Читаем без скачивания Инквизиция: Омнибус - Дэн Абнетт

После еще нескольких минут утомительной ходьбы Бизант наконец остановился около служебной двери в стене коллектора. Он четырежды постучал, сделал паузу, а затем постучал еще два раза. Проскрежетали заржавленные замки, и секунду спустя дверь раскрылась на пронзительно завизжавших петлях.

— Вам надо бы украсть немного масла для смазки, — не сумел удержаться от замечания Яков, за что был вознагражден угрюмой ухмылкой Бизанта, который освещал ему путь.

Не было никаких следов того, кто открыл дверь, но как только Яков первым стал подниматься по деревянным ступеням, ведущим прямо от лестницы вверх, он снова услышал шум, изданный запиравшейся дверью.

— Не доверяете? — спросил Яков, оборачиваясь к Бизанту через плечо, пока поднимался по шахте лестницы.

— Особенно тебе, — резко ответил мутант, одаривая его пристальным взглядом.

Ступени привели их в небольшой коридор, стены которого были украшены осыпающимися фресками. Очевидно, они были в одном из заброшенных строений королевского района.

— Вторая дверь налево, — коротко сказал Бизант, гася лампу и одновременно указывая на комнату кивком головы.

Яков быстро зашагал по коридору. Жесткие подошвы его башмаков застучали по треснутой плитке пола. Открыв дверь, он обнаружил Латезию, одетую в плохо сидящую на ней униформу агента службы безопасности.

— Входите, чувствуйте себя как дома, — сказала она, отступив на шаг и широким жестом руки обведя комнату. Небольшой зал был пуст, если не считать пары набитых соломой тюфяков да шаткого стола с раскиданными по нему кусками пергамента, напоминающими схематичную карту канализации. Фрески на стенах были целы, но грубо замалеваны черной краской, целая лужа которой была на потертом деревянном полу. В одном углу догорал костер, и дым медленно уплывал через разбитое окно.

— Мы сожгли ковер прошлой зимой, — словно оправдываясь, произнесла Латезия, проследив за направлением его взгляда.

— А стены? — спросил Яков, сбрасывая заплечный мешок на голый пол.

— Это Бизант, в порыве гнева, когда услышал, что мы признаны виновными в предательстве, — поспешно объяснила она, подойдя к одному из тюфяков с целью опуститься на него.

— Ты живешь с ним в одной комнате? — спросил Яков, отпрянув от нее в отвращении. — Вне брака?

— Ну и что? — спросила она в искреннем недоумении.

— Есть ли такой грех, в котором бы ты была не повинна?! — горячась, он потребовал ответа, сожалея о своем решении иметь что-либо общее с этими заблудшими мутантами. Он мысленно ощущал огонь Хаоса, жгущий его душу, пока он находился здесь. Потребуется много недель покаяния, чтобы искупить только одно то, что он пришел сюда.

— Это лучше, чем замерзнуть, потому что у нас хватит топлива отапливать лишь одну комнату, — откровенно ответила она, а затем на ее милом лице появилась улыбка. — Вы подумали, что Бизант и я… О, Яков, допустите хотя бы, что у меня есть моральные принципы!

— Я уверен, что он смотрит на это по-другому, — заметил Яков с многозначительным видом. — Я видел, как он глядел на тебя в моей спальне прошлой ночью.

— Достаточно! — раздраженно прервала его Латезия. — Я не просила вас приходить ко мне и читать нотации. Вы сами хотели меня видеть!

— Да, ты права, хотел, — признал Яков, собираясь с мыслями, прежде чем продолжить. — У вас запланированы какие-нибудь беспорядки на сегодняшний вечер?

— А почему вас это беспокоит, проповедник? — подозрительно прищурившись, спросила она.

— Вы не должны ничего делать. Служба Безопасности в ответ применит еще больше насилия, чем в прошлый раз, — предупредил он.

— На самом деле, мы подумывали убить нескольких агентов из тех, что шляются вокруг с напыщенным видом, со своими дубинками и пистолетами, так, словно их законы тут действуют, — злобно ответила она, сжав свои сбитые руки в кулаки.

Яков подошел и медленно сел рядом с ней, решительно глядя ей в глаза.

— Ты веришь мне? — мягко спросил он.

— Нет, а должна? — удивленно ответила она.

— Почему ты тогда пришла ко мне, чтобы попросить кардинала о помощи? — возразил он, откинувшись и опершись на одну руку, не сводя с нее глаз.

— Потому что… Это было… Я была в отчаянии. С моей стороны это было глупо, я не должна была, — пробормотала она, отведя глаза.

— Ты еще просто дитя. Позволь мне помочь тебе, — настаивал Яков, чувствуя, как его душа начинает обугливаться по краям.

— Прекратите! — внезапно завопила она, резко вскочив и отпрянув назад. — Если бы я этого не сделала, никто бы нам не помог!

— Ладно, оставим это, — вздохнул Яков, сев снова прямо. — Насчет брата Меневона. Здесь нечто большее. Это не простое убийство. Я пока еще не знаю что, и мне требуется твоя помощь, чтобы это выяснить.

— Почему вы так считаете? — спросила она. Вызов в ее голосе мгновенно сменился любопытством.

— Ты сказала, что ему перерезали горло? — спросил Яков, и она кивнула. — Но зачем? Любой суд на Карис Цефалоне прикажет повесить мутанта по первому слову гражданина, так зачем убивать? А затем, чтобы никто не смог узнать — кто был к этому причастен, и из-за чего тот умер. Я думаю, что он увидел кое-что или кое-кого, и его убили, чтобы он не смог ничего разболтать.

— Но это означает, что если господа этого не делали… — тут глаза Латезии расширились от понимания. — Один из нас сделал это? Я не хочу в это верить!

— Ты можешь не верить, — быстро возразил Яков, подняв руку, чтобы ее успокоить. — На самом деле, это маловероятно. Но единственный путь выяснить это — отправиться на место убийства и посмотреть, что мы сможем там обнаружить.

— Он работал на одном из кладбищ недалеко отсюда, сразу за оградой поселения, — сказала она проповеднику. — Мы отведем тебя туда.

Она вприпрыжку подбежала к открытой двери и возбужденно крикнула:

— Бизант! Бизант, позови Одрика и Клэйна. Сегодня вечером мы отправляемся на вылазку.

Безыскусные железобетонные надгробия были лишены возвышенности: просто прямоугольные плиты, на которых была разборчиво написана фамилия. Высоко в небе проплывала луна, а Яков, Латезия и остальные мутанты рыскали по кладбищу в поисках хотя бы намека на то, что здесь произошло. Яков вошел в маленькую деревянную лачугу, служившую ночлежкой для могильщика. Там он обнаружил разнообразные кирки и лопаты, сваленные в углу. На полу из неструганных досок были недвусмысленные красные пятна. Как показалось неопытному глазу Якова, они попали сюда, брызнув откуда-то рядом со входом. Он задержался там на мгновение, глядя наружу, на кладбище, чтобы увидеть что отсюда попадает в зону видимости. Затем Яков увидел Бизанта, который привлекал его внимание, махая рукой. Все собрались около него. Бизант указывал на могилу, которая была закрыта брезентом, придавленным камнями по краям. Латезия кивнула ему, и мутант стащил полотно в сторону.

Могила была глубокой и длинной, возможно три метра в длину и два в глубину. Внутри находился незамысловатый гроб, обмотанный тяжелыми цепями, на которых висели многочисленные замки.

— Зачем кому-то понадобилось запирать гроб? — спросила Латезия, глядя на Якова.

Яков стоял в одной из комнат, находящихся прямо под тем залом, где он встречался с Латезией и смотрел на странный гроб. Главарь мутантов стояла рядом, также глядя на него нахмурившись, отчего на лбу у нее пролегли складки.

— Что ты собираешься… — начала было она, но была прервана громким взрывом сотрясшим здание. Вопли и звуки выстрелов раздались в коридоре. Вдвоем они выскочили из комнаты. Бизант появился из дверей в дальнем конце коридора, крепко сжимая в руках еще дымящийся дробовик.

— Служба Безопасности! — крикнул он им на бегу.

— Как? — спросила Латезия, а Яков вместо ответа нырнул назад в комнату, чтобы схватить свой мешок. Поблизости прогрохотали еще выстрелы, перемежаемые тихими вскриками боли. Как только проповедник выскочил обратно в коридор, Бизант сходу ударил его прикладом дробовика в челюсть, заставив Якова растянуться на плиточном полу.

— Ты предал нас, губернаторский прихвостень! — прошипел мутант, уткнув ствол ружья ему в грудь.

— Да простит тебя Император! — сплюнул проповедник, и обрушил башмак на колено Бизанта. Раздался хорошо слышимый хруст, и нога мутанта подкосилась. Яков бросился вперед и вырвал дробовик из его хватки, а затем направил на Латезию, выступившую вперед.

— Поверь мне, это не моих рук дело, — сказал он ей, отступая назад. — Спасайтесь!

Он отступил еще на шаг, а затем бросил ружье Латезии. Пока она была в замешательстве, Яков подхватил свою суму и протолкнулся мимо нее в проход, ведущий к лестнице в туннели. Сердце молотом стучало в груди, пока он тяжело бежал вниз, перескакивая через три ступеньки, едва не оступаясь в спешке. Внизу кто-то встал у него на пути, и Яков набросился на него с кулаками, почувствовав, как угодил кому-то в скулу. Крутанув запорный вентиль на двери, он вывалился в коллектор, проклиная себя за то, что вляпался в это дерьмо. Две сотни лет покаяния не искупят того, что он натворил. Так как звуки сражения были все ближе, он поспешил прочь сквозь капающую с потолка воду, широко шагая по грязным лужам.