наши предки служили Айз Седай и подвели их, – просто откликнулась Бэйр. – Может статься, нам суждено служить им снова.
Мелэйн вспыхнула, – похоже, эта отповедь смутила ее. Морейн же и виду не подала, что заметила ее замешательство, будто и не слышала слова Мелэйн, прозвучавшие чуть ранее. Она оставалась невозмутимой и холодной как лед.
— Я помогу чем сумею, – спокойно промолвила Айз Седай, – но у меня на него мало влияния. Ныне он свивает Узор по своему усмотрению.
— Стало быть, остается лишь не спускать с него глаз и надеяться на лучшее, – вздохнула Бэйр. – Авиенда, ты будешь встречать Ранда каждое утро и не отходить от него, пока он не уляжется спать. Следуй за ним неотступно, как тень. Твоим обучением мы будем заниматься по мере возможности. Конечно, тебе придется нелегко, и следить за ним, и учиться – тяжеловато, но тут уж ничего не поделаешь. Если ты будешь говорить с ним полюбезнее, а главное, слушать его повнимательнее, он будет только рад твоему обществу. Какой мужчина прогонит хорошенькую женщину, если она смотрит ему в рот. Он наверняка разговорится, а там, глядишь, и проговорится.
С каждым словом лицо Авиенды вытягивалось, а как только Бэйр умолкла, девушка выпалила:
— Ни за что!
Все повернулись к ней. Авиенда ответила вызывающим взглядом.
— Ни за что… – повторила за ней Бэйр так, словно само звучание этих слов было каким-то странным. – Надо же – ни за что…
— Авиенда, – доброжелательно произнесла Эгвейн, – никто ведь не просит тебя предавать Илэйн. Просто постарайся разговорить его.
Бывшая Дева, казалось, больше, чем когда бы то ни было, жалела, что у нее под рукой нет копья.
— Так вот, значит, какова хваленая дисциплина Фар Дарайз Май, – сурово промолвила Эмис. – Ну что ж, ты убедишься, что у нас порядки построже. Или у тебя есть веские причины избегать Ранда ал'Тора? Если так, расскажи нам о них.
Авиенда несколько сникла и забормотала себе под нос что-то невнятное.
— А ну-ка погромче! – В голосе Эмис послышались стальные нотки.
— Я его не люблю! – сорвалась на крик Авиенда. – Ненавижу его! Ненавижу!
Если бы Эгвейн не знала Авиенду достаточно хорошо, то могла бы подумать, что девушка вот-вот расплачется. Но слова бывшей Девы потрясли ее. Не может быть, чтобы Авиенда говорила это серьезно.
— А тебя никто и не просит любить его или заманивать к себе в постель, – язвительно заметила Сеана. – Тебе велено сопровождать его и слушать, что ты и будешь делать.
— Не люблю… ненавижу… Одно ребячество, – фыркнула Эмис. – Что за девушки нынче пошли, неужто ни одна из вас никогда не взрослеет?
Бэйр и Мелэйн тоже не поскупились на колкости. Старшая из Хранительниц пригрозила, причем с таким видом, будто и впрямь собиралась так поступить, привязать Авиенду к спине Рандова жеребца вместо седла, а Мелэйн предложила послать эту строптивую девчонку на всю ночь рыть да засыпать ямы – авось хоть это ей мозги прочистит. Упрямство Авиенды изрядно поувяло, но она еще продолжала упорствовать.
Эгвейн подалась вперед и положила руку на плечо девушки:
— Ты говорила, что мы с тобой почти сестры. Думаю,
