до того, как они восстановят прослушку?
— Примерно через час, полчаса у нас точно есть. — Отрапортовала сестра.
— Тогда я начну свой рассказ. Когда на нас напали, я с Эйко сперва не поняли, почему нападавшие начали стрелять друг в друга. Оказалось, что в зданиях ждали момента две группы, одна — это силы Фатсен и Хитаси, а вторая спецотряд личной стражи Императорской семьи. Когда владеющие с обеих сторон начали работать по площадям, мы начали пробираться к родовому хранилищу. Имперские отряды были смяты силами кланов, и они устремились за нами, я с Эйко дали бой, но силы Фатсен и Хитаси постепенно нас теснили и мы отступали к хранилищу. Уже на входе в хранилище я не смогла отклонить от Эйко снаряд, и она была ранена.
— Не надо скрывать, мама, — воскликнула Эйко. — У тебя был выбор, или вскользь задетая голова или сквозное попадание в живот. Кстати, братик, у тебя появился замечательный племянник, и я скоро вас познакомлю.
— Как бы там ни было, Эйко, находясь в полуобморочном состоянии, сплела венок молний ужасающей силы и, выпустив его в небо, где он набрал еще силы, потеряла сознание. Я же в этот момент подхватила ее и устремилась в хранилище. Я зашла в главный зал, и в этот момент венец коснулся земли, тонны грунта запечатали проходы и оплавились. Поднялась такая жара, что дневники в хранилище сами стали воспламеняться. Стресс и безвыходность иногда дают толчок и шанс, вот и мне он был дан, в поисках выхода я воспользовалась внутренним зрением психокинетики. Мне не верилось что в хранилище был только один зал, и то, что скрывалось годами, мне было открыто только в критический момент. — Воспоминания Каори давались нелегко, она постоянно закрывала глаза и печально вздыхала. — В зале под толщей металла был сокрыт вход в другой небольшой зал с отдельной вентиляцией и незакрытой толстой дверью. Перенеся туда Эйко, я осмотрелась, этот бункер втайне от меня создал отец на излете лет, там были небольшие запасы еды и воды, а также армейские медикаменты. Но самое главное здесь хранились оригинальные дневники Изамы Шосе.
Каори понизила голос и начала рассказывать те вещи, которые затрагивали не только нас, но и будущие поколения рода Шосе. Две тысячи лет назад образовался небольшой род, который быстро разбогател и уже стал претендовать на становление клана Шосе. Тогда в небольшой стране, которая еще не претендовала на звание Империи Кионэ, а была, можно сказать, заштатным государством, что все же возглавляли сильные владеющие, заинтересовались, откуда такие богатства и интересные изобретения, что усиливали род Шосе. И вот государство Кионэ захватило всех членов рода и выяснилось, что тогдашний глава рода Шосе помнит свою, можно сказать, прошлую жизнь, и является ценным источником информации. Выудив всю информацию, будущие имперцы перебили всех взрослых рода, оставив с пяток детей, которые и стали родом Шосе, что стал личной собственностью главы государства. Страна быстро стала Империей, небольшой, но все-таки Империей, и знания, полученные от вселенца, очень помогли в этом. А через двести лет был пойман еще один вселенец из рода Шосе. Стоит отметить, что вселенцы редки, но всё-таки встречались хоть в прошлом, хоть сейчас, но особенность именно вселенцев из рода Шосе в том, что это были вселенцы из технических миров, чьи знания были новы в этом мире. Вот так одной из главных ценностей Империи стал род Шосе, а точнее те вселенцы, что иногда появлялись в нем. Восемьсот лет назад один из вселенцев, как прочел Изама в Императорских хрониках, отказался подчиняться и потребовал свободу роду Шосе. Тогдашний Император лишь посмеялся и своим приказом прикончил практически всех членов рода Шосе, посчитав, что ему и Империи больше не нужны знания вселенцев. Зря он это сделал, на утро от Императорского клана осталось только два ребенка, которых затем взял на воспитание вселенец. После Яростного, как называли этого вселенца после кончины, род Шосе, который состоял из одной семьи, был признан свободным родом, а в тайне был дан приказ о том, чтобы род Шосе больше не был многочисленен, и приказ был дан теми, кого воспитал Яростный. Так Изама и узнал, что все несчастные случаи, что случались с родом Шосе это дело рук Имперских служб, и даже его жене, находившейся в тяжелом состоянии после террористического акта и скончавшейся в больнице, впрыснули в капельницу подобный яд, что добил и так с трудом справляющийся организм. Тогда-то Изама и стал тем мародером, которого теперь знают все враги Империи, он выполнял различные приказы Императрицы и даже договорился с Яфой, чтобы та перешла на сторону Империи. В тот вечер, когда я осознал себя в этом мире, Изама решил показать Каори что она должна развивать свою силу в боевом направлении. Он попросил свою знакомую, кукловода Яфу, о том, чтобы она сделала марионетку, которая неожиданно нападет на его дочь. Он не хотел, чтобы Каори сильно пострадала, он хотел, чтобы Каори использовала силу для убийства и поняла что развитие боевой части необходимо. Не знал он, что у Яфы был приказ о том, что двух детей достаточно для рода Шосе, да и в этом поколении, как проверила Яфа, не будет вселенцев. Ни один из детей, прошедших через специальный ритуал, не показал что в него возможно вселение. Но все пошло не так, Яфа решила сбежать, а, чтобы посильнее ударить Императрицу, которой еще не доложили о том, что я вселенец, знавшая об этом Яфа послала свою единственную марионетку уничтожить меня и Каори. У кукловодши не было времени создавать новую марионетку, за ней гнался Изама, и потому вооружив марионетку, она дала ей указание: как только мы прибудем в дом ночью атаковать особняк и попытаться убить меня и всех, кто был в доме. Сразу после неудавшегося нападения и после того, как мой дед узнал, что я вселенец, Изаму Шосе вызвала к себе Императрица, которая сказала, что ей известно, что внук его стал вселенцем и что такое иногда случается, но она вынуждена попросить его допросить меня, ведь новые знания могут оказаться очень ценными. Если бы Изама ответил отказом, то меня бы в любом случае забрали и допрос был бы иным, чем те беседы, которые проводил Изама. Дед, найдя дневники Ирис и информацию о том, что возможно разделить сознание, обратился к Императрице. Та же, просмотрев дневник, заявила, что это возможно, но только на месяц, так как носитель погибнет, если ограничить сознание вселенца. Изама не поверил
